Не пара для Его Светлейшества (СИ)

Первая мысль… уничтожу! Всех!
Вторая: “Как бы узнать, где взяли? Тяжело ведь такую найти, а мне самой надо”
Третья… А что делать-то?
Выйти и нажаловаться? Вычистят же, и буду выглядеть идиоткой, которой что-то померещилось. Демонстративно искать, куда рассыпали? Ну-ну… Может сразу выпить противоядие “от всего”? Глядишь, только головокружение настигнет. А его я потерплю…
И ведь смотрят, и судя по взглядам — ждут.
Проверяют…
Что ж… ну и ладненько. Начнем лекцию с небольшой ведьмовской практики. Я натягиваю самую милую улыбку и восклицаю:
— Чудесный день! — распахиваю окно возле преподавательского стола. И тут же щелкаю пальцами, шепотом пропевая заклинание. Так что ветер, ворвавшийся в аудиторию, в несколько мгновений поднимает в воздух пыль, порошок и все что было возле меня. И закручивает это по комнате, — Добро пожаловать на первую лекцию!
Мне не сразу удается взять себя в руки и сделать голос ровным, но выхода-то нет. Если я хочу продержаться в академии и не дать пропасть воспитанницам, мне следует сразу поставить на место всех, кто нарывается. Ну или не сразу, а раз за разом. Собственными методами…
Первый ряд уже кашляет, а у парочки инквизиторов начинают трястись конечности.
— Меня зовут Прияна Шетти. И, по согласованию ковена и Ордена инквизиторов, я проведу у вас и у старших курсов несколько лекций. И практических работ. Которые будут посвящены особенностям магии ведьм и в целом… особенностям.
Один парень, кажется, уже видит сны наяву — застывает с широко открытыми глазами. На следующих рядах — паника, которую младшекурсники стараются скрыть. Некоторые, под предлогом того, что “замерзли” закутываются в плащ до самых глаз, прикрывая носы. Некоторые трут лицо… Признаваться они не будут, нет. Лучше свалятся, но сообщить о том, что им плохо, не рискнут. Ведь и об остальном сообщать придется… например о том, что одной ведьме решили сделать гадость.
И как хорошо, что моих воспитанниц четверо! Если им не хватит выдержки или знаний по отдельности — задавят числом.
— По моим лекциям у вас экзамена не будет. Они нужны лишь для вашего общего развития, — в моем голосе явно читается продолжение фразы: “недоразвитые вы мои”, - Но требованием академии инквизиторов является присутствие на каждом занятии. Так что постарайтесь не быть выгнанными. А еще мне дали полную свободу действий. Чтобы вы научились хоть чему-то. Потому я буду использовать метод… пусть будет наглядной демонстрации. Чтобы помочь вам выработать навык… назовем это причинно-следственной связью.
Так, порошок какой и был — весь вдохнули. Двое лежат — их прикрывают друзья. Еще одного, явно порывающегося вскочить и сделать что-то непотребное, держат сразу вчетвером. Все четверо при этом натужно улыбаются и делают вид, что все в порядке.
Я скалюсь ответ. И твердо говорю:
— Если записывать или запоминать с каждой нашей лекции что-то одно самое важное, тогда запишите вот эту мысль. Настоящего нет без прошлого, будущего — без настоящего. И наш выбор сейчас так или иначе скажется на том, что произойдет дальше. Ведьмы считают, что у каждого поступка есть последствия: любой человек или маг, бросивший камень в пруд, рано или поздно столкнется с тем, что один из кругов от этого камня намочит его ноги. Потому ведьмы стараются камней лишний раз не бросать. И вам не советуют. Это понятно?
Мне ответили нестройным согласием. Еще как понятно.
— А еще мы помним имена всех, кто "держал камни"… — продолжаю самым любезным тоном и демонстративно изучаю список с фамилиями присутствующих. А потом не менее демонстративно пересчитываю их — все ли явились.
Судя по многочисленным несчастным вздохам, понимание достигло нужной глубины.
— В таком случае… — я закрываю окно, — Начнем. С опроса. Мне надо знать, что вообще вы изучали о ведовстве. И понять, что вам рассказать важного.
