Воин Островов

— Не стоит, со мной все будет в порядке, — сказала принцесса.
Как только Эванджелина ушла, Сирена устроилась на разогретом солнцем мху у старого дуба и расслабилась. Знакомый ей до веточки потаенный уголок был по-прежнему прекрасен, и принцесса почувствовала себя гораздо лучше. Пожалуй, только здесь она могла спрятаться от насмешек и мечтать о том дне, когда в земле Фэй, при дворе, отношение к ней изменится к лучшему. Но едва ли этот день скоро наступит.
Пытаясь побороть свой страх перед тем, что ее ждет уже на этой неделе, она вдохнула сладкий аромат колокольчиков и принялась разглядывать лазурные воды, которые заливали скалистый берег. Чувствуя, как приливы и отливы успокаивают ее взбудораженную душу, она надеялась найти решение всех своих проблем.
Но неожиданно на нее набежала тень, что-то большое заслонило ее от теплых лучей солнца. Принцесса поежилась и открыла глаза.
— Прячешься… ты всегда прячешься.
Она моргнула и, не поверив своим глазам, моргнула вновь.
Этого не может быть!
Сирена провела рукой по глазам, но видение не исчезло. Перед ней в слепящем золотом свете мерцала фигура короля Аруона.
— Отец… но как? Мне сказали, что ты умер.
— Умер? — прорычал знакомый голос. — И ты, как дурочка, поверила им? Меня убили!
— Убили… но как?! Кто мог пойти на такое?
Облокотившись на ствол дуба, она пыталась унять дрожь, но не смогла.
— Рябиновый сок, — проговорил Аруон, выплевывая слова, словно это был тот яд, которым его отравили. — Ангелы запретили мне говорить, кто это сделал, но, поверь, моя смерть будет отомщена.
Теперь уже Сирена не знала, что поразило ее больше. Тот факт, что ее отец появился перед ней в компании ангелов или что он был убит. Ее отца, неистового и сильного человека, сгубил сок ягод.
Она судорожно сглотнула и произнесла слова, которые рвались наружу:
— Я отомщу за тебя, отец.
— Ты… отомстишь за меня? — высокомерно фыркнул отец.
Чувствуя, как горят щеки, Сирена ответила:
— Но если не я, то кто?
Взгляд отца смягчился.
— Мой сын.
— Но у тебя не было сына, — едва слышно возразила Сирена, опасаясь вновь навлечь на себя гнев отца.
— Был, ангелы мне его показали, — ответил отец. — Знал бы я об этом при жизни!.. Но тогда мне ничего не сказали.
Сирена никогда прежде не видела горя в глазах отца, однако сейчас она безошибочно узнала человека, который тосковал о сыне. В груди Сирены заныло. Как мог ребенок, которого отец никогда не видел, занимать столько места в его сердце? И почему она, Сирена, не была столь же мила отцу?
— Сирена, протяни руки, — потребовал отец.
Пораженная, она подняла взгляд, потерла влажные ладони о розовую накидку, затем робко протянула руки. Как она ни старалась, ее руки дрожали.
Отец покачал головой.
— Не понимаю, почему они выбрали тебя для этого, — проворчал он уничижительным тоном, оглядывая Сирену с головы до ног. — Ты ростом с эльфа и боишься собственной тени.
Но Сирена сейчас боялась только отца и имела на то серьезные основания.
— Не понимают они ничего.
Отец хотел сделать шаг, но словно наткнулся на невидимую стену. Чувствуя, как мелко подрагивает подбородок, принцесса сжала зубы и моргнула, чтобы избавиться от навернувшихся слез. «Если даже ангелы выбрали меня, он не посмеет мне отказать», — подумала она. Меж тем король Аруон поднял меч Нуады, и Сирена задохнулась от яркого блеска драгоценных камней на его рукояти.
Отец передал золотой меч в руки дочери. Под его тяжестью она покачнулась, чувствуя, как тепло наполняет ее руки, как если бы меч был живым. Наверное, меч передавал свою магию, поскольку впервые в жизни страх покинул ее и она почувствовала себя сильной.
Она подняла глаза.
— Так что я должна сделать? — спросила Сирена таким уверенным тоном, что сама удивилась.
Король Аруон, казалось, не меньше был удивлен ее спокойствием. Сирена уже тогда почувствовала, что никогда не бросит этот золотой меч.
— Ты найдешь своего брата и приведешь его на Волшебные острова, где он займет свое законное место на троне, — проговорил король.
 
— Но меч вручили мне, и я так же являюсь наследником трона, как и брат, — решительно возразила она.
— Но женщина не может править королевством, особенно такая слабая, как ты. Я сделал свой выбор. Ты найдешь своего брата и передашь ему меч.
«Нет, только не меч!» — хотелось выкрикнуть ей, но она лишь спросила:
— Как же я найду его? Я даже не знаю, кто он и где он.
Массивная фигура отца заколебалась и исчезла, оставив лишь золотую пыль, вихрем игравшую в лучах солнца. Громовой голос отца отозвался эхом из-за деревьев:
— Его зовут Лахлан Маклауд, и живет он на острове Льюис. Найди его, Сирена, и привези сюда.
Бесчестность этого приказа столь зацепила Сирену, что она поклялась доказать, что это она достойна его любви. А Лахлана она найдет, чтобы скрасить свое одиночество, с которым она не расставалась со дня смерти матери. И с братом они будут одной семьей. Вместе они будут защищать друг друга. С этими мыслями она подняла меч высоко над головой, чувствуя, как сама судьба берет власть в свои руки.
Теперь она не отступит.
Неудача не для нее.
Она возвратит брата в свое королевство, и они вместе будут править на Островах.
  
Глава 2
 
Шагая по тропинке сквозь густой лес, Сирена оценивала вес золотого меча и размышляла о том, что теперь никто не сможет отказать ей в праве на трон. Теперь больше никаких оскорбительных испытаний, никакой клеветы относительно ее силы и способностей. Сирена станет королевой Островов.
Конечно, она чувствовала себя виноватой в том, что мечта всей ее жизни осуществится в результате смерти ее отца. Также неприятно было думать, что отец был убит. В том, что людей, желавших смерти ее отцу, было немало, Сирена не сомневалась и даже начала составлять список этих людей. Ведь король был жестоким тираном. Однако ей предстояло найти Лахлана Маклауда — брата, о чьем существовании она узнала совсем недавно, и пока она не найдет его, тайна убийства ее отца останется нераскрытой.
Принцесса дрожала лишь от одной мысли, что ей придется отправиться на остров Льюис, но нарушить волю отца она боялась еще больше. Она пыталась понять, зачем вместе с отцом приходили ангелы.
Подойдя к подножию горы, Сирена посмотрела на дворец, видневшийся из-за горных пиков в лучах заходящего солнца. Узкой тропинкой вверх по склону змеились ступеньки, вырубленные в граните, и высоко над ней, на самом верху, был виден часовой. Единственный подход к дворцу защищали самые сильные и опытные воины.
Этот подъем показался Сирене великолепной возможностью проверить вновь открывшиеся силы, и она начала подниматься по ступенькам. Удивленная той легкостью, с которой давался подъем, Сирена подумала о том, что могла улучшиться и ее магия. Она встала поустойчивее и приготовилась к тому, чтобы перенести себя. Закрыв глаза, Сирена стала делать то, чему ее учила Эванджелина, наверное, сотню раз. А именно — представлять, что она находится в своей комнате, и произносить заклинание.
— Ой!
Потирая спину, принцесса с обреченным вздохом вылезла из-под переросшего куста репейника у стен замка. Увы, даже сила меча оказалась не в состоянии дать ей магические способности.
Два королевских стражника с удивлением наблюдали, как Сирена появилась из-за кустов, вытаскивая из волос ветки и поправляя корону.
— Что случилось, принцесса? — спросил тот, кто был моложе.
— Ничего, обычная проверка бдительности, — как ни в чем не бывало ответила она.
Старший стражник, хорошо знавший Сирену, рассмеялся, однако умолк, увидев в ее руках меч Нуады.
— Ваше высочество! — почтительно произнес он и поклонился. Вслед за ним поклонился и младший. — Позвольте нам сопровождать вас.
— Нет, спасибо, я не хочу отрывать вас от ваших обязанностей.