Детективы для Бзика (СИ)

И была еще одна небольшая проблемка, сможет ли обратиться в Дракона куратор, потому что до этого обращение происходило спонтанно.
Но все оказалось гораздо проще, чем даже я планировала.
В саду мы оказались ровно без пятнадцати. Куратор, унюхавший такое количество вампиров, взревел и подпрыгнул в воздух, расплавляя крылья. Вампир, никак не ожидавший увидеть такое массивное и крылатое ящеробразное, хлопающее крыльями в надежде подняться в воздух, в первый момент присел в кустах. Но отследив взглядом монстра, рванувшего переваливающейся походкой в сторону лужайки, выхватил саблю и с криком «Маргарита», рванул следом.
Все же вампиры очень быстро передвигаются. На лужайку они вывалились вместе. Вампир, бегущий по спине Дракона, и орущий — спасайся кто может, Дракон, плюющий в сторону расставленных стульев и столов с угощениями огненными шарами, хотя скорее кашляющий ними. Прекрасная вампиресса, встречающая гостей и мило воркующая, с ужасом наблюдающая, как ее отец слетает с шеи Дракона, когда тот сбрасывает его как надоедливое насекомое. Он снова бросается в сторону чудовища в клубах дыма, который источают подожженные ним предметы. Остальные вампиры, рычащие на Дракона, но не решающиеся броситься на вот такое живое. Молниеносный бросок длинной драконьей шеи и от столов он выхватывает зазевавшегося черноволосого вампира. Хруст костей несчастного и ошметки, свисающие из жующей пасти, превращают фарс в реалистичную битву.
Я сама, вытаскивая ничего не понимающего Булгака из контейнера, даже и не мечтала продемонстрировать обращенных вампиров, носящихся на низких траекториях и пребывающих в состоянии гона.
Я, конечно, надеялась, что никто из них не сможет прокусить шкуру Ту-ша, но все же следовало убираться отсюда как можно быстрее. Тем более, что они, все же точно отследили появившиеся в их владениях живые сердца, лишенные экранирующего воздействия контейнера.
— Заберите меня отсюда, — заголосил писатель, когда увидел оживший ужастик, пять минут назад рассказанный мною.
Хвост Дракона, сносящий контейнер, проносящийся над нашими головами, Дерек, хватающий нас двоих и несущийся в сторону, где этот хвост замирает на лужайке, в момент, когда Дракон извергает из себя струю напалма, в ответ на прицельный выпад вампира. Сабля застревает в лапе, которая отшвыривает держащегося за нее в сторону дома. Он сносит стулья и замирает под ногами дочери. Та падает на колени, и рыдает, обнимая закопченного и окровавленного отца.
— Финита ля комедия, — ору я, когда мы втроем валимся на хвост дракона и мир темнеет и исчезает в дымке длинной кротовой норы, в которую мы проваливаемся вслед за Драконом.
Когда мы вываливаемся в звездную ночь на сцене перед пустым залом огромного амфитеатра, я выдыхаю.
Куратор шипит и отплевывается. Дерек, уговаривает его потерпеть.
Я спешу к ним, убедившись, что наш писатель в глубоком обмороке.
В руке куратора торчит сабля вампира.
— Тяни, — дает он команду Дереку. — Надо избавиться от нее, чтобы запустить регенерацию.
Дерек с трудом извлекает орудие, точно угодившее между лучевой и локтевой костью и поддающееся со скрипом.
— У тебя что, кости из адамантия? — выдыхает, когда сабля извлечена.
Ту-ша прижимает травмированную конечность к груди.
— Давай перевяжу, — предлагаю, отрывая от подола длинную полоску ткани.
Он шумно дышит, сквозь зубы тянет — не надо, мне нужно отлежаться где-то.
— Надеюсь, то, что ты закусил вампиром, не сделает тебя ним.
Он улыбается, — не дождетесь, в Драконьей ипостаси мне не опасны такие мелочи.
— А как же иголка вампира, — спрашиваю, аккуратно перетягивая предплечье.
— Клинок не простой, — голос Дракона тягуче медленный. — Пару часов не будите меня, — отдает последнее распоряжение и оседает на дощатый помост сцены.
— И куда это нас занесло, — спрашивает минуту спустя Дерек, окидывая взглядом театральные декорации. — Здесь мало магии. Думаю, что Дракон проспит до утра.
— Может это планета нашего писателя? — выдвигаю самое простое предположение.
 