Ничего, если быть честной. От ковена у меня четкая инструкция. Какое впечатление мы должны произвести и чем можем поделиться без вреда для собственной репутации. Или возможной будущей защиты.
 
Ученики уже вполне слаженно застонали.
Ну а я начала вдохновенно закидывать их вопросами. И тут же — давать разные пространные объяснения. И в какой-то момент так увлеклась, что вообще забыла, что передо мной — будущие инквизиторы…
Все-таки преподавание было моим призванием.
… очнулась я от странного ощущения.
Сначала даже не поняла — с чего мне сделалось так неуютно?
А потом мельком оглянулась на вход и застыла, поймав на себе пристальный взгляд ректора.
Ох.
Он смотрел на меня, словно я… его добыча. Стоял в расслабленной позе, скрестив руки на груди. На губах — уже знакомая мне презрительная усмешка. Весь такой холеный, белоснежный, ледяной… Бр-р.
Присутствие ректора изменило и учеников. Все, кто вдохнул порошок, уже пришли в себя, прочие — даже заинтересовались моим предметом. Но ощутив едва ли не физическое давление от взгляда Его Светлейшества, сникли и застыли. Едва из них что вытащишь теперь… И с облегчением сбежали прочь, как только услышали спасительный гонг.
Я бы тоже сбежала. Да только не имела права.
Ректор Джейдев Агрэ явно нашел меня, чтобы поговорить.
Наедине-е…
А он привлекательный, этот Агрэ.
Если кто любит ухоженных, надменных и знающих себе цену инквизиторов в дорогих одежках, которые подпирают дверные косяки с самым недовольным видом.
Густые брови нахмурены, губы — довольно пухлые для мужчины — поджаты. Волосы, как и плащ, лежат эффектно…
А еще он молод. Я знаю, конечно, что это самый молодой ректор за всю историю существования академии, и что он “Его Светлейшество” не только по должности, на которую был выбран единогласно за неизвестные ковену заслуги, но и по старинному роду.
Но все равно удивляюсь и рассматриваю. А потом смущаюсь… вдруг он примет это рассматривание за совсем иной интерес. Могу себе представить, сколько девиц в округе и столице бегают за ним.
— Прияна Шетти, наставница, — дальше стараюсь говорить без иронии, — Теперь вы готовы познакомиться? Или снова что-то помешает?
Он, полагаю, знает мое имя. Как и я — его. Но надо хотя бы с виду приличия соблюдать, и привычная последовательность действий, принятая в обществе, мне поможет.
— Джейдев Агрэ, ректор, — соглашается он на неназванные правила игры, — Ничто не должно мешать инквизиторам ближе узнавать ведьм.
А это прозвучало двусмысленно.
Хотя что еще от него ожидать?
Но точно не того, что я слышу дальше.
— Я был вынужден отлучиться из-за нападений целой группы диких магов…
Вздрагиваю.
В голове картинка — как он скачет прочь. И раны на теле магистра Вайтли. Так вот что за "война" была… Раньше инквизиторы контролировали любую иную магию, а сейчас карают лишь тех магов, что сошли с ума или “одичали” настолько, что готовы выкашивать целые поселения ради своих ритуалов.
Это что, ректор делает попытку извиниться и объяснить свое поведение?…
-.. но был уверен, что ведьмы и без меня неплохо устроятся.
… фух, не делает.
А то я бы действительно испугалась. Если бы всякие светлейшества вдруг стали вежливы по отношению к последователям Луны. Последовательницам…
Так, вот не надо от двери отходить и идти в мою сторону… Да еще с таким лицом.
— Устроились мы замечательно, — почти пропела, заставив себя стоять на месте. Нельзя отступать! — Хотя не все нам и рады.
— Я заметил. Трое учеников до сих пор у лекарей, члены академического совета рвут и мечут, что придется находиться на одной территории с ведьмами, и судя по тому, что я почувствовал в этой аудитории, здесь тоже произошло… не только лекция.
— Хотите обвинить нас в невоспитанности и несдержанности ваших учеников? — искренне изумилась.
— Хочу заметить, что прежде ученики и повода не давали усомниться в их воспитанности и сдержанности, — скривился мужчина, — Лучше бы вас не было в академии.