Протянуть судьбе руку (СИ)

Часть 7
Артем.
Что я, черт возьми, вообще творю?! Девушка, с которой я знаком один день. Она мало того, что нанятый дизайнер брата, так еще и замужем! И за кем замужем?! За, мать вашу, Аболиным. Ну вот кто угодно, но только не Игорь Аболин. Куда вообще меня занесло? Самое идиотское, что после того момента в квартире, я толком не сказал ей ничего. Мне сколько лет, чтобы я себя так вел? Как будто снова пятнадцать, а не тридцать пять. Видно же, что повисло тяжелое напряжение, которое сейчас в машине можно было ножом резать.
Артем в очередной раз поджал губы, сжав руль. Ему нужно было срочно взять себя в руки, хотя это казалось самым сложным испытанием в его жизни. Нет, почти. Самым сложным было в тот момент оторваться от Киры. Хрупкие, маленькие, сжатые плечи под нежной тканью шелка. Дрожащие бледные руки с изящными длинными пальцами. Он напугал ее, но практически не испытывал сожаления, что, казалось бы, злило его еще больше. Девушка стала для него настоящим открытием. С ней можно было разговаривать, о чем угодно, не строив из себя кого-то. Можно было быть настоящим. Улыбаться без оглядки на статус и финансовое положение. Даже подходящие слова подбирать было необязательно. А взгляд ее огромных голубых глаз в обрамлении длинных ресниц вообще вышибал весь воздух из легких мужчины. Само собой, рано было говорить о каких-либо возникших чувствах, возможно это лишь короткое влечение к, казалось бы, обычной, но одновременно неземной женщине. Тем более большая часть его осознанной жизни прошла в чувствах к брату. Не к родителям. Многие воспоминания стерлись из памяти, но только брат был реальным. Артур был для Артема авторитетом, незыблемым кумиром, а в детстве даже божеством. Их рано разлучили и много лет он мечтал все вернуть. Поэтому Артем был в полном недоумение. Никогда он не испытывал ничего похожего ни к одной женщине в его жизни. Это обескураживало и заводило одновременно.
В размышлениях прошел весь путь от города к особняку. Артем даже не заметил, как уже парковал машину на своем привычном месте.
— Здесь ключи, я поговорю с братом, он отдаст все распоряжения, закажет тебе пропуск и что там еще нужно…А, еще здесь визитка. Если что-то нужно или…не знаю. Просто звони, ладно? — Мужчина как-то нервно зачесал пальцами волосы назад и посмотрел на Киру. Она приняла файл с необходимым с едва заметной улыбкой, и кивнула.
— Мне нужно ехать. — Кира не стала утруждать его своим обществом, коротко попрощалась и через минуту Артем видел, как закрылись ворота особняка. Надо срочно проветриться, но перед этим поговорить с братом.
Кира.
Девушка не стала заводить разговор с Артемом. Он всю дорогу находился в раздумьях, а усложнять ситуацию не хотелось. Да и что конкретно она могла ему сказать? "Я не тебя боюсь, просто меня муж избивает!". Так себе оправдание. Хотя сейчас она впервые задумалась над тем, что было бы, скажи она такое. И предположим, что не Артему, а вообще, другим людям. Кира никогда даже мысли не допускала, что за нее могут заступиться, защитить. оградить от всего плохого, и прежде всего от мужа. Но втягивать кого-то в своих проблемы было не в ее характере. И перекладывать ответственность она тоже не привыкла.
Гостевой дом встретил ее тишиной, свежим запахом хлопка и чистоты. Поставив сумку в прихожей, девушка решила обследовать свое новое пристанище. Небольшой двухэтажный домик в скандинавском стиле. Прихожая, небольшая гардеробная, следом ванная и техническое помещение. Следом открытое пространство, крошечная кухня, небольшая столовая зона, совмещенная с зоной отдыха. Диван недалеко от выхода на террасу, телевизор и искусственный камин. Лестница на второй этаж, зона второго света, прозрачные перила и ограждение. Две небольшие спальни, в каждой из которых кровать, прикроватная тумба и шкаф, общая ванная комната. Все настолько минималистично и гармонично смотрелось, что и добавить нечего. Так как указаний не было, Кира заглянула в обе спальни и выбрала правую. Медленно она ступала по паркетному покрытию, касалась немногочисленных предметов интерьера кончиками пальцев. И здесь, на душе вдруг стало так спокойно, что девушка с облегчением легла на мягкую кровать. Здесь не было присутствия, чужой ауры или неприятных воспоминаний. Все чистое, новое, как белый лист. Сейчас Кире хотелось, чтобы такой была ее жизнь. С чистого листа. Это трудно, потому что многое предстояло начать заново, но девушка с предвкушением готова была принять этот этап своей жизни. Она представляла себе долгожданную свободу как глоток воздуха, когда выныриваешь из-под толщи темной воды. Жадный, такой сладостный первый глоток желанного кислорода, наполняющий легкие жизнью до боли. Опьяняющий. дурманящий воздух свободы, которым хочется надышаться вдоволь, до боли в грудной клетке.
 
