Подарок от босса (СИ)

Оскал на хмуром лице Сиднева сразу же набрал обороты, превратившись в похабную улыбку. Мужчина ловко выставил ногу вперед и пресёк любые попытки захлопнуть дверь перед самим носом. Ему даже не пришлось напрягаться, чтобы проникнуть в дом и оттеснить Полину к стене. Всё это время Антон жадно изучал лицо белокурой стервы, ему вдруг показалось, что она стала ещё красивее, не смотря на то, что выглядела совершенно иначе, чем в те дни, когда своими стройными ножками мерила метры в его агентстве.
— Неплохо пристроилась, детка! — ладони Антона ловко очутились по обе стороны от головы девушки, которая спиной вклеилась в стену. — Так банально было видеть ваши фотки, столько любви, нежности…жаль, что наигранной. Ты же не просто так окрутила Андрюху? — мужчина носом вдыхает аромат её волос и прикрывает глаза, даже сейчас он сходил с ума от её близости.
Поля крепко приложилась к стене, когда маневр с захлопыванием двери перед носом этого мерзавца с треском провалился. Она прожигала взглядом его лицо, обессилено глядя, как он нагло вламывается в дом, чувствуя, как наваливается на неё, вдавливая в стену, поморщившись от тошнотного запаха коньяка и сигарет, которым от него разило. Полина не знала, отчего резко замутило — кошмарного амбре или стресса, но тошнота подступила к горлу немедля.
Она слушала его слова и не слышала их, игнорируя подчистую, и губы дернулись от омерзения, когда он склонился головой ниже и вдохнул аромат её волос.
— Тебе лучше прямо сейчас убраться отсюда, — голос был ровный, холодный, словно арктический лед, и какой-то чужой. Андрей так растопил её сердце, что последние недели она то и дело мурчала, как довольный котенок, теперь же в нотках её голоса появилась сталь и сучечность, которые крепко спали уже слишком долго.
Казалось, что способность здраво размышлять Антон потерял ещё в тот момент, когда держал в руках мобильный с открытой вкладкой инстаграма. Сейчас, прижавшись к Полине, вдохнув удивительный аромат волос девушки, Сиднев превратился в первобытного человека, в голове которого одна мысль: если не сожрать что-нибудь, то обязательно утащить понравившуюся самку в пещеру и удовлетворить свою похоть.
— И что ты, дура, в нём нашла? — Губы Антона заскользили по шее девушки, в то время как правая ладонь скользнула по груди, сжав её до боли. Его не отвращал ни живот девушки, ни то, что она огрызалась, похоть заполнила каждую частичку его тела и не отпускала, набирая обороты при малейшем сопротивлении желанной самки.
Это обращение Полина услышала отчетливо и проигнорировать не смогла. Мыслительные процессы девушки оказались на ринге, где один угол дрался за то, чтобы снова унизить его, и на этот раз она уже знала наверняка, какой Андрей в постели, и что Антон реально мизинца его не стоит, а вторая сторона была за то, чтобы молчать и не накалять, когда действия мужчины накалили ее.
Полина вскрикнула, когда чужая, мерзкая ладонь больно сжала грудь, глаза налились кровью и от внезапной боли, и от того, что этот скот себе позволял. Её руки резко толкнули мужчину, но он лишь слабо качнулся и вновь навалился на нее с новой силой.
— Убери свои лапы, животное, — грубо рыкнула, снова попытавшись его оттолкнуть, и снова безуспешно, более того, он умудрился придавить ее руки и почти обездвижить любые ее телодвижения. Одного он не учел — его склонившееся лицо, пару секунд назад лобызавшее шею, было близко, и Полина без раздумий вцепилась зубами в его щеку и больно укусила, чтобы воспользоваться его растерянностью и сбежать.
Сиднев ожидал подобного поведения от гордячки Полины, ожидал, но ловко маневрировать не позволял алкоголь в крови, вкупе с адреналином, который гонял по венам словно сумасшедший. Мужчина зарычал от боли, сжав подбородок Полины, но ни на шаг не отступил от девушки. В очередной раз оскалился, глаза вспыхнули маниакальным блеском, и в следующую секунду Антон впился жадным поцелуем в полные сладкие губы Полины. Его тело изнывало от неудовлетворения, каменный стояк в штанах упирался в бедро девушки.
 
