Босиком воительница на дыбе
БОСАЯ ВОИТЕЛЬНИЦА НА ДЫБЕ
АННОТАЦИЯ
Воительница-попаданка Августина, попала в плен к оркам. Жестокие, мохнатые медведи подвергают красавицу изуверским истязаниями. Но Августина проявляет несгибаемое мужество.
. ГЛАВА Љ 1
Тогда была зима, и стояли сильные морозы. С Августины сорвали теплую одежду и сапоги. Раздели ее, до тоненьких трусиков. Связали рыжей девушке сзади руки. И повели, далее почти совсем нагую.
И ее босые, изящные, точенные ножки оставляли на снегу следы. Очень даже красивые, и очень соблазнительной формы. И хотя лютых ветер гулял по голым ребрам девчонки, теребил ее клубничные соски, и рельефный пресс. Также девчонка проявляла подавляющей силы энергетику.
Августина вздернула вверх голову с мужественным подбородком, и распрямила плечи.
Она даже не пыталась прикрыть свою обнаженную грудь. Тем более руки связаны сзади. Ее босые подошвы от жесткого снега буквально пылают, и это так больно.
Но девушка-красавица не сгибает спину. Она, наоборот горда. Да холодно, да больно, и ощущаешь сильно унижение, что ты нагая, а вокруг тебя волосатые, вонючие твари.
Нет видно девушка настроена так чтобы ее запросто не сломали.
А вот к ней подходил волосатый гигант, сильно смахивающий на медведя орк с генеральскими эполетами.
И его могучая рука ложится на обнаженную грудь девчонки. Начинает крутить клубничный сосок красавицы. Августина хмурит мордашку, но молчит, и глаза не отводит. Хотя ей надо сказать очень даже противно.
Но девушка старается на подать виду. А еще одна лапа генерала-орка ложится уже на другой сосок. И начинает щипать еще более грубо и жестко.
Августина, чтобы не показать, что ей противно и больно, жестким голосом, произносит:
- А что-то более серьезное не можешь? Ты как мужчина что нуль?
Генерал из рода орков проревел:
- На дыбу ее!
И девушку провели еще немного по снегу. Довели до приспособления, которое было очень похоже на турник с разнообразными тренажерами.
И тут висели стальные цепи.
Девушке заломили руки назад, и крепко заковали. После чего взяли и потянули цепь. Стали выворачивать девчонку, поднимая ее конечности повыше.
Августина ощутила боль в предплечьях, запястьях и ключицах. Рыжая воительница стала выгибаться, наклоняясь.
Два крупных орка-палача взяли и дернули девушку за туловище и повернули красавицу. Голова Августины проскользнула между вздернутых вверх рук.
Девушка тяжело охнула. Ее буквально прорезало болью.
Генерал-орк произнес на распев:
- Говори преступница, воровка и террористка, где находиться ваш склад с оружием?
Августина жестко заявила, хотя ей было и больно, и страшно, и немного стыдно, и очень даже противно:
- Не скажу! Ничего я вам не скажу, как бы вы меня не мучили, не пытали, ни истязали бы!
Генерал-орк с довольным видом облизнул себе фиолетовые губы, из-под которых торчали кривые клыки.
И прохрипел:
- Тем лучше! Какое удовольствие, истязать такую красивую, с гладкой, загорелой кожей человеческую самку. Нам даже было бы досадно если ты сразу раскололась бы лишив нас орков, такого огромного наслаждение, которое куда лучше, чем тебя просто изнасиловать!
Августина зло произнесла:
- Ну если вы на другое неспособны, то попробуйте сломать отчаянную воительницу-космополитку!
Орк-генерал приказал:
- Десять ударов по ней кнутом с бережением!
Одни из палачей достал из урны в которой плавали инструменты порки, ивовый прут. Махнул им по воздуху, тот засвистел...
И мохнатый медведь в половину замаха ударил девушку.
Августина ощутила боль от удара. Ее кожа на спине набухла, но не лопнула.
Палач снова ударил.
Рыжая девушка стиснула сильнее зубы, чтобы не выдать муку. Она решила, чтобы не случилось, молчать, молчать и еще раз молчать.
Орк-генерал прохрипел:
- Три!
Мохнатый палач снова ударил. Мускулистое тело девушки содрогнулось. Громила врезал уже много ниже, заставив набухнуть свежую полоску кожи.
Орков собралась дюжина и они жадно смотрели на почти совсем обнаженную девушки в одних лишь трусиках, висевшую на дыбе и слегка качающейся под ударами истязателя.
Орк-генерал скомандовал:
- Шесть!
И снова на девушку взяли и обрушился сильный, и жесткий удар.
Августина, сделала вымученную улыбку.
Генерал продолжал командовать:
- Семь! Восемь!
Удары сыпались на девчонку, но терпела и старалась не стонать. Ее лицо было и красивым, и мужественным одновременно.