— Вот очнётся и спросим, — решает Дерек, — а пока и ты поспи, а я покараулю.
Он усаживается ближе к двум мужским телам, я кладу голову ему на колени и уплываю в сон, мимолетно отмечая затухающим сознанием, как он нежно и невесомо проводит по моим волосам ладонью.
  
Часть 34 Трагикомедия
 
Только перед самым утром мне удалось немного поспать. Ту-ша пришел в себя и мягкой, крадущейся походкой направился на разведку, порекомендовав воспользоваться моментом и восстановить силы.
Наш писатель сладко посапывал, подложив под щеку кулачек, и я переложил голову Лили себе на плечо, прежде чем провалиться в чуткий сон.
Проснулся от того, что Лили вздрогнула всем телом и села, сонно осматривая сцену. Тут же заворочался Булгак.
— Где куратор? — спросила, не обнаружив того на вчерашнем месте.
— Думаю, что где-то наверху.
— Где мы? — голос писателя был хриплым и нервным.
— Трудно сказать, — протянул я.
Он встал с досок и нервно принялся струшивать с себя мусор и пыль.
— Я должен поблагодарить вас, господа, — начал он откашлявшись.
Из-за сцены выпрыгнул наш куратор, вооруженный саблей.
— Тихо, — за мной, — у нас намечаются гости.
Мы поспешили за ним, прячась в задниках, с ужасом вслушиваясь в залпы канонады и чувствуя ощутимую вибрацию почвы.
— Из огня да в полымя, — куратор подгонял нас по ступенькам вниз. — Ни слова, — шикнул на нас и велел замереть.
Над нами застучали по дощатому полу набойками сапог.
— Где этот деятель искусств? — в лающем голосе явно прослеживались нотки умеющего командовать и любящего это дело индивидуума.
— Мой генерал, — ответил более молодой, — он вот-вот будет доставлен.
— Наш император слишком либерально относится к представителям меньшинств. Позволяя им самим выбирать на сторону кого становится. А они и будь здоров, мечутся как мартовские коты, где больше заплатят. Пропаганда должна брать за душу и вести в бой, а не вызывать слезы.
Не успел он закончить гневную тираду, как под театром раздался клаксон и не прошло и пол минуты, как к военным присоединились гражданские.
— Я должен сразу же заявить, — раздался бархатный мужской голос, — я должен выступать первым, а уж потом пусть эти девицы машут своими юбками.
— Молчать, — рявкнул генерал. — Планированием предстоящего праздника занимаются специалисты высокого класса.
— Попрошу не орать на меня, — баритон явно был недоволен, — или мне придется отказаться от выступления, думаю, что император не погладит вас по голове.
— Хорошо, — поубавил спесь генерал, — не могли бы вы исполнить то, что будет представлено вниманию публики вечером.
— Без сопровождения и партнерши? — у артиста явно была самооценка, которая не нравилась генералу.
— Вы готовы ждать, — поинтересовался он ехидно, — и то и другое?
— Хорошо, — теперь уже артист пошел навстречу.
А дальше — дальше он запел, прерываясь, когда скорее всего шла партия его партнерши.
Он рассказывал о чувствах, которые испытал в юности, когда их разлучили, не дав соединиться любящим сердцам. Отосланный в столицу он надеялся, что сможет обойти запрет родителей, но узнал, что неверная возлюбленная вышла замуж за престарелого миллионера, который недавно умер.
— Все, хватит, — прозвучал голос генерала в очередной паузе. — Будьте вовремя, и надеюсь, что вы будете лояльны, в ответ на то, что вы пойдете первыми.
— До вечера, — ответил мужчина и легко протопал за границы сцены.
 
— Теперь с вами, — следует уделить самое усиленное внимание охране. — Первые ряды займут высшие чины с женами, ах да, по райдеру в первом ряду должно быть место для восторженной почитательницы этой звезды. Так оставьте ей крайнее, что б не топтала ноги, когда броситься с букетом на сцену. Надеюсь, что он не станет петь, отыскивая ее глаза в зале.