Не пара для Его Светлейшества (СИ)

— В моей академии неприятностей быть не может, — отрезал мужчина.
Ага-а.
Вот в чем дело.
Репутация.
Сколько он на этой должности? Не так уж долго. И не терпит, чтобы о нем судачили.
Здесь крылись большие возможности для моей выгоды, но следовало все хорошо обдумать.
— Принимаю, — кивнула величественно, — До конца нашего пребывания здесь ни я, ни мои воспитанницы не будут первыми наносить удар…
— И провоцировать! — быстро отреагировал Агрэ.
— Да для многих здесь уже только то, что мы — молодые и красивые — провокация! — возмутилась я.
— Специально провоцировать, — продавил свои условия ректор.
— Хорошо, — легко согласилась я.
Знал бы он, насколько нам удаются неспециальные провокации.
— А теперь рассказывайте, — инквизитор вроде даже расслабился. Ну-ну.
Я быстро и четко изложила события “этой” ночи. Об оставленном на крыльце ребенке. О том, что мы не обнаружили следов того, кто мог его принести. Зато обнаружили, что малыш — оборотень. И, понятное дело, это нас взволновало и удивило…
— Оборотней ведь не существует! — тоже взволновался и удивился ректор.
— Минимум двое точно имеется. Один из родителей и сам ребенок, — развела я руками. — Нам придется найти отца или мать. Совсем бросать малыша на наше попечение не лучший вариант — когда ребенку исполнится три или четыре года, а лучше раньше, ему нужен будет кто-то из старших, кто научит его всему необходимому. К тому же для королевства это целое событие и необходимо…
— Уж без вас разберусь, — буркнул ректор, которому не понравилась моя рассудительность.
— Без нас не получится, — сообщила ему сдержанно и потупилась, поглядывая из — под опущенных ресниц, — Из всех магов и людей только ведьмы могут справляться с маленькими людоволками и их ранними оборотами. Даже если мы и позабыли былые традиции и заговоры, восстановить их легче, чем выдумать новые.
Посопел немного и спросил со вздохом:
— И что вы считаете нужным делать?
Уи-и!
Инквизитор спрашивает совета у ведьмы!
Ректор, который считал меня чуть ли не хуже нечисти Запределья, интересуется моим мнением!
Его Светлейшество с фамилией, начинающейся на “А”, пропускает вперед наследницу самой темной крови, чья фамилия никогда не поднималась выше “Ш”!
Я, определенно, должна сполна насладиться этим моментом.
— Может выпьем для начала? — спросила, стараясь не скалиться от радости.
И с укоризной посмотрела на часы, когда ректор с готовностью дернулся к шкафу с хрустальными графинами:
— Вы всегда пили крепкие напитки по утрам или это началось с появления ведьм? — спросила участливо. И достала из поясного мешочка мешочек поменьше, — Вообще-то я имела в виду кофе из одуванчиков…
— Кофе. Из одуванчиков, — повторил ошалело мужчина.
И та-ак на меня посмотрел, что я поторопилась выставить вперед руку с мешочком и потрясла им, чтобы он не подумал, что я над ним издеваюсь.
Хотя он, конечно, подумал.
Хотя я, конечно, немного издевалась.
— Весьма полезный напиток. Бодрит, очищает кровь, укрепляет здоровье и…хм, восстанавливает нервную систему. Если бы вы предоставили мне заварник и чашки…
Ректор бросил несчастный взгляд в сторону шкафчика с совсем другими напитками, но отправился таки за нужными предметами. А потом с подозрением смотрел, как и что я завариваю.
Недоверчивый какой. Это он зря. Если бы я хотела, и под его взглядом добавила что-нибудь.
— Волчонок без ведьм не сможет, — сообщила, когда разлила напиток, — Сам себе и навредит. Мы сообщим, безусловно, ковену, но даже у самого быстрого гонца съездить с письмами туда и обратно займет не меньше десяти дней. И, уверена, Верховные предложат нам и заниматься ребенком. Его Величество и Совет инквизиторов вы также уведомите, полагаю…
— Уведомлю, — буркнул Джейдев Агрэ и осторожно пригубил напиток.
По его лицу нельзя было понять — понравилось или нет. Но чашку не отставил.
