Гувернантка

Но это были цветочки. Вскоре на поле вышли каскадеры. Они перебирались на ходу с крыши одной машины в окно другой, танцевали на капотах. Прижавшиеся друг к другу автомобили мчались прямо на стоящего на земле человека и разъезжались буквально в полуметре перед ним, с тем чтобы тут же снова удариться боками за его спиной.
Один трюк поразил Лидию. Посередине дороги установили высокую вышку, сколоченную из досок и бруса. Ее основание обложили старыми покрышками и облили их какой-то жидкостью из большой бочки. Резко запахло бензином. Затем на вышку взобрался человек в зеленом обтягивающем костюме и в такого же цвета защитном шлеме с очками и сделал жест рукой, который, видимо, означал: «Я готов». Его помощники, как по команде, отошли в сторону. В руках одного из них появился факел. Он вспыхнул, лишь только к нему поднесли спичку. Замершие трибуны с напряжением наблюдали, как ассистент подошел к горе покрышек и швырнул факел прямо к вышке. Вокруг нее взметнулось пламя чуть ли не выше площадки, где стоял человек в зеленом костюме. Тот, кто бросил факел, едва успел отскочить, прикрывая лицо рукой от жара, и поднес ко рту переговорное устройство. Так прошло несколько секунд, может быть минута. Огонь разгорался, приобретая густо-красную окраску. Повалил черный дым, почти скрывший каскадера. На стадионе воцарилась такая тишина, что было слышно, как трещат в пламени деревянные опоры вышки. Помощники ушли с дорожки, вытянувшись цепочкой вдоль нее. Лидия невольно начала искать глазами среди них Германа. Но его в группе не было.
Вдруг за дымовой завесой взревел мотор. Зерновский автомобиль мчался по направлению к охваченной пламенем вышке. По мере приближения к огню его скорость росла, Герман и не думал притормаживать! Лидия вскочила с места, и вместе с ней вскочили еще несколько сот человек. В следующую секунду желто-красная, под цвет пламени, машина ударила колесами в дощатый настил трамплина, взлетела над ним и скрылась в огне и дыму. С треском, похожим на выстрелы, рухнула протараненная вышка, но в следующее мгновение «шестерка» вынырнула из клубов дыма, неся на крыше распластанную, вцепившуюся в нее зеленую фигуру. Автомобиль грузно приземлился и, уже замедляя ход, покатился по дорожке, оставив за собой чадящую груду покрышек.
Шквал аплодисментов обрушился на исполнителей, совершавших круг почета.
— Мне не видно! — дернул Лидию за рукав Митя, и она поняла, что почти совсем забыла о мальчике.
Еще не совсем пришедшая в себя от увиденного, Лидия скорее догадалась, чем услышала в общем гуле, чего хочет мальчик. Девушка помогла ему взобраться на скамейку, и они оба принялись хлопать изо всех сил.
Видимо, это был последний, коронный номер, потому что на поле появились женщины с цветами. Приветственно размахивая букетами, они направились к гонщикам и каскадерам, сгрудившимся возле машины Германа. Лидия заметила ту блондинку из ложи. Девушка присмотрелась к ней, и последние сомнения развеялись — это была Кристина. После знакомства с семейством Михаленко в «Пьеро» Лидия была твердо убеждена, что между ней и Германом ничего нет. И все-таки сейчас ощутила легкий укол ревности. Может быть, потому, что сама хотела сейчас быть там, внизу, первой обнять человека, который заставил восхищаться собой заполненные трибуны, прижаться к нему, зарыться лицом в грудь, вдохнуть резкий запах здорового мужского пота...
Вдруг Лидия увидела, что группу приветствующих обогнал мужчина в белом халате с алюминиевым чемоданчиком в правой руке, левой он прижимал к уху черный брусок радиопереговорного устройства. Сердце испуганно ухнуло куда-то вниз, и Лидия перевела тревожный взгляд на желто-красную машину. Гонщики бережно помогали Зернову выбраться из салона. Опираясь на их плечи, он выпрямился, неловко держа на весу правую ногу. С него тут же сняли шлем, усадили на траву. Подбежавшие доктор и Кристина присели рядом, и столпившиеся вокруг люди окончательно закрыли Германа от глаз Лидии. В отчаянии она закусила ладонь. На мгновение у нее мелькнула сумасшедшая мысль броситься по проходу вниз на поле, к нему. Лидия с трудом сдержала себя, понимая, что об этом не может быть и речи.
