Вернуться 2 (СИ)
Площадь 250 кв. м., пять комнат, гостевой туалет, помимо санузла в спальне хозяев. И это ещё при том, что на этаже было всего по две квартиры, а сам комплекс находился на закрытой охраняемой территории. Так ещё тут квартиры имели Алла Пугачева с Филиппом Киркоровым, что ещё больше повышало статус данного жилья.
Видимо тесть, не имея возможности хорошо жить в Перми, из-за опасений разных неприятных вопросов, в Москве решил оторваться по полной.
В общем было где расселиться без особых проблем: Наталье выделили комнату и Насте с мужем.
Вечером посидели неплохо, уговорив с тестем бутылку его любимого «Хеннеси», а дамы пили вино.
Да-а, тесть просто лучился значимостью и величием того места, где он сейчас работал и в какой квартире жил. Тем более, что в министерстве финансов ему обещали совсем скоро выдать большую квартиру прямо в центре Москвы.
В жестах и поведении появилось ещё больше вальяжности…
Это малость смешило Германа, но он, конечно, не показывало это, чтобы остаться культурным человеком, а не как — некоторые.
Знал бы он, каким средствами он сейчас оперирует, с кем работает и что имеет его с Алексом компания.
19:35. 31 августа 1999 года. г. Москва, Охотный ряд— Девочки, вы давайте пройдитесь верхнему этажу, посмотрите себе, чего из одежды. Я спущусь на минус третий этаж, — говорил девушкам Герман. — Мне кое-что для себя надо посмотреть. Кстати, я вон там, — он показал рукой. — «Рив Гош» видел.
— Так может мы с тобой? — неуверенно спросила Настя.
— Не, сам! Идите, деньги я тебе дал, так что вперёд. Сделайте кассу какому-нибудь магазину, чтобы собственник от радости сознание потерял.
— Ох, Герман! — жена с удовольствием жарко поцеловала его, а потом они с Натальей ушли по магазинам, когда Герман быстро ушел в сторону эскалаторов.
— Эх! Завидую тебе. Только белой зависть, честно! — заявила Наталья.
— Пойдем, давай! У Германа в окружении много богатых людей, так что найдем и тебе богатого мужа.
— Дай-то бог, дай-то бог… — сказала подруга.
ГЛАВА 24
Магомед Гаджикаев старался идти так, чтобы как можно меньше привлекать к себе внимание. Бросая по сторонам настороженные взгляды, выискивая в толпе милицейскую форму.
В правой руке у него была небольшая спортивная сумка, которую он старался нести как можно осторожнее. Всё-таки 300 грамм тротила внушали к себе уважительное отношение.
Он спустился на минус третий подземный этаж и стал медленно осматриваться, ища куда можно пристроить пакет из сумки.
Заметил рядом с залом игровых автоматов стоящую урну, которая идеально подходила для него. Тем более, что как раз в этом месте находились соединения несущих стен.
Он понятия не имел, откуда Халид взял схемы торгового центра, но он тщательно изучил их, а теперь ему это помогло.
— «Сражайтесь на пути Аллаха с теми, кто сражается против вас, но не преступайте границы дозволенного» (Сура Аль Бакара), — неожиданно раздалось со спины, когда Магомед стоя рядом с урной, хотел взять из открытой сумки плотно перемотанный изолентой небольшой брусок с толом и часовым механизмом.
* * *Была опасность, что подрывник раньше заложит своё взрывное устройство, была… Но тогда Герман собирался стырить урну и затащить её в какое-нибудь техническое помещение, которых здесь было полным-полно. Он специально обошел все этажи с девушками, начав в 17:00, когда они только приехали. Отмечал каждую неприметную дверь без вывесок, откуда изредка выходили явно технические работники торгового центра.
Как раз рядом с залом игровых автоматов было аж две двери, а также на входе стояла урна для мусора. И спустившись без двадцати восемь на этот этаж, он прошел мимо урны, убедившись, что там лежат только какие-то бумажки и пластиковые бутылки.
Он спрятался в одном из небольших коридоров, ведущих куда-то вглубь цента, как раз рядом с залом, при этом опустив очень низко козырёк бейсболки на лицо, которую здесь же купил в одном из магазинов.
