Фатальная встреча (СИ)

— О, у вас ещё и такие заморочки бывают, — скептически кривлюсь. Этого мне ещё не хватало для полного счастья. — Что значит млеть, и как это связано с моей беременностью?
— Девочки ведь рождаются редко. Поэтому, когда зреет плод женской особи — модуль сопровождает процесс особой энергетикой. Беременеют тоже кстати, не все желающие, поэтому ты словно отмечена. Вокруг тебя теперь притягательная аура, всё женское в тебе как бы усиливается, этим привлекая повышенное внимание мужчин. Но у них это скорее будет связано с заботой и ублажением твоих прихотей, так что пользуйся моментом, подруга! Правда, если учесть, что у тебя нет пары, то поползновения некоторых будут переваливать за рамки.
— Вот гадство, мне сейчас только хотящих самцов и не хватает! — бубню я, ужимаясь, чтобы между мной и парнями появилось хоть бы какое пространство.
— А ты выходи замуж, и проблема решится! — вставляет Тео.
— Об этом не может быть и речи.
— Почему? Вэл, тебе всё равно придется. Ребёнка должен принять отец или тот, кто им назовётся! — гнёт свою линию Тео, зля меня до жути, и я изо всех сил стараюсь не подавать виду.
— Потому что я хочу остаться в своей памяти с Патриком. Я буду воспитывать и любить его детей, наших с ним детей. Сейчас я не способна думать о каких-то отношениях, я не такой толстокожий гуманоид, как некоторые. Единственное, чего я хочу — это разобраться с паритами, вернуть Дани человеческую форму, забрать его и обустроиться в моём новом доме!
— Класс, будем видеться чаще, — довольно басит Тревор, — Мы ведь теперь соседи, можем даже перекрикиваться через открытые окна.
— Здорово, по субботам будем вместе печь кексики, — раздосадовано закатываю глаза от их непрошибаемости и отворачиваюсь, при этом натыкаясь на смеющийся взгляд Гранта, который проявил такую милость — не вставив в этот разговор об отцовстве ни слова.
— Уверена, что не перенервничаешь? — он притягивает меня к себе одним движением. Теперь он так близко, что, когда шепчет, его губы касаются моего уха. — На всякий случай доктор Кенз тоже будет с нами. Обещай, что будешь думать о чём говоришь, — и Грант уже трётся кончиком носа о моё ухо, за ним, целует в висок. Я не могу отклониться к Тревору, потому что тот вообразит невесть что. И Гранта не могу грубо послать, потому что мне нужна его помощь с паритами, но совершенно не нужны его нежности. Поэтому чтобы спрятаться от его настойчивых губ — утыкиваюсь ему в подмышку. Но от этого типа так просто не отделаешься, его ладонь ложится мне на живот, мягко массируя его пока что его плоский низ. — Тебе нужно начать общаться с молодыми мамочками, чтобы набраться опыта. Вообще-то шудры вынашивают своих детей одиннадцать месяцев, но Лоран сказал, что ты будешь девять, как все земные женщины.
— Какое счастье, — бормочу в ответ, не поднимая головы.
  
Глава 24
 
Париты тоже явились толпой вовсе не маленькой. И Кора, едва увидев меня, зашипела, уродуя своё лицо неприкрытой злобой:
— Ах ты, мелкая дрянь! И ты ещё смела вернуться в наш город, явившись мне на глаза?! Я уничтожу тебя презренное подобие шудры! Ты подтолкнула моего сына к смерти и его гибель — это твоя вина. Я буду преследовать тебя, пока не наслажусь местью! Если нужно, мы опять развяжем войну, но я выбью твой дух из Сентхолла раз и навсегда, и эти твои телохранители меня не остановят! Я проклинаю тебя, как мать! — пока она вопит, брызжа слюной, Грант сжимает мою руку своей. Как бы мне хотелось верить в его поддержку. Очень. Как лидер он способен оказать её на разных уровнях, энергетика Гранта сильнее, чем у других шудр. Но я не могу ему доверять. Тогда он слишком сильно унизил меня.
Набираю побольше воздуха и отвечаю как можно громче, чтобы все они могли меня услышать:
— Как мать, ты совсем не знала своего сына, Кора! Если бы ты любила его по-настоящему — ты бы не стремилась мне отомстить, девушке, которую действительно любил Джейк. И я любила его, и мне всё равно, что он был паритом, ведь любят не за принадлежность, а за качества. А он был замечательным парнем, я скорблю о нём, и никто из вас не догадывается насколько сильно. Ты хочешь меня наказать? Но я уже избита судьбой, если тебя это утешит — я теряю всех, кого люблю. Джейк презирал конфликты и стычки с шудрами, он не хотел быть таким как все. Он был весёлым, любил музыку и умел рассказывать забавные истории. Если бы у меня был такой сын — я бы невероятно гордилась им, а не испепеляла ненавистью всё, что по другую сторону. Но я горжусь, что знала Джейка Грегора, и жалею, что не смогла помешать ему уйти из этого мира. Если бы мне изначально раскрыли правду, если бы я знала, что Джейк будет страдать — я бы ни за что на свете не встала на его пути. Так за что вы хотите меня убить? За любовь? — обвожу всех собравшихся паритов пылающим взглядом. Нет, их лица абсолютно бесстрастны. Неужели до них нельзя достучаться и Джейк был таким одним?
 
