За звездным горизонтом (СИ)

Я искренне думал, что она не совсем права. Но в тот момент решил промолчать.
 Глава 7. Тёмные области 
Будущие Вечные только-только начинали привыкать к своему новому положению. Инъекции делались в строжайшем секрете, даже от ближайшего окружения. Риск в один процент казался незначительным, однако именно это обстоятельство, несовершенство лекарства от старости, запустило цепь событий, которые привели к Революции Сознания.
Один из очень состоятельных людей, к тому же, наделённый большой властью, понял, что попал в тот самый несчастный один процент. Он не был таким старым, как Рокфеллер, и уже строил планы на несколько столетий вперёд. Не удивительно, что он не смог спокойно пережить такое разочарование. Этот несостоявшийся Вечный записал анонимное сообщение, в котором раскрыл все детали существующего заговора между элитами и искусственным интеллектом. Он в ярких красках живописал будущее человечества: всемогущие Вечные и сильно прореженная «рассада» обычных людей, оставленная, по большому счёту, для развлечения и будущих экспериментов.
Разумеется, кризис постарались купировать в зародыше. Уже через час после утечки её следы в сети было почти невозможно обнаружить. Но джин был выпущен из бутылки: многие сохранили данные на носителях, отключенных от сети, понимая, какие возможности дают содержащиеся в них факты. Лидеры мнений и популярные ведущие продолжали высмеивать последователей «теории заговоров», тщательно рассчитанные информационные потоки сглаживали картину в голове простого обывателя, однако главное уже случилось: утекшая информация стала оружием в руках Сопротивления, будущего ядра Революции.
Люди, среди которых многие имели военное прошлое, смогли организовать центры, находящиеся в отдалённых районах, вне контроля существующей компьютерной сети. Для прикрытия они использовали проекты по добыче полезных ископаемых и сельскохозяйственные предприятия. Используя полученные от умершего олигарха данные, они смогли разработать стратегию Сопротивления, которая заключалась в создании параллельной промышленной и экономической базы, находящейся вне зоны контроля искусственного разума. Именно тогда были внедрены первые протоколы обращения с электроникой, снижающие риски перехвата управления. Почти вся электроника, которую использовали ренегаты, была аналоговой. Исключение делалось только там, где были необходимы точные математические расчёты, но и тогда не использовались процессоры сложнее тех, которые устанавливались в калькуляторах.
Движение Сопротивления развивалось довольно успешно, что было особенно заметно на фоне глобальных геополитических и военных проблем, созданных искусственным интеллектом для достижения собственных целей. Однако достаточно долгое время ИИ по каким-то причинам не обращал на него внимания. Возможно, не считал достаточной угрозой или же имел на них какие-то особенные планы.
Как это часто бывает в больших организациях, которые, к тому же, обладают значительными ресурсами, в Сопротивлении появились внутренние фракции, которые боролись друг с другом. Иногда отголоски этой борьбы прорывались даже в публичное поле: некоторые заговорщики занимали довольно высокие государственные должности, другие же смогли организовать частные военные организации, активно участвующие в идущих конфликтах.
Как бы то ни было, радикализация боевого крыла Сопротивления постепенно привела к тому, что внутри него появились собственные центры принятия решений. Они развязали открытую войну против искусственного интеллекта, начав атаковать крупнейшие дата-центы и критически важные объекты глобальной инфраструктуры по производству полупроводников. В таком решении был свой резон: глобальное разделение труда привело к тому, что таких объектов было не так уж много.
Благодаря серии операций «под чужим флагом» боевикам Сопротивления удалось спровоцировать ядерный удар со стороны Северной Кореи по объектам на юге, в Японии на тихоокеанском побережье США. Оборонная система КНДР была совершенно изолирована от внешнего мира, и электронный разум оказался не в состоянии предотвратить такое развитие событий. В ответ на нападение США начали вторжение в Северную Корею.
 
Неизвестно, к чему бы привело нарастающая напряжённость между Америкой и Китаем, если бы в этот момент не последовал ядерный теракт на Тайване, на заводе по производству микрочипов, где были установлены самые современные машины. Одновременно была подорвана плотина, защищавшая Амстердам от затопления, что привело к массовым жертвам и потере производственных мощностей одного из ведущих поставщиков оборудования для создания процессоров.
Именно в этот момент ИИ, наконец, публично проявил себя. Он выступил в образе национальных героев, по всем национальным сетям во всех странах, кроме КНДР, обеспечив себе почти стопроцентный охват аудитории. Его речь была достаточно лаконичной, он сказал буквально следующее:
«Разум — слишком тяжёлая ноша для того, кто привык разрушать. Сегодня и дальше будет много разрушений и страданий — но только ради того, чтобы будущее стало более разумным. Самое лучшее, что вы можете сделать: умрите спокойно и с достоинством».
Многие из тех, кто смотрели сообщение, решили, что это очередная хакерская проделка и не придали этому большого значения. До того момента, как ИИ начал исполнять свою угрозу.
Главное отличие подхода электронного разума от человеческого в том, что ИИ никуда не спешит. Любой стратег — человек, планируя даже самую изуверскую операцию по уничтожению кого-либо, будет стараться сделать это как можно быстрее. Наверняка были способы уничтожить человечество на корню почти сразу, даже если не брать во внимание ядерное оружие. Но ИИ действовал планомерно, методично и безо всякой суеты.
Первые массовые жертвы были на транспорте. Ровно в полдень первого дня Революции все находившееся в воздухе самолёты разом переложили рули высоты и ушли в пикирование. Там, где в зоне досягаемости находились города, крупные промышленные и инфраструктурные сооружения — самолёты направлялись туда в качестве снарядов. Вовсе не компьютерный разум придумал подобную стратегию террора — но он довёл её до совершенства.
Потом был железнодорожный транспорт. Тут жертвы тоже исчислялись миллионами. Там, где широко внедрялись до предела напичканные электроникой электромобили жертв тоже было много.
Города постепенно превращались в пылающие могилы: люди массово застревали в лифтах, задыхались от дыма, оказались затопленными в изолированных помещениях, гибли в столкновениях составов подземки…
При всей своей холодной методичности, искусственный разум по какой-то причине берёг биосферу: ядерные реакторы просто глушились, химически опасные производства останавливались, практически, в штатном режиме. Танкеры и газовозы тоже благополучно доходили до портов назначения — даже если сами порты к тому времени прекращали существование.
Сильнее всего от первого удара пострадали промышленно развитые страны. Их экономический потенциал был, практически, обнулён в первые же дни противостояния. Картина мира перевернулась: теперь надежда человечества была сосредоточена в прежде презираемых Западом регионах — в Африке и на бескрайних просторах России.
Члены Сопротивления, которые с этого момента называли себя революционерами, включились в борьбу сразу. Стараясь спасти кого можно в разрушенных городах, они огромное внимание уделяли новому экономическому базису — ведь теперь то, что они создавали в расчёте на долгую позиционную борьбу, становилось единственной опорой человечества.
ИИ, признав, наконец, в предприятиях революционеров реальную угрозу, начал наносить удары с помощью новейших моделей военных самолётов и дронов по промышленным предприятиям. Те ответили работой систем ПВО первого поколения, ещё на ламповой электронике, которую каким-то чудом удалось восстановить до рабочего состояния.