Торговцы живым товаром. Афера «Бьютимейкер»

— Ты хочешь получить дело, не так ли? — заикаясь пробормотал Мендетта. — Ты можешь его взять, со мной все кончено.
Равена согласно кивнул головой.
— Да, с тобой все кончено.
— Дай мне возможность покинуть город. Я все передам тебе и оформлю передачу юридически. Ты не станешь меня убивать, если я тебе все отдам?
Равена покачал головой.
— Я никого не хочу убивать. Почему я должен кого-то убивать?
Мендетта внимательно посмотрел в холодные глаза Равены, но ничего не смог в них прочесть.
— Я подпишу все, что угодно, — поспешно согласился он. — Что ты хочешь?
— Просто напиши, что ты передаешь мне свою часть клуба, — ответил Равена кивком головы указывая на блокнот, — большего мне не надо.
Мендетта колебался.
— Если я это сделаю, ты позволишь мне уехать? — спросил он. — Ты мне позволишь покинуть город?
Равена посмотрел на него.
— Конечно.
Мужчины внимательно смотрели друг на друга.
— Я не могу оставаться здесь всю ночь, — напомнил Равена.
К Мендетте постепенно возвращалась способность соображать и реально оценивать сложившуюся ситуацию. Сейчас главное — успокоить Равену. Его подпись на клочке бумаги завтра не будет стоить и ломаного гроша. Как только Равена с распиской уйдет отсюда, он сразу же отдаст приказ прикончить его. Господи боже, каким же он был идиотом, что до сих пор не освободился от этого подонка! Мендетта взял блокнот, написал о передаче Равене своей части клуба «22» и размашисто расписался.
— Надеюсь, ты мне дашь время до завтра, — проговорил он, бросая блокнот Равене. — Завтра я уеду.
Равена на лету поймал блокнот, прочитал текст и положил его в карман.
— Я думаю, что тебе не понадобится уезжать, — неестественно спокойным голосом проговорил он. — Тебе будет гораздо лучше, если ты останешься здесь.
Мендетта побледнел и медленно поднялся.
— Послушай, — сказал он, — кажется, я сделал все, что ты хотел…
Жесткое выражение глаз Равены заставило его оборвать фразу. Мгновение он смотрел в эти холодные безжалостные глаза и вдруг с душераздирающим криком бросился бежать к спальне.
— Не позволяй ему меня убить, Джейн! Останови его! Ты не можешь ему позволить меня убить!..
Равена спокойно приблизился к нему сзади и выстрелил в голову. Падая, Мендетта оперся на дверь спальной, и она под тяжестью его падающего тела открылась. Он упал на пороге. Джейн, увидев это, забилась в угол, прижимая руки ко рту. Сквозь ладони раздался ее приглушенный вскрик.
Равена так же холодно взглянул на нее и вновь поднял пистолет. Она, увидев направленное на нее черное отверстие ствола, закрыла лицо руками. Тяжелая пуля раздробила ей два пальца, прежде чем попала в голову. Джейн опустилась на колени, затем упала на пол, вытянувшись во весь рост. Ее голова с глухим стуком ударилась о ковер, застилавший всю комнату…
В соседней квартире Сали поднялась с дивана. Ей показалось, что ее разбудил какой-то вопль. Она внимательно прислушалась, страстно желая, чтобы в этот момент рядом с ней был Бенни. В доме царила ничем не нарушаемая тишина. Однако послышавшийся ей вопль был настолько реален, что до сