Исчезнувшая стражница

Здесь все гораздо проще: нет Врат, сварливых бабушек или неуловимых демонов. Ты правильно смешиваешь нужные компоненты и получаешь желаемый результат. И в конечном итоге все тобой восхищаются. Вот почему Эрин любит химию: здесь все так, как и должно быть. Конечно, иногда происходит что-нибудь неожиданное, но даже при таком исходе ты можешь открыть пенициллин и спасти множество людей.
Вновь обретя решимость и (зачем это отрицать?) сочиняя в голове речь, которую она произнесет при получении своей первой Нобелевской премии, Эрин принимается за проект. На этот раз она поручает Норе работать с Ирис, потому что ее подруга – единственная в группе, на кого «голубовласка» не смотрит так, будто только что проглотила тухлое яйцо. Вдохновленные, без сомнения, замечательным руководством Эрин, девочки работают быстро и особо не отвлекаясь (когда в комнате находится Хана, полностью сосредоточиться просто невозможно). Важно то, что до конца утра они закончат описание недостающих опытов.
Во время работы Эрин приходит к интересному выводу: прежде чем рассказывать девочкам об Алексе, она сама отправится к нему в больницу и попытается выяснить, что именно с ним произошло. Возможно, астрот здесь не при чем, и ей не хочется выслушивать претензии Ирис («Я же тебе говорила!») из-за ложной тревоги. К сожалению, выйдя из лаборатории, Эрин обнаруживает небольшую проблему: оказывается, больница находится в том же направлении, куда идут Хана… и Ирис.
Телепат и сплетница: разве можно придумать худший тандем, если ты на секретном задании? Эрин повезло: сегодня утром Хана не в настроении засыпать ее вопросами (хоть какое-то разнообразие). Всю дорогу она болтает о каком-то паршивом фильме, который собирается посмотреть в кино. Если бы не ее фальцет, Эрин даже не услышала бы этот монолог из-за криков детей, играющих в парке, через который проходят девочки.
– Вокруг царит полный хаос, а ты правда хочешь пойти в кино? – упрекает подругу Ирис, уклоняясь от пробегающей мимо нее девушки. – Просто так взять и пойти в кино?
– Ну, фильм будет про одержимых, демонов и т. д. Может, я узнаю что-нибудь полезное, – объясняет Хана. Удивительно, но похоже, она говорит это на полном серьезе. – Тем более Габриэль уже очень давно хочет его посмотреть. Хотя каждый раз он чуть не писается от страха! Не понимаю, как так можно, это же смешно!
О!
Наконец хоть что-то интересное в этом разговоре.
– Ты пойдешь кино с Габриэлем, да? – вмешивается Эрин. – Вдвоем? Как романтично!
– Ты уже достала, – смеется Хана. – Мы просто друзья!
– Но будет лучше, когда вы начнете встречаться, – позади Эрин улыбается какой-то ребенок, словно соглашаясь с ней.
– Хана, не слушай ее.
– Я не собиралась, – говорит та. – Единственная из нас, у кого есть парень, это Нора, и я не вижу, чтобы ее это очень радовало. Кроме того, мы с Габриэлем… – Хану аж передергивает. – Фу. К тому же, Эрин, ты всегда жалуешься на своего бывшего…
– Конечно, жалуюсь, потому, что Оливер и Уго – идиоты. А вы с Габриэлем – это… это…
Эрин уклоняется от летящего в них мяча. Он пролетает мимо ее ног и удаляется, пока не останавливается под горкой… прямо перед только что появившимся черным вихрем.
Врата открыты!
Первое, что проникает в земное измерение, – изящная лапа с золотой конечностью. А за ней – еще три. Вихрь продолжает вращаться, обнажая мускулистое белое тело аберранта – такое блестящее, что Эрин не может оторвать от него взгляд. Затем появляются шея и шелковистая грива, из которой выступает очень длинный спиралевидный рог.
Это похоже на шутку.
– Это… единорог?
Прежде чем Хана или Ирис успевают ответить, Эрин слышит удивленный крик какой-то девочки.
– Смотрите, лошадка!
Вокруг полно детей, но Эрин требуется всего миллисекунда, чтобы распознать, кто именно закричал. Она стоит на горке, собираясь спуститься и указывая на единорога прямо под собой.
И единорог тоже ее видит.
