Кто к нам с мечом? (СИ)
— Да что такого—то в этом чертовом кладбище? — не выдержав, перебил я майора.
— Мне-нам показалось, что на этот древний погост до сих пор хранит слабые Эманации Драмагара… Но это были совсем не Эманации! Это был сам Драмагар, ослабевший от тысячелетней спячки. И мое-наше появление на его кладбище, пробудило его, — слегка нервно замолчал Хозяин Кладбища.
— Драмагара? — переспросил я, споткнувшись о новое слово в своем лексиконе. — Это еще что за мерзкая хрень, и с чем её едят?
— Боюсь, Господин, — я поморщился, но не стал в очередной раз одергивать Хозяина — время нынче дорого, — это Драмагар пожирает любую живую активность — Прану, не брезгует и Маной, стремясь привести все вокруг к одному знаменателю — тихому и спокойному погосту…
— В смысле?
— Случались времена, когда эти Твари превращали в «тихие и мирные» кладбища и погосты целые континенты. Когда жизнь на планете замирала и едва теплилась. И только объединенными усилиями Дивного Народа и Кромешного Царства, этих тварей практически повсеместно удалось перебить. По крайней мере, так гласят Анналы Дивного Народа…
— Дивный народ? Это еще что за нафиг? — От обилия новой информации у меня уже голова распухать начала. Или это из-за мысленного общения с Хозяином Кладбища? Так долго поддерживать связь, да еще и на солидном расстоянии, мне еще не приходилось.
— Это Альвы, Господин, — послушно пояснил мне майор Легион, — или, как их еще называют Жители Холмов, Древние, Старшие, Высокие…
— Не части, товарищ майор! — волевым усилием перебил я Легиона. — Потом нюансы обсудим! Так откуда взялся этот твой Драмагар, если их еще хрен знает, когда перебили?
— О Драмагарах ничего точно не известно, товарищ полковник, — Легион наконец-то вспомнил о приказе не называть меня господином, — одни домыслы и древние легенды. Причем легенды тех рас и народов, которых сейчас уже и не встретить на земле…
— А как же эти твои… как их?.. — Я поморщился, слово крутилось «на языке», но я никак не мог его «ухватить». В башке крутилось что-то непотребное типа «канал-анал». — О! Вспомнил! Анналы Дивного Народа?
— Эти Анналы тоже своего рода легенда, — огорошил меня Легион. — В моем-нашем Эгрегоре присутствует Эманация одного ученого, профессора-археолога, которому, якобы, довелось прикоснуться к этим Анналам.
— И чего же ты мне голову морочишь, майор? — Я с трудом, но удержал себя в руках. — У тебя вся история вилами по воде написана! Тут, понимаешь, такое творится, а он вокруг, да около хороводы водит. Нет, чтобы помочь чем…
— Так я-мы уже помогаем, Господин! — опять сбился Легион. - Бегите оттуда немедля! Спасайтесь, безумцы! Противостоять Драмагару в одиночку бессмысленно и невозможно, Господин!
— А кто тебе сказал, что в одиночку? — презрительно фыркнул я. — Мы с командиром одного Титана уже уработали, думаю, что и с твоим хваленым Драмагаром управимся!
— Даже некоторые Титаны и Боги старались обходить вотчину Драмагаров десятой дорогой… А как звали того Титана? — поинтересовался он между делом.
— Да какая теперь разница? Гиперионом его кликали. Слыхал за такого?
— Не может быть! Ведь это один из Первого Поколения? Беспощадный Солнечный Дар…
— Не помог ему его хваленый Дар! — Не без некоторой гордости сообщил я эту информацию своему подчиненному. — Дедушка тоже кой-чего может, когда его основательно в угол загонят!
— Тогда, возможно, у вас есть еще шанс… — Сквозь силу, но признал такой вариант развития событий майор Легион. — Но будьте крайне осторожны, Господин, я, тотчас же выдвигаюсь к вам на помощь!
— Ладно, убогий, хорош трындеть! Нам еще здесь порядок наводить. За сим отключаюсь…
— Хоттабыч, есть успехи — удалось что-нибудь узнать? — Едва мой взгляд приобрел некоторую осмысленность, накинулся на меня командир.
— Удалось, — утвердительно кивнул я. — Только ничего хорошего Легион не сообщил. Против нас с тобой очередное чудо-юдо выползло — Драмагаром кличут. Этого уродца на Земле не видели тысячелетиями, даже памяти о нем среди людей не осталось! Гребаного Титана Гипериона хоть в древнегреческих мифах упоминали, а об этом Драмагаре только нелюди помнят... Да и то на уровне слухов и и догадок.
— Блин, старичок, — командир, выслушав неутешительные новости, отнюдь не потерял присутствия духа, а лишь усмехнулся, — вот отчего нам с тобой везет, как утопленникам?
— Так, похоже, карма у нас такая — постоянно задницы разным Тварям надирать! — поддержал я его скрипучим смехом. — Пошли в поход за одной сволочью, а уже нескольких прикопали!
— Вот, то-то и оно! — согласился со мной князь Головин. — Хоть какая-то иформация об этом Драмагаре имеется?
— Этот древний говнюк, как поведал Легион, больше всего любит тишину и покой, и совсем не любит живых. Если ему дать волю, то он превратит весь мир в одно большое кладбище, не оставив вообще никого — ни нас, ни фашистов. Но у нас с тобой, командир, есть небольшой бонус…
— Чего есть? — переспросил командир, видимо незнакомый с подобным термином.
— Маленький такой подарочек от Удачи — премия! — улыбнувшись, «перевел» я на знакомый язык Головина. — Эта Тварь долго дрыхла и основательно ослабела. А так, говорят, когда они пребывали в самом рассвете Сил, их даже Титаны не решались задирать… Ох, еп! Смотри, командир, чего за оградой творится!
За оградой действительно происходило нечто неординарное: мясной комок, достигший небывалых размеров, неожиданно начал исходить какой-то густой черной слизью, похожей на расплавленный гудрон. Слизь постепенно полностью окутала скатанную в гигантский шар метрвячью требуху, а по её поверхности побежали «электрические» темно-фиолетовые разряды. Отливающий густым Мраком шар, начал колыхаться и вздрагивать, словно эти разряды причиняли ему невыносимую боль. Ну, по крайней мере мне так казалось.
Я на мгновение бросил взгляд на застывшего рядом со мной командира, который со слегка приоткрытым ртом неотрывно наблюдал за разворачивающимся перед нами представлением. Робка и его денщик тоже застыли во дворе соляными истуканами, не имея сил оторваться от завораживающего действия. Одна лишь фрау Габриэлла не проявила ни капли удивления, словно такие безобразия, творящиеся за оградой её дома, происходили едва ли не каждый день. Железная бабка, что и говорить!
— Фрау Габриэлла, не принесете холодненькой водички? — вежливо попросил я её. — Пожалуйста! А то в горле слегка пересохло, — виновато разведя руками, пояснил я.
— Погуляли вчера знатно? — усмехнулась старуха, направляясь к дому.
— Ага, есть такой грешок, — не стал я спорить. — Попить бы… А то после, боюсь, совсем некогда будет…
— Эх, мужики, — фыркнула фрау Габриэлла, — вам бы только выпить! Сейчас морса смородинового принесу. — И она скрылась за дверью коттеджа.
А протухший шарик начал стремительно трансформироваться, постепенно вытягиваясь в длину. Черная блестящая субстанция постепенно впитывалась внутрь формирующегося на наших глазах гигантского тела, превращая «вытянутую колбасу» в нечто белесое, огромное и снабженное ко всему тому же огромной зубастой пастью, в которую легко бы могла заехать целая полуторка. Колышущаяся студенистая белесая туша шевельнулась, слегка приподнялась над землей передней зубастой частью, а затем опала. Мощеный камнем двор под нашими ногами ощутимо вздрогнул. А бедный Робкин ординарец даже не удержался на ногах.
— Нихрена себе могильный червячок вымахал, командир! — Хохотнул я, наконец разобравшись, кого мне напоминает этот чертов Драмагар.
— Согласен, впечатляет, — кивнул командир, не отрывая взгляда от извивающейся туши.
— Да фигня, Петрович, земельку я и посильнее колыхнуть могу.
На «морде» свежеиспеченной из тухлого дерьма Твари неожиданно прорезалось с десяток мутных огромных глаз, взгляд которых сошелся точно на нас с командиром.