— Какая же ты сладкая, детка, — он цепко держал подбородок Полины, пресекая потуги девушки вырваться на свободу, сверля лицо возбужденным взглядом, — зачем тебе этот пресный овощ, будь моей.
— Пресный овощ? — брови Полины взметнулись вверх, а губы скривились в ядовитой усмешке. — Я уже говорила, что ты мизинца его не стоишь, и повторю это снова, особенно теперь, когда я слишком хорошо знаю, о чем говорю. Андрей так хорош, что тебе и не снилось!
Рот сам болтал, из него лились слова, пока мозг соображал, как урвать момент для неожиданного удара. Она должна вырваться из его хватки, вырваться и позвать на помощь. Он пьян, неадекватен, и делает неприятные вещи. И самое страшное — у нее нет сил сопротивляться, а на таком позднем сроке убегать быстро у нее тоже не получится. На кону не только её поруганная честь, но и ребенок. Им она рисковать не могла.
— Ты даже не представляешь, как бесконечно я рада, что тогда ты вырубился, и я попала в его постель, а не твою, — мужчина вперился в неё взглядом, а она протянула ладонь и вяла его за подбородок, как он её, когда пытался просунуть свой язык в рот, чему помешали её крепко стиснутые зубы. — Потому что ты — ничтожество, — выдохнула у его губ, делая обманчивый выпад, словно собирается его поцеловать, и в это время коленка девушки полетела ровнехонько в его пах.
  
28 глава
 
Злился ли Антон на такие нелицеприятные слова, которыми его бомбила девушка? Конечно же нет, потому что не воспринимал их всерьез. Да он вообще никогда не брал в расчет Шепилова, как соперника. Мужик жил сам по себе, в тусовках и загулах замечен не был. А Полина? Да на ней просто шкура играла, когда их поседений загул, закончившийся пусть и не победоносным сексом, так позорно сорвался.
Она хочет его убедить в том, что в данном раскладе её всё устраивает? Да пусть врёт себе столько угодно. Столько бравады в словах, жестах, в неловких движениях. Её потуги вырваться не увенчались успехом, и попытка ударить его в пах была ловко пресечена Антоном. Его опьянение медленно, но уверенно отступало. Теперь наоборот все мысли и поступки мужчины были нацелены на выяснение истинных мотивов Полины.
— Не так быстро, детка, — хищно оскалился, и красивые губы мужчины вновь заскользили по ароматной щеке Полины.
Она даже представить себе не могла, как его заводит её домашний стиль одежды. Совершенно другая сейчас, и не менее желанная, чем раньше. Сиднев с превеликим удовольствием бы уволок девушку к себе, предложил массу вариантов, лишь бы она не была у этого домашнего таракана под боком. Сам себя не узнавал и не понимал своего поведения. Иногда казалось, что крыша безбожно съезжает, а вкус к краскам жизни погас.
— К чёрту маски, сладкая, давай пошлём к чёрту этого Шепилова, я готов помочь тебе в сложной ситуации, мы решим вместе все твои проблемы, — дурел от близости девушки и пытался увидеть в её лице хотя бы капельку намёка на согласие, поймать момент, когда она полностью осознает тот факт, что у неё появился нормальный вариант для будущего, и что не стоит держаться за плохо плывущую лодку, если на горизонте появился шикарный катер.
Полина сдавлено выдохнула, когда он блокировал удар. Удар был шанс к бегству, и этот шанс она упустила. Как быть дальше? Как ей выбраться из его хватки? Как спасти себя и ребенка, который проснулся и уперся ножками в ребра так, что сперло дыхание.
«Не по нутру, что к маме прикасается не папа», — пронеслось в голове у девушки, — «я тебя понимаю, сынок. Мне тоже это поперек горла стоит».
 
— Единственная моя проблема — это ты, — Полина посмотрела злым взглядом в его наглые глаза.
Это не дело. Нужно что-то решать. Может подыграть ему?
Девушка сузила глаза, задумавшись, и в следующую секунду ее взгляд смягчился, когда в очередной раз оказалась в плену его взгляда.
— Каким же ты видишь решение моей проблемы, Антон? — из голоса вмиг пропала сталь, там появился бархат и любопытство.