Частная Академия (СИ)
Вроде она все по делу сказала, и я со всем согласна, но не то что-то. А что — не понимаю пока.
Настроение испорчено. Время от времени поглядываю на телефон, пока развожу учебники. Я очень хочу, чтобы Тарас позвонил, да мне и простой эсэмэски «как дела?» вполне хватит. Но мобильный молчит, а сама я не отважусь писать ему первой.
Смотрю, как Шелест вместе с какой-то девочкой — вроде Света ее зовут — тащит в корпус «С» свои тележки. Мне рядом в «А», на второй этаж к Селиванову В.. Судя по собранным для него учебникам, четвертый курс, международное право. Престижное направление.
Корпуса, в которых мы живем, совсем не похожи на обычную студенческую общагу. Я была в одной такой в Чите весной, еще до папиной аварии. В академии мы живем как в отеле. Здесь большие свободные пространства, чистые лестницы, уютные комнаты с душем и туалетом и большие столовые, в которых можно питаться бесплатно. Да, и очень удобные лифты, хотя в каждом здании не больше пяти этажей.
«Селиванов В.»
Стучусь в комнату. Даже из-за запертой двери слышатся громкий смех и музыка. Мне никто не открывает. Да я и не настаиваю. Только раздражение в душе поднимается — как же, сил, значит, мотнуться в библу у него нет, а развлекаться — есть. Кладу на пол учебники, когда внезапно распахивается дверь и из нее вырывается шум. Отскакиваю в сторону.
— Оп-паньки! А ты че тут делаешь?
На меня смотрит высокий плечистый парень со смазливой физиономией. Пока я соображаю, где я его уже видела, он громко восклицает:
— А! Ты с Кочетом была? Ну точно… Свежачок на дотации. Ты не измазала своей вонью мои вещи?
— Что?! Какая вонь?!
— Стэн, гони сюда. Глянь, кто тут у нас!
Я пытаюсь уйти, но спотыкаюсь о тележку. Растягиваюсь на полу, от боли в глазах темнеет.
Слышу сверху мужской голос:
— Эй, мошка. Вставай, пока не раздавили!
Тот самый белобрысый качок со злыми глазами. Шумский. Точно. И этот Селиванов… они же раньше меня в академии были! Тогда почему…
— Сам ты мошка! — огрызаюсь я. Пока они удивленно молчат, продолжаю: — Яна сказала помочь тем, кто не успевал за учебниками, тогда почему…
Меня прерывает громкий смех. Эти двое ржут как кони, от чего я злюсь еще сильнее:
— Эй?!
— Ну Янка красава. Каждый год с перваками развлекается. Ты ничего не поняла, мошка? — перестав смеяться, спрашивает Шумский. — Думаешь, чисто учиться приехала? Ошибаешься, детка, тебя не для этого купили.
Глава 5
Матанализ — две пары, потом механика и четвертой парой философия.
Смотрю на расписание и чувствую легкое волнение в груди. Первый по-настоящему учебный день. Вчера было реально круто — выступление ректора, экскурсия для первокурсников по кампусу и лишь одна вводная лекция.
Зато сегодня уже по полной программе. Сверяюсь с электронной картой в прилоге — значит, основной корпус, второй этаж.
Мимо проходят студенты — кто-то торопится, не глядя несется вперед, кто-то с видом завсегдатаев лениво перебрасывается фразочками с друзьями и даже не смотрит на часы. А до пары остается всего десять минут, а я никого толком не знаю в своей группе. Девчонки, с которыми вчера познакомилась, на других факультетах учатся.
А парни… с ними мне сложно общаться, как оказалось. Почему-то в школе проблем с мальчиками не возникало, но здесь все совсем другое, и я… я как будто заново родилась и ничего пока не умею.
И еще мне сильно хочется позвонить Тарасу. Вчера мельком видела его со старшекурсниками, он мне даже махнул рукой, а я не успела ответить. Толпа унесла его в другой корпус.
И главное, никогда не считала себя нерешительной. Просто мальчики меня не особо интересовали. Ну разве что один раз, да и то…
Мама звонит мне, когда я подхожу к аудитории. Не могу пока привыкнуть, что здесь везде все такое современное и чистое, не как в читинском универе.
— Да, мам! Привет! Случилось чего? У меня пара начинается!
— Мира! Деньги перечислили! — От ликующего маминого голоса у меня теплеет в груди, и я улыбаюсь во весь рот. Я верила, что не обманут, но чтобы сразу два миллиона!
