Воин Островов

Сирена знала, что ни она, ни кто-либо еще не могли ничего сделать Лахлану, поскольку портал в Волшебное королевство был закрыт. Также она знала, что не покинет этот мир, пока не найдет Лахлана.
— Даже если ты попытаешься остановить меня, у тебя ничего не получится! — воскликнул Эйдан.
Ярость сверкала в глазах Эйдана, и Сирена попятилась, кладя руку на рукоятку меча. Элинна заметила это и тут же встала между ними.
— Рори, Фергус! Выведите его!
Рори метнул в сторону жены разъяренный взгляд и оттолкнул Эйдана.
— Как только мы решим эту проблему, у меня будет что обсудить с тобой, — проговорил Рори, погрозив пальцем Элинне.
— Конечно, обсудим, а пока надо говорить тише, а то мальчиков разбудим.
Пробормотав что-то о Сирене, Рори последовал за Эйданом и Фергусом.
— Эй, мужчины! — крикнула Элинна и, схватив Сирену за руку, повела ее по тускло освещенному коридору к лестнице, по которой спускалась троица. Кто-то поскользнулся, и снизу донеслись рассерженные голоса. — Мне следовало бы запереть их в башне, пока не угомонятся, — сказала Элинна. — Если Джимми и Алекс проснутся, их уже не уложишь спать.
— Я сожалею, Элинна, это моя ошибка.
Элинна резко остановилась, так что Сирена невольно столкнулась с ней.
— Почему? — нахмурилась она. — Это ведь не вы забрали Лахлана?
— Конечно же, не я, — ответила Сирена.
Элинна с улыбкой пояснила:
— Я просто не хотела отдавать вас Эйдану. Никогда не видела его таким сердитым.
— Не волнуйтесь, я бы справилась с ним, — сказала Сирена.
Элинна усмехнулась, но ничего не сказала, лишь погладила плечо Сирены.
— Я уверена, что справились бы, но это не понадобится.
Элинна открыла тяжелую дверь и толкнула Сирену внутрь.
— Не беспокойтесь. Все будет хорошо, мы найдем Лахлана, — сказала она, пытаясь разжечь огонь в каменном очаге. — Вы говорили, что Эйдан был вашим братом, однако ни Эйдан, ни Лахлан никогда не говорили о том, что у них есть сестра.
Сирена почувствовала, что краснеет.
— Я сестра Лахлана, а не Эйдана, — сказала она.
— Понятно, — почему-то проговорила Элинна. — Я никогда не умела разжечь огонь. Но лучше мы замерзнем, чем я позову Рори на помощь. Закутайтесь в одеяло, а я принесу сухую одежду.
С этими словами Элинна показала на толстое коричневое шерстяное одеяло, которое лежало в ногах у Сирены, присевшей на кровать с балдахином.
Элинна уже собралась уходить, когда Сирена спросила ее:
— А как я оказалась здесь?
Элинна остановилась, прикрыла уже открытую дверь и прислонилась к ней.
— Вас перенесла сила флага Волшебного королевства, — тихо проговорила она.
Секунду помолчав, Элинна медленно выдохнула и добавила:
— Именно так и я оказалась в Данвегане.
Она подошла к Сирене и села на край кровати.
— Я из двадцать первого века. Когда-то я работала врачом и бывала в замке на острове Скай. Однажды Йен поднял флаг Волшебного королевства, и было это в 1598 году. Рори был тяжело ранен в битве, и Йен опасался, что он умрет. Так что флаг был их последней надеждой. И вот благодаря магии я оказалась здесь, — улыбнулась Элинна.
— И вы ни разу не желали возвратиться в свое время?
Элинна рассмеялась:
— О да, вначале. Но потом я влюбилась в Рори и поняла, что столь странным образом обрела счастье.
Элинна встала и снова погладила плечо Сирены.
— Не волнуйтесь, я уверена, что у вас тоже все будет хорошо. Думаю, это ваша семья когда‑то передала Маклаудам волшебный флаг.
— Нет, я слышала, что это сделала какая-то Татианна.
— Хотите сказать, что она жила в одно время с вами?
— Нет, давным-давно она и ее братья были убиты.
Конечно, Сирена знала, что это мать Эванджелины убила их своим колдовством, но сочла неудобным сейчас говорить об этом. Она по-прежнему считала ее своей подругой и не хотела предавать.