Какое-то время Кире понадобилось, чтобы разложить незначительные вещи из сумки, вставить новую симку в телефон и забить туда номер с визитной карточки. Проблем с утратой контактов не возникло, Кира любила по старинке пользоваться ежедневником и небольшой записной книжкой для телефонных номеров, электронных почт. Артему пришлось позвонить позднее, предупредить, что она расположилась в правой спальне, чтобы не было неловких ситуаций с хозяином дома. Тот велел ей чувствовать себя там как дома, обещал привезти продуктов. Кира посмеялась и уверила мужчину, что не умрет от голода за несколько часов. После разговора взяла документацию объекта, необходимые принадлежности. Переоделась в более удобные светлые джинсы, драные, свободные. Черная однотонная футболка по фигуре и кроссовки. Вот теперь можно было и поработать, и не страшно даже полазать по стройке.
На осмотр всего объекта ушло больше времени, чем она изначально предполагала. Бригада рабочих как раз собиралась уезжать до дальнейших указаний начальства. Поэтому к вечеру Кира осталась практически в одиночестве, не считая двух работников и охраны.
Девушка забралась на строительную лестницу и расположилась там по-турецки. Оттуда было хорошо видно помещение кухни и столовой, Кира немедля приступила к работе. Сначала от руки в альбоме, позже перенести на компьютер и уже создавать модель. Так было дольше, но ей нравилось рисовать, чертить и делать заметки вручную. Казалось, будто это надежнее.
Сидящей на лестнице с поджатыми ногами, быстро орудуя карандашом на бумаге, такой ее и нашел Артур Маркович, который только сейчас приехал с работы из города.
Часть 8
Артур.
Не зря мужчина в мыслях называл Киру чудачкой. Даже работает не как все. Сидит на лестнице, что-то быстро чертит в альбоме. Даже пыли строительной и неудобств не боится, не брезгует. Копна рыжих кудряшек завязаны в небрежный низкий узел, нижняя губа чуть прикушена, а взгляд такой горящий, что даже невнимательный заметил бы любовь к тому, чем она занимается. Мужчина не спешил ее тревожить. Почему-то ему было необычайно спокойно и приятно наблюдать за девушкой. Он прислонился к дверному косяку и сложил руки на груди. Он бы так и дальше стоял, если бы Кира не подняла голову и не смотрела на него так удивленно.
— Добрый вечер, Кира Александровна. Не хотелось отвлекать, вы были крайне заняты. — Артур говорил с легкой улыбкой, не спеша переводить разговор в нечто официальное, сворачивая все до отношений работодатель-исполнитель. В руках мужчина сжимал несколько документов, аккуратно уложенных в прозрачные файлы, скрепленные вместе.
— Добрый, Артур Маркович. Вы извините, я, наверное, увлеклась. Давно ждете? Боюсь, что я пока ничего существенного показать не смогу. — Видно было, что Кира сильно смутилась. Девушка осторожно смотрела на мужчину из-под опущенных ресниц, при этом пытаясь видимо привести себя в порядок. То поправит прядку волос, то попытается зачем-то пригладить футболку. Заговорила о проекте, который только сегодня увидела. Забавная.
 
К слову, Артура и сейчас все устраивало. Ее неформальный стиль одежды, небрежность прически и такой безудержный огонь в глазах, когда берется за любимое дело. При нем большинство женщин выглядело так, словно идут в бой. Плотный слой макияжа, больше походящего на грим, вычурная «лучшая» одежда по схеме «глубже вырезы, выше каблуки». Исключение составляли те, кто предпочитал официальный стиль в одежде и сдержанный макияж. Кира, пожалуй, отличалась от них всех. Если не зацикливаться на образе олененка Бэмби, на которого она иногда походила, то можно было увидеть сильную личность. Интересную, обворожительную, с большим потенциалом, которого она почему-то сама боится, возвращаясь в нерушимую раковину.