— Мам, я рада, очень!
— Отпросилась с работы, завтра повезем отца анализы сдавать. Не верится…
— Мам, ты плачешь?
В аудиторию мимо меня проходят незнакомые парни, двое с интересом рассматривают меня. Немного смущаюсь и отворачиваюсь. Мне на лекцию надо, но не могу же я маму сейчас оставить!
— Нет, дочка, что ты! — А сама носом хлюпает. — Я и тебе деньги переведу на карту. Что б мы делали без тебя и этой академии!
— Не надо мне ничего! — Прямо на меня идет препод, и я раньше него забегаю в аудиторию. Чувствую себя преступницей, никак не меньше. — Тут и денег не на что тратить. Еда, общага, учебники… все же бесплатное. Мне пора, мам.
— Да-да! — У мамы такой взволнованный голос, не знаю, когда она успокоится теперь. — Ты это… пока папа не слышит. Парня найди себе там хорошего, не богатого, а нормального. Как мы. А то ты ж у меня даже не целованная!
Краснею, еще и воровато озираюсь по сторонам: а вдруг кто слышал? Натыкаюсь на пару любопытных глаз и снова отворачиваюсь.
— Пока, мама!
Быстро убираю мобильный и вовремя. Препод окидывает нас цепким взором и неожиданно заявляет:
— Ну наконец-то девушка в группе! Давно сюда не заглядывали прекрасные дамы.
Тушуюсь от направленных на меня пристальных взглядов. Кажется, на меня таращатся сейчас абсолютно все!
— Уверен, вы попали сюда не только благодаря своим прекрасным глазам, сударыня.
Препод не очень-то и старый, лет сорок, иронично так смотрит на меня, и я вдруг слышу сдавленные смешки за спиной. Заставляю себя не оборачиваться.
— У меня сто баллов по физике, так что мои глаза точно ни при чем! — Голос подрагивает от возмущения и… обиды. Никто и никогда не сомневался в моих знаниях и праве учиться на физфаке!
По аудитории прокатывается дружное «о-о-о». На меня теперь откровенно пялятся, и мне неуютно под этими взглядами. Но я смотрю только на препода. Его я, похоже, не впечатлила.
— Рад за вас, — сухо произносит он. — Мирослава, верно? А теперь позвольте мне обратить внимание и на других студентов. Итак, начинаем.
Я прилежно записываю за ним чуть ли не каждое слово и больше не высовываюсь. Сижу тихо как мышка, и про меня довольно скоро забывают. Пока ничего нового не узнаю, но все равно жутко интересно.
После второй пары выхожу из аудитории и смешиваюсь с толпой. Я пока не очень хорошо ориентируюсь, а ходить, постоянно уткнувшись в карту на телефоне, ну такое себе! Да и времени на обед не так много, а еще надо найти дорогу до столовки.
Когда захожу в нее, почти все столы уже заняты, но местечко найти можно. В животе жалобно урчит, и не потому, что я слишком голодная, просто запахи здесь божественные. Даже в мамином отеле так не пахнет на кухне! И все это можно есть бесплатно и сколько влезет!
Беру поднос и набираю разной вкуснятины — салат с авокадо, пасту с морепродуктами и два кусочка тонкой пиццы. Боже, какой запах!
Не сразу замечаю какой-то кипеж, только когда вздрагиваю от громкого окрика, озираюсь по сторонам.
— Эти туфли стоят сотку, идиот!
В голосе столько холодной ярости, что я на всякий случай крепче вцепляюсь в свой поднос.
— Да тут пара капель всего.
Подхожу ближе. Картина маслом: симпатичная брюнетка с идеальным каре и в красивом коротком платье испепеляет взглядом хмурого старшекурсника, которого я видела в библиотеке. Смотрю вниз — правая туфля облита чем-то красным.
— Оттирай! — цедит брюнетка. — Сейчас же.
В столовке тишина, вокруг этих двух толпится народ. И я рядом.
— У-упс! — ржет какой-то хлыщ. — Инга, хочешь видосик сниму?
И правда, в руке парня тут же появляется телефон.
— Исчезни, Петюня, — негромко роняет Инга. — Все вон!
Она кто такая? Местная королева? Похоже на то, раз все стали расходиться.
— Что здесь происходит? — Меня задевают плечом, да так сильно, что я едва не роняю поднос. И этот голос я уже запомнила. Тело тут же свинцом наливается, даже шага не могу сделать.