— Понимаю, — медленно проговорила Элинна, и тут кто-то забарабанил в дверь. Элинна изменилась в лице и нарочито громко сказала: — Я не была с тех пор более счастлива.
Эйдан заглянул в комнату жены своего кузена и увидел, что та обнимает Сирену. Как же он сожалел, что не может поговорить с Сиреной, этой обманщицей, наедине! Тогда бы он точно узнал всю правду и его бы не обманул взгляд невинных глаз и эти вьющиеся и ниспадающие на плечи волосы.
 
Теперь он знал, что ей нельзя доверять, но Рори и Фергус почему-то думали иначе. Эйдан был готов ударить их, если они вновь начнут успокаивать его, говоря, что все в порядке. Подумать только, этот проклятый волшебный флаг принес того, кого он меньше всего хотел видеть!
Сирена подняла голову, и тут он заметил то, чего раньше не видел. В чем-то Сирена была похожа на Лахлана. Как он раньше не замечал этого? Видимо, раньше он был настолько очарован ее красотой, что, кроме нее, ничего не видел.
— Это из-за вас сбежал Лахлан? — спросила Сирена.
— Из-за меня? — взревел Эйдан. — Да как ты смеешь обвинять меня?!
— Не кричи на нее, Эйдан! — возмутилась Элинна, а Рори вздохнул, пытаясь жестами успокоить жену.
— Если вы будете кричать, разбудите детей. Ладно, если бы это помогло поискам, но ведь так мы не найдем Лахлана. Время позднее, почему бы нам не пойти спать, а эти вещи мы сможем обсудить завтра, когда у всех будут ясные головы.
— Я намерен услышать от нее правду, даже если нам не придется спать этой ночью.
— Не тратьте впустую время, — ответила Сирена. — Я не скажу вам ничего нового. Я не видела своего брата больше года.
— Почему я должен верить вам? Вы лгали мне с самого начала, когда я познакомился с вами.
Сирена сложила руки на груди, и только тут Эйдан заметил, что меча на ее поясе не было. «Интересно, как Элинна убедила ее расстаться с мечом?» — подумал Эйдан.
— Лахлану я не лгала, — сказала Сирена.
— Но вы лгали мне. Кто говорил, что он не помнит, откуда он? Кого брали в плен?
— Но я не говорила этого, — ответила Сирена.
— Но и не отрицали. Из-за вашей лжи погибли люди, но это, видимо, не беспокоит вас. А тут еще эти Волшебные королевства!..
Сирена вскочила на ноги и решительно шагнула к нему.
— Вы, смертные, ничего не понимаете! Лахлан сказал мне, что, если я откроюсь вам, вы меня убьете.
— Думаю, что он был прав. Но это единственные правдивые слова, которые я услышал сегодня от вас.
Эйдан всматривался в тонкие черты Сирены и видел, как болезненно исказилось ее лицо. Словно он ударил ее. В его памяти возродилось ощущение упругости губ Сирены и ее мягкие груди, которые прижимались к его груди. Эйдану вдруг стало больно от того, что он причиняет ей боль. Но мысль о том, что если бы не она, Лахлан был бы с ним, не отпускала его. Конечно, Эйдан не снимал вины и с себя. Ведь это он произнес те роковые слова, после которых исчез Лахлан. Но не будь Сирены, он не произнес бы этих слов. Своим появлением Сирена испортила его отношения с братом, и именно в этом он обвинял ее.
Рори, Фергус и Элинна, не веря себе, смотрели на Эйдана. Он же смотрел на Сирену и думал о том, что любой на его месте увидел бы красивую внешность, а потом уже суть человека. Эйдан понимал, что, если не изменит тактику, она настроит всю его семью против него. Или, что еще хуже, снова бесследно исчезнет, оставив его без надежды на возвращение брата.
Кто бы что ни говорил, Эйдан был уверен, что за исчезновением Лахлана стоят магические силы и, чтобы возвратить брата, ему потребуется иной подход. Угрозы мало влияли на Сирену. Но если действовать хитрее, то можно сыграть на ее самодовольстве. Почему бы ему не использовать против нее то, что она использовала против него?
Эйдан заставил себя улыбнуться:
— Я сожалею, Сирена, что вы ничего не знаете о Лахлане. Я просто волнуюсь за брата.
Рори и Фергус подозрительно переглянулись, а Сирена сочувственно заморгала. Она подняла глаза, и улыбка коснулась ее розовых чувственных губ.