— А пока вы будете думать над головоломкой по имени Валери, — берет инициативу в свои руки Грант. — Хочу заверить, что, если с ней что-нибудь случиться — я истреблю вас как вид, освободив Сентхолл для наших потомков. И для убедительности, пожалуй, продемонстрирую вам кое-что.
И вдруг от сгруппировавшихся шудр по паритам ударяет мощная силовая волна, пробившая их энергощит, заставляя паритов пригнуться всех без исключения. В довершение — возникшее огненное кольцо сжало их пылающим обручем, продолжая сжиматься. На лицах паритов отразилась паника, я ощутила, что они не могут сопротивляться, потому что в этом кольце была задействована и моя блокирующая способность.
— Так что, вы оставите Вэл в покое или начнём прямо сейчас? У меня большое искушение, руки так и чешутся.
— Наша резолюция в силе, мальчик, — высокомерно сдалась Кора, и огненный обруч тут же развеялся. — Я не трону твою девочку … пока. Но наша холодная война никогда не прекратиться. Посмотрим, как у тебя получится сплотить клан! — с этими словами она гордо двинулась в сторону своих авто.
— Хитрая сука! Знает ведь, что у нашего клана преимущество в численности! — ухмыляясь, скалится Грант, глядя ей вслед. — У нас идеальная сочетаемость способностей. Но твоя речь была проникновенной, Валери, — добавляет он уже с горечью. — Меня она чуть не убила.
Мне удалось забраться в одну из машин на переднее сиденье, и поэтому на обратной дороге никто об меня уже не трётся и не млеет. Но когда все джипы разъехались, а у дома моего отца остался один лишь Грант — я поняла, что продолжение следует.
Благо тепло, сажусь на задней веранде в широкое кресло качалку. Ничуть не стесняясь моего напряженного молчания, Грант умащивается рядом, тут же обнимая меня одной рукой:
— Поцелуй меня, Валери!
— Грант, я не могу! Ты же всё слышал в машине, я пыталась объяснить!
— Вэл, ради тебя я теперь готов сделать многое, и даже то, что на первый взгляд невозможно, но мне нужна отдача от тебя. Я тоже не могу так, я хочу любить тебя, и мне даже сейчас неважно, что ты делаешь вид, будто я тебе противен! — он ловит мои губы, и я знаю, как опасны его поцелуи — они лишают рассудка, а я больше не хочу второй раз повторять одну и ту же ошибку!
— Грант, прошу тебя, остановись! — вырываюсь я, в попытке оттолкнуть его. — Что с тобой? Какие-то феромоны дурманят тебе мозги или тебе во чтобы то ни стало нужно доказать, что ты главный самец, и никто не имеет права отвергать тебя? Я ведь была тебе противна, ты злился, у тебя была хренова куча требований к будущей избраннице, но ты вдруг зациклился на мне? Хочешь, чтобы я снова поверила? Дудки! Грант, пойми ты, я потеряла мужчину, отца своего будущего ребёнка и неважно, что мы были с ним вместе совсем ничего. Я каждую минуту продолжаю думать о Патрике, и мне не до любовных утех. В том, что касается личного между тобой и мной, я сейчас взвешиваю каждое твоё слово, каждое прикосновение — и не верю, продолжая думать, что это игра. Тогда, своим отношением, ты сделал мне очень больно — я потянулась к тебе всей душой, а ты равнодушно взглянул, и оставил меня одну, напуганную и изнасилованную. Я не могу этого забыть!