Чужие степи — Оффлайн (СИ)

Я же туда не пошел, решив посмотреть что делается в двухэтажном доме. 
Железная дверь, большая прихожка, или как сейчас принято говорить, — холл, винтовая лестница на второй этаж, заложенные кирпичом окна, и слабо тлеющая под потолком двенадцативольтовая лампочка. Здесь давно никто не живёт, толстый слой пыли на мебели заметен даже в полумраке. На первом этаже никаких приготовлений, кроме заложенных окон, нет, поднимаюсь на второй, здесь так же уныло, но уже посветлее, окна закрыты только наполовину, стёкла пока на месте, а немногочисленная мебель сдвинута в один угол. 
Прошёлся по комнатам, картина одна и та же — везде готовят огневые позиции. Сюда потом десяток бойцов, и ни с какой стороны уже не подступишься. 
Иду на чердак, хотя скорее это нежилая мансарда; шлак под ногами, никакого утепления и щели по периметру. Вся конструкция самой крыши, вместо привычного дерева, металлическая; балки, стропила, обрешетка, всё полностью сделано из разнокалиберного уголка, и накрыто железными же листами, не профлист, а именно оцинкованное двухмиллиметровое железо.
Кроме имеющихся изначально окон, по периметру прорезаны узкие смотровые щели и чуть большего размера бойницы. В углу фляга с водой, пара огнетушителей, а часть крыши перед выходящим в степь окном заложена мешками с песком. — Здесь они кстати обычного, коричневого цвета. 
В принципе неплохо подготовились; сюда снайпера, пяток автоматчиков на второй этаж, да пулемет на гараж, и за южную сторону периметра можно не волноваться. 
— Василий! Ты здесь? — позвали снизу, и ещё раз оглядевшись, я спустился обратно.
— Там на крыше у тебя мешки нормальные, поменяйте. 
— Ага. Щас, разбежался... И без этого работы хватает...
— А как же ветер? 
— Да отстань ты. — улыбнулся Андрей, — хочешь сам мужикам скажи, а я не буду.
Говорить кому бы то ни было, о том что нужно стащить вниз, а потом поднять двадцать с лишним тяжеленных мешков, мне не хотелось, о чем я тут же и сообщил, и только мы вышли на улицу, как Андрея снова позвали, а я, покинув дом-крепость, вернулся к машине. 
Днем конечно тут неплохо; видно далеко, преимущество у тех кто в танке, в смысле за стенами, а если ночью? Тогда как?
Сидеть как в скворечнике, и ждать чего-то. Даже если стрелять начнут, в ответ куда бить? По вспышкам ориентироваться? Насколько я знаю, приборов ночного видения у нас нет, во всяком случае делиться никто не спешит, а вот в их отсутствии у противника, сильно сомневаюсь.
Но с другой стороны, если представить себя на месте агрессора, лезть впотьмах тоже мало приятного, из любой дыры, из любого окна может прилететь, так что непонятно ещё кто в лучшем положении окажется.
Проехав пару километров вдоль периметра я свернул к центру посёлка, сначала хотел заскочить в больницу, но потом заметил большое скопление народа на детской площадке возле клуба, и решил полюбопытствовать, чего ради они там собрались.
Прижавшись к забору я остановился, взял автомат и вышел из машины. 
Там, на площадке, столпившись вокруг оратора, Павла Васильевича, — немолодого уже дядьки среднего роста, с большими выразительными глазами и несимметрично густыми бровями, стояло человек двадцать мужиков. Тот чего-то вещал, а они сосредоточенно слушали.
Я подошел поближе.
— Минометная мина летит достаточно медленно — уперев руки в бока, говорил он, — поэтому её хорошо слышно! Услышали вой — сразу мордой в пол! Если рядом есть хоть какое-то укрытие, неважно, — бревно, бордюр, яма, — прячьтесь и закрывайте голову руками. Радиус поражения осколками по стоячим в районе пятидесяти метров, по лежачим в два раза меньше. Когда упал, рот не закрывай — глушанёт! Вставать нельзя! Бежать нельзя! Если приспичило поменять местоположение, только ползком и никак иначе! 
От деревьев держитесь подальше, если мина жахнется об ветку, разлет осколков будет много больше! 