Камер, стоящих на виду в центре он не заметил, но береженого бог бережет.
Без десяти семь он заметил идущего к залу мужчину с характерной кавказской внешностью. Вроде бы идущего совершенно спокойно, но Герман видел, что он очень напряжен и будто взведенная пружина.
«Он!»
Кавказец остановился рядом с урной, открыл сумку и Герман скользнул к нему за спину.
— Сражайтесь на пути Аллаха с теми, кто сражается против вас, но не преступайте границы дозволенного, — строчки из Корана, которые когда-то Герман читал, вырвались у него.
— Что? — кавказец резко обернулся, его правая рука попыталась углубиться в сумку.
— Хрен в плечо! — Герман перехватил правую руку своей, а второй ухватился за запястье левой. — Пошли, — резко толкнул его в сторону тупичка с дверями.
Магомед попытался сопротивляться, но не мог вырваться, а незнакомец в бейсболке держа его за руки, просто вытолкал его в какую-то, как показалось Магомеду, нишу.
Резкий удар и дверь в закутке открылась, ударившись о стену.
Магомеда втолкнул внутрь небольшого помещения с каким-то хламом.
— Отдай бяку, ваххибит недобитый, — раздалось в ушах Магомеда, а потом в «солнечное сплетение» прилетел такой удар, что ему показалось, что он забыл, как дышать.
Герман перехватил выпавшую из левой руки сумку, оттолкнул к стене тело, которое ударившись о стену, упало на пол.
— Ну как, ну ка, — он осторожно раскрыл сумку с расстегнутой молнией и заглянул внутрь. — А не ошибся! — удовлетворенно сказал он, увидев внутри прямоугольный сверток с «нашлепкой» сверху небольшой коробочки электронных часов.
Судя по пустому табло, часовой механизм был не взведён.
— А мы на всякий случай! — он зажмурил глаза, а вдруг рванёт, и дернул за идущие внутрь изоленты провода.
Да, способ идиотский, за такое руки отрывать надо, хотя если бы он ошибся, то и так бы оторвались, ха…
— Я твая мама … Я тебя… Я… — очнулся Магомед, поняв, что у него ничего не получилось, когда увидел в руках русского брусок взрывчатки. — Я тэбя резать буду, — пытался встать на ноги, опираясь руками об пол, но это у него ничего не получалось.
— А говорил, что у тебя племянника похитили, — поцокал языком Герман. — Врал значит!
Задержанный Магомед, признался в теракте, но говорил, что его заставили, будто похитив его племянника.
— Здесь дети, а ты свою пукалку притащил.
— Я вас всэгда рэзал и… — договорить он не успел, раздался влажный негромкий хруст.
— О, это мы удачно зашли, — только сейчас Герман обратил внимание, что на стене комнаты находится электрощиток. — Тэк-с, что тут у нас, — открыл дверцу и заглянул внутрь.
Внутри щитка были видны рубильники автоматов: «Св. 1 зон», «Св. 2 зон», «Св. 3 зон» и «Полн. выкл. этж.».
— Дети, кино кончилось, электрик водкой кинопроектор залил, — пробурчал он под нос и щелкнул «Св. 1 зон», согнув указательный палец в первой фаланге и касаясь только им.
Что-то щелкнуло и постоянный гул, ранее не замечаемый Германом до этого, уменьшился. Потом раздались какие-то негромкие крики.
— А так? — щелкнул второй тумблер, шум ещё уменьшился и раздались крики посильнее. — Не, доктор сказал в морг, значит в морг, — он выключил все тумблеры.
Любой механический шум полностью исчез.
— Не скучай! — бросил он подрывнику и вышел из подсобки, прикрыв за собой дверь, не касаясь её подушечками пальцев.
В подсобке остался сидеть на полу, прислоненный спиной к стене остывающий труп Магомеда, голова которого была повернута лицом к стене. На коленях у него лежал обмотанный изолентой брусок с торчащими из него проводами.
На третьем этаже полностью отсутствовал свет, раздавались испуганные женские крики. Герман спокойно отправился к пожарной лестнице, по которой поднялся по одной из лестниц к одному из выходов из торгового центра. Тут раздался усиленный динамиками голос: