Освобожденный (ЛП)

Мои соски затвердели, упираясь в лифчик, жаждая его прикосновений. У меня между ног началась вечеринка; щекотка переросла в пульсирующую потребность.
Наши языки переплелись, губы слились в поцелуе, и в глубине души я поняла, что сделаю все, о чем бы он меня ни попросил, пока…
Он не отстранился.
Я была в замешательстве.
— Что такое?
— Я не могу.
— Нет. Все нормально. Ты можешь это сделать.
— Не хочу причинять тебе боль…
— Ты не делаешь мне больно. Клянусь. Все в порядке, Данте. Я не собираюсь плакать из-за изнасилования на свидании.
Он съежился.
— Я бы никогда так не поступил!
Я потянулась к нему, но он отпрянул.
— Я знаю. Пожалуйста. Доверься мне.
— Я доверяю тебе, Эрин. Иначе бы не попросил тебя о помощи. Прошлой ночью ты могла заявить на меня, но не сделала этого. Но доверяешь ли ты мне?
Серьезно? Это противоречило всякой логике. Почему меня так сильно тянуло к нему? Я просто была возбуждена? Мы с Кори расстались два года назад, и, хотя я была далека от беспорядочных связей, с тех пор не соблюдала обет безбрачия. Нет, проблема была не только в возбуждении. Я не могла отрицать, что хотела Данте с таким неистовым желанием, которого никогда не испытывала, но также чувствовала кое-что еще. Потребность быть рядом с ним, защищать его.
И да, я доверяла ему.
— Я не уверена почему, — сказала я, — но да, я доверяю тебе.
— Тогда поверь мне, когда я говорю, что не могу переспать с тобой. Не сегодня. Я думал, что смогу. Я думал, я… — Он глубоко вдохнул. — Твой запах. Твое возбуждение. Боже… — Он снова вдохнул.
Затем:
— Нет! Не сегодня!
Глава 7
ДАНТЕ
В голове промелькнул образ — образ, который я не мог забыть.
Убирайся из моей головы, ты, отвратительная сука!
Был ли я обречен подчиняться ей даже после того, как сбежал? Неужели она каким-то образом наложила на меня запрет, что я никогда не смогу быть с женщиной? Что у меня всегда будет какое-то воспоминание о том, как она нависала надо мной? Лишаешь меня этого? Заставляешь подчиниться?
— Нет, черт возьми! — сказал я вслух, дергая себя за волосы и медленно отодвигаясь от Эрин.
— Данте, — она потянулась ко мне дрожащей рукой, — Что случилось?
— Где твой компьютер? — потребовал я.
Ее зеленые глаза немного остекленели.
Нет. Пожалуйста, не надо. Не плачь.
— Я сделала что-то не так?
— Нет.
— Тогда почему…
— Я просто не могу. Жаль, что не могу объяснить, но… Мне просто очень нужен твой компьютер. Пожалуйста. — Мой член был твердым, как мрамор, под слишком тесными джинсами. — Черт.
— Что?
— Эти брюки слишком малы. Твой компьютер?
— Внизу.
Я попытался подогнать промежность к джинсам, чтобы было больше места. Не получилось.
— У меня есть немного денег, — сказала Эрин, ее глаза все еще были полны печали. — Ты можешь пойти и купить какую-нибудь одежду, которая тебе понравится. Большего я для тебя сделать не могу.
Сожаление сжало мое сердце. Я причинил ей боль. Причинил боль этой милой, доброй девушке, чей аромат, должно быть, был создан на небесах. Она предлагала мне деньги на одежду, хотя была должна мне меньше, чем ничего. И, черт возьми, все, что я мог делать, это вдыхать ее сладкий аромат, смотреть в ее прекрасные глаза и на ее грудь, где были видны под всеми слоями одежды ее соски. Я чертовски сильно хотел ее.
Она заслуживала лучшего, чем я мог ей дать. Лучше, чем неопытный вампир, жаждущий ее крови.
Ее предложение денег соблазнило меня, но я не смог его принять. Я все равно не мог выйти на улицу. Моя кожа выдержала воздействие солнцезащитного крема, но я пробыл на солнце всего около десяти минут. Большинство вампиров могли бы справиться с солнцем, используя соответствующий солнцезащитный крем, но моя кожа не видела солнца одному Богу известно, сколько лет. Я не мог рисковать. Мне пришлось восстановить свою устойчивость к солнечному свету.
— Я не могу уйти. Хотя бы, пока не стемнеет.
— Ты от кого-то прячешься? — робко спросила она.
 
— Да.
Слово вырвалось прежде, чем я смог его остановить. Это не было ложью. Она отправила бы своих головорезов на мои поиски. В больнице я почувствовал что-то зловещее, странный холодок, похожий на то, что я почувствовал, когда убегал от детектива ранее. Вот почему я почти заставил Эрин отвести меня к ее машине.
И теперь… где-то в этом таунхаусе…
Что-то скрывалось.
Что-то, что должен был обнаружить и устранить.
— Ох. — Она закрыла глаза на несколько секунд, а затем открыла их. — Я укрываю беглеца.
— Боже, нет! — Черт. — Ничего подобного. Я не могу сказать больше, чем уже объяснил.
Она скрестила руки на груди, прикрывая свои торчащие соски. — Мне жаль. Правда. Но тебе придется уйти.
Если бы только я мог очаровать ее, чтобы она позволила мне остаться. Но опять же, меня мучила мысль, что я не хотел очаровывать Эрин. Я хотел, чтобы она подчинялась мне по собственной воле, хотя почему я хотел, чтобы она или кто-либо другой подчинялся, не имело никакого смысла. Я все равно не доверял своей силе очарования. Это не помогало так, как предполагалось.
Сильное желание обладать ею снова поднялось во мне. Мое тело взяло верх над разумом, и я снова схватил ее и поцеловал со всей свирепостью.
Затем, стук в дверь внизу и голос:
— Эрин? Ты здесь?
Глава 8
ЭРИН
Я неохотно прервала поцелуй.
— Прости, — сказала я Данте. — Это мой брат. Я посмотрю, чего он хочет. Не уходи.
Я поспешно оделась и спустилась вниз. Джей брал себе рогалик из моего холодильника. — Я собиралась ложиться спать, Джей. Я работаю в ночную смену, помнишь? Чего тебе?
— Прости. Я подумал, что ты, возможно, еще не спишь. Разве ты только что не закончила…
— Пожалуйста, просто скажи, чего ты хочешь, — сказала я, перебивая.
— Хорошо, хорошо. Есть кофе?
— Конечно, нет. Мне пора спать, помнишь?
Он сел за стол и намазал рогалик сливочным сыром.
— В вашей больнице пропал пациент.
Я сразу же вспомнила мистера Линкольна, наркомана, которого я лечила несколькими часами ранее. Уверена, он отправился на поиски лекарства.
— Боюсь, я не знаю, где он.
— Он? Пропавший пациент — женщина.
— Ой. Которая из них?
— Она поступила прошлой ночью с огнестрельным ранением в живот. Помнишь ее?
О, я вспомнила. Она была причиной, по которой меня отправили в банк крови на анализ — причиной, по которой я нашла там Данте.
Факт, о котором я совершенно забыла, поскольку была вовлечена в самый страстный сеанс поцелуев в моей жизни.
Я была готова затащить его в свою постель. Мало того, даже не подумала о предохранении. Ради бога, я была медсестрой. Что бы ни вселилось в меня, это должно было уйти. Сейчас.
И вот мой брат, детектив, сидел за моим кухонным столом, пока я укрывала беглеца. Молодец, Эрин.
— Да, я помню. Ее повезли на операцию, но я не занималась ее случаем.
— В том-то и дело, — сказал Джей. — Ее так и не довезли до операции.
Я уставилась на него, пока он жевал свой рогалик.
— Что?
— Да. Хирургическая бригада ждала, но пациентка так и не попала в операционную.
— Возможно, ее семья приехала и забрала ее домой. Может быть, они не верят в медицинскую помощь или что-то в этом роде.
— Эрин, о чем ты говоришь?
— Не знаю. — Боже, я был в полном беспорядке. Мой мозг все еще был в похотливом тумане.
— В общем, ее зовут Синтия Норт, двадцать пять лет, рост пять футов шесть дюймов, стройная, каштановые волосы, карие глаза, светлая кожа.
— Ты говоришь, как коп.
— Я и есть коп, зубрила.
Я вспомнила свою смену.
— Уверен, что мы говорим об одной и той же женщине? Я помню, врач скорой помощи сказал, что ей было чуть за тридцать.