 
— Ты чего такая белая? — снова напомнил о себе Митя.
— Бледная, — автоматически поправила его девушка. — Просто страшно было... за этих дядей.
Германа усадили на заднее сиденье его же машины, доктор и Кристина разместились рядом. Сделав плавный разворот, «шестерка» выехала с поля...
По дороге домой Митя с водителем оживленно обсуждали только что увиденное шоу. Лидия не находила себе места.
— Володя, — наконец решилась она прервать их обмен восхищенными оценками, — а что могло случиться с... тем гонщиком?
— Зерновым, что ли? Трудно сказать. Может, ремни лопнули. Нагрузки там будь здоров!
— Нет, с ним самим?
Шофер пожал плечами:
— Ударился о руль или лобовое стекло. Мог ребра сломать или сотрясеньице получить. Да ничего особенного, думаю. Вот я раз...
И Володя пустился в пространный рассказ о том, как он протаранил бензовоз, отделавшись только ушибами и парой ожогов.
Едва добравшись до квартиры, Лидия оставила Митю раздеваться у входа, а сама бросилась к телефону. Но у Зернова включился автоответчик. Она вспомнила о визитной карточке, которую ей дал в ресторане Михаленко. Тогда она сунула ее впопыхах в сумочку. Сейчас Лидия перерыла дрожащими пальцами все отделения, но визитка куда-то запропастилась. От отчаяния девушка вытряхнула сумочку на палас и сразу нашла в ворохе всяких необходимых мелочей белый картонный прямоугольник.
— Да, я слушаю. Герман, это ты? — немедленно откликнулся на том конце провода женский голос. По легкому акценту Лидия узнала Кристину.
— Кристина, здравствуйте. Это Стелла... Помните, мы в ресторане познакомились?
— Хорошо, что вы позвонили! Я сама разыскала бы вас, если бы у меня был ваш телефон! Вы были сегодня на стадионе? Видели, что произошло?
— Издалека и ничего не поняла... Я не могла подойти. Что с Германом?
— Он получил травму ноги. Его повезли сначала в больницу. А оттуда домой.
— Но дома его нет!
— Только не волнуйтесь, Стелла! Он обещал позвонить, когда окажется дома. Мне он категорически запретил ехать с ним. Из-за Андрона, вы понимаете... Я, честно говоря, немного беспокоюсь, ведь он живет один... Вы не желаете его навестить?
— Я? Но... почему вы думаете, что он захочет меня увидеть?
— Если кому-то он и будет рад в таком положении, то только вам. — Лидия уловила в голосе литовки нотки затаенной грусти. — Знаете, что он первым делом спросил у меня там, на стадионе? Видела ли я вас... Извините, я не должна была этого говорить, — после паузы сказала Кристина.
— Я хочу его видеть, — ответила Лидия. — Немедленно.
— Тогда — совет. Поезжайте к нему без звонка. Если будете спрашивать разрешения, он точно запретит. Мужчины ужасно не любят, когда их видят в таких ситуациях. Но мечтают о том, чтобы за ними поухаживали, не меньше нашего.
— Да. Только... продиктуйте мне адрес, я никогда не была у него.
— Записывайте.
— Хорошо, сейчас...
Лидия записала его на обратной стороне карточки Андрона Викторовича, поблагодарила Кристину. Та пожелала ей удачи, и снова в ее голосе Лидии почудилась затаенная грусть. Что-то все-таки связывает этих двух людей, подумала она, нечто большее, чем просто воспоминания детства. Что-то было, может быть, не сейчас, давно...
Она встряхнула головой, отгоняя неуместные мысли, и обнаружила стоящего возле нее Митю. Мальчик с серьезным выражением смотрел ей в глаза.
«Господи, — подумала Лидия, — значит, он слышал весь разговор! Что он понял из него?»
— Тот человек опять попал в беду? — словно отвечая ей, спросил Митя.
Лидия опустилась рядом с ним на корточки:
— Да.
— И тебе снова надо его выручать?
— Выходит, так.
— И только ты можешь ему помочь?
Лидия вздохнула:
— Я надеюсь. Мне очень хочется быть ему нужной. Мне это необходимо, понимаешь?