На всех позициях необходимо приготовить личные укрытия — небольшие окопчики, желательно узкие и глубокие.
 
— Если у них такая техника, никакой окоп не поможет! — подал голос кто-то из толпы. — Зачем его копать? 
Я нашел взглядом говорившего. 
Высокий молодой парень лет двадцати стоял почти рядом, боком ко мне; его низкий лоб, нос картошкой, сильно выпирающий подбородок и острые как у эльфа уши вселили в меня чувство сильного неприятия, и судя по незамедлительному ответу, оратор испытал то же самое.
— Слышь, утырок, самый умный что-ли? Не хочешь слушать, вали отсюда! Насильно никого не держу! — рыкнул он.
«Утырок» что-то пробурчал, но дальше спорить не стал, и отступив куда-то к краю, скрылся из поля моего зрения.
— Про окопчики всё усвоили? — сдвинув и так сросшиеся брови, Павел Васильевич тяжело смотрел исподлобья. 
— Раз усвоили, идём дальше. — после паузы произнес он. — Когда укрытия будут готовы, необходимо потренироваться прятаться. Причём делать это из разных, даже из самых неудобных положений. Ни в коем случае не паникуйте, и не пытайтесь бежать. Помните, если вас убьют, никто не защитит ваших родных и близких. Думайте в первую очередь об этом!
Следующее! Если рядом с вами кого-то ранило, не пытайтесь сразу же помочь. Если вы подниметесь, с вероятностью девяносто процентов тут же ляжете рядом, и в таком случае помочь вам обоим будет просто не кому!
Стреляют обычно сериями по пять, восемь мин, и если совсем приспичило, можно использовать паузы между залпами. 
Если вас всё же ранило, не дергайтесь, помните главное, кто поднялся под обстрелом, — почти стопроцентный труп.
Когда обстрел закончится, первым делом проверить передний край, — пользуясь минометной атакой неприятель может подойти достаточно близко, и попросту расстрелять вас в вашем же укрытии. Это понятно?
Мужики закивали. 
— Ну раз понятно, переходим к следующему пункту. Давай Федор! — резко развернувшись, он крикнул кому-то в толпе.
С моей стороны я не видел кому именно, но момент когда прямо из толпы что-то вылетело, и со звоном разбившись о бордюр метрах в двадцати, вызвало мощную огненную вспышку, не мог не заметить.
В толпе удивленно заматерились. 
— Не напалм конечно, — дождавшись когда огонь осядет, озвучил Павел Васильевич, — обычный бензин, но штука весьма действенная как против машин, так и против живой силы противника.
— Коктейль Молотова? — блеснул кто-то эрудицией. 
— Сам ты коктейль, — недовольно глянул оратор, — сказал же, бензин обычный, чего непонятного? 
Про зажигательную смесь говорили давно, но только так, гипотетически, точного состава никто не знал, а даже если бы и знали, всё равно у нас не было нужных ингредиентов. 
А тут просто бензин и удобное устройство для розжига — выдрал чеку, активировал запал, и кидай в цель, главное чтобы бутылка разбилась.
— Ничего сложного нет, устройство как у гранаты, берёшь поудобнее, — он взял в руку ещё одну бутылку, — дергаешь за кольцо, и на счёт два выбрасываешь. 
— А если не успеешь выбросить? — спросил кто-то. — В руках взорвется? 
— У некоторых может и взорвётся. — он поднял руки так, чтобы все видели бутылку, — А вообще, пока тара цела, бояться нечего. Запал снаружи, бензин внутри. Прогорит и перестанет. 
Я постоял ещё пару минут, Василич продолжал рассказывать теорию метания зажигалок, и с трудом заставив себя отвлечься — уж очень грамотно он вещал, пошёл обратно к машине.
В последнее время я постоянно был чем-то занят, но краем уха слышал что в станице стали уделять больше внимания военной подготовке, та же группа Олега, — чем не спецназ? Вот и Василич, (насколько я знаю, когда-то он был кадровым офицером), взялся за обучение «новобранцев» военному делу.
Так то срочную в деревне прошли почти все, но в настоящем деле мало кто был — практиковались на стрельбище, да на плацу, он же давал практические знания, те же мины, вряд ли кто-то имел счастье побывать под минометным обстрелом, и знает как себя вести.