Мелькнула мысль, что это более чем странно — ведьме инквизитора оздоравливать. Но я себе объяснила, что это не более чем прикрытие, под которым можно продолжить творить свои темные дела.
 
— Ответ от Совета придет в течение дня. Но вряд ли там знают, что делать с людоволками, — продолжила свои рассуждения, — Вероятнее всего, они также захотят, чтобы ведьмы занимались ребенком. И сохранить все в тайне. Уж слишком неоднозначная ситуация. Легенды о поселениях оборотней теряются в начале Смутных времен. Тогда множество сущностей… исчезло, — я постаралась, чтобы эта фраза не прозвучала обвинительно. — Теперь-то мы точно знаем, что оборотни — не легенда. Но что произошло? Они ушли тогда далеко-далеко? Или же кровь спала много лет и только проявилась? А может оборотни жили и живут среди нас, но, по каким-то причинам, решили открыться только сейчас? Надо найти его родителей…
— А пока не рассказывать всем подряд о произошедшем, — удивительно, насколько мирным получается разговор, когда инквизитор соглашается с ведьмой. Почему бы им всем это не принять как данность? — Ваше жилье достаточно удалено, чтобы действовать незаметно. Я же попробую найти все фамилии и варианты, кто мог проникнуть на территорию Академии. Ребенка не могли прятать здесь долго — значит, принесли. И просто так сюда не попадешь…
Ректор проходил мой путь в рассуждениях. Все-таки умен.
— По имени и по капле крови малыша мы сможем обнаружить мать. Ну еще мне нужны будут подробности про этих женщин… — на самом деле не нужны, только откуда ему знать? Я не хотела, чтобы он скрывал результаты расследования, а значит, придется хитрить.
— Даже та-ак, — протянул многозначительно мужчина, явно прикидывая, что сообщит эту информацию Совету. Забирай, не жалко. Ведьмы знают, в какую сторону подкинуть лакомый кусочек, чтобы гончая отвернулась от действительно важных вещей. — А отец?
— С ним так просто не получится, — пожала плечами. — Также следует учесть, что тот, кто принес корзину на наше крыльцо, знал о присутствии ведьм у инквизиторов…
— … а ведь королевский указ не был достоянием общественности, — кивнул Джейдев Агрэ.
— … и сумел пройти все ведьмины охранки. Это также непросто, как и попасть без доступа в Академию.
— Даже та-ак… — еще более многозначительно хмыкнул ректор.
Мы коротко глянули друг на друга и тут же отвели взгляд. То, как легко мы подхватывали мысли друг друга и спокойно общались, попахивало ночным кошмаром. И обоим, определенно, сделалось неуютно.
Надо поскорее закончить с этой историей и снова его бесить. Чтоб не более того.
— Быть может, вам нужна какая помощь с волчонком? — поколебавшись, спросил мужчина.
Говорю же, кошмар! Так дойдем до того, что он в гости к нам придет, на малыша посмотреть!
— Нет, у нас вполне самодостаточная пятерка, — качнула головой.
И ведь едва не ляпнула “боевая”. Так меня разморило от этого разговора.
Только никому не надо знать — особенно инквизиторам — насколько важно для ведьм число пять. И что наиболее эффективно мы работаем именно в пятерках — хоть боевых, хоть ведовских. И Верховных у нас пятеро по определенной причине.
За окном окончательно разгорелся рассвет. Мы обсудили детали и синхронно встали.
— Спасибо за… одуванчики, — чуть кашлянув, попрощался инквизитор.
— Обращайтесь, — натянуто улыбнулась я.
Двинулась в сторону двери, в последний раз обводя взглядом комнату — уютная все-таки. И едва не сбилась с шага, увидев, кто стоит на продолжении каминной полки. Среди всяких безделушек. Вот не зря меня тянуло рассматривать статуэтки! Я просто не дошла до этой…
Сердце ухнуло куда-то вниз, а потом вернулось на место и забилось быстро-быстро. Хотя внешне я этого не показала, но внутренне меня начало трясти.
Могла ли я ошибиться?
Нет!
Фигурка, которая просто так, на виду, среди всякой ерунды стояла у Агрэ, не была безделушкой! И тот факт, что ее не спрятали в самых темных подвалах инквизиции говорил о том, что ректор не знал о ее значении!