Эрин бросается к девочке. Она взмывает вверх по лестнице и делает первое, что приходит в голову: слегка толкает ее. Девочка со свистом скатывается с горки, издав возглас удивления. Единорог заливается ржанием, и его рог рассекает воздух именно там, где она стояла… и там, где сейчас находится рука Эрин. Стражница шипит, когда рог царапает ей ладонь. Это сбивает ее с толку и мешает быстро среагировать, когда единорог начинает двигаться. Голова аберранта ударяется о горку снизу. Эрин шатается и падает с лестницы. Она неловко приземляется на спину единорога, который брыкается под ее весом, пытаясь стряхнуть незваную всадницу.
 
– Эрин!
– Я в порядке! – отвечает она, обхватывая животное за шею. Эрин делает это как раз вовремя, что позволяет ей удержаться верхом, когда единорог встает на дыбы. – А-а-а-а-а!
– Куда тебя занесло?
– Что? – переспрашивает она, когда единорог опускается на землю, падая на передние копыта. Тело Эрин вздрагивает при каждом движении. – Да я же здесь, сверху-у-у-у!
Единорог снова встает на дыбы. Эрин соскальзывает на несколько сантиметров вниз, и ее лицо упирается в шею аберранта, придавленное к собственной же руке.
Руке, которую она не видит.
Единорог… превратил ее в невидимку?
В нескольких метрах от нее Хана озирается по сторонам, ища Эрин взглядом. Ирис стоит на месте, пристально глядя на единорога и выражая абсолютное изумление. Они вдвоем – единственные в парке, кто стоит неподвижно. Вокруг них завороженно кричат дети. «Смотри, мама! Единорог!» – вопят некоторые. Мальчики и девочки тянут родителей за руки в сторону зверя, но никто из них, похоже, не желает и близко подпускать детей к аберранту.
– Эй! С собаками сюда нельзя! – кричит один из них, утаскивая дочь.
Эрин знает, что нормальные люди, особенно взрослые, не способны видеть магию. Мозг обманывает их, превращая сверхъестественное во что-то более приемлемое.
Но собака? Они видят проклятого единорога и воспринимают его как собаку? Серьезно?
Единорог тоже, похоже, возмущен этим сравнением, потому что он снова начинает неистово ржать. Что бы мужчина ни услышал, этого достаточно, чтобы заставить его схватить дочку и увести ее прочь. И он правильно поступает, потому что через секунду единорог первым атакует, бросаясь на них рогом вперед.
Эрин издает крик, когда зверь тащит ее за собой в своем безумном рывке. Он скачет так быстро, что грива развивается на ветру, путаясь с волосами наездницы. На такой скорости зубы Эрин стучат каждый раз, когда ее подбородок упирается в шею аберранта, за которую она отчаянно цепляется. Подталкивая единорога, ей удается изменить курс, и отец с дочкой могут убежать.
Бенефис разъяренной собаки (или что бы там ни видели нормальные люди) опустошает парк за считанные секунды. Остаются только Хана, которая продолжает искать глазами Эрин, и Ирис, застывшая на месте с таким же потрясенным выражением лица, что и несколько минут назад. Что, черт возьми, с ней творится?
Эрин протягивает к ним руку, но единорог просто кружит вокруг девочек – слишком далеко, чтобы она могла дотянуться. Глаза зверя, совершенно белые, устремлены на Хану. Он нарезает круги с такой скоростью, что его копыта начинают рвать траву, оставляя за собой грязный след.
– Эй, девчонки! Я на спине!.. АЙ!
На этот раз вставший на дыбы единорог застает ее врасплох. Эрин скатывается вниз по белому меху, и только ее способности не позволяют стражнице разбить голову, когда она с глухим треском падает на землю.
– У меня есть решение! – слышит она слова Ханы, поднимаясь с травы. – Встань позади меня!
Она никогда бы не поверила в то, что видит перед собой. И это заявляет человек, только что упавший с единорога!
Хана протягивает руку Ирис… и та толкает ее к аберранту. Эрин бросается к Хане. Она хватает ее за плечи, чтобы оттащить от единорога, но не может сдвинуть ее с места. Эрин сжимает зубы, призывая всю свою силу, и даже трансформируется, чтобы использовать дар в полной мере. Она тянет так сильно, что боится ненароком вывихнуть Хане плечо, но та не двигается. Хотя она весит меньше перышка, создается впечатление, будто гравитация усилилась в сто раз. Ее невозможно сдвинуть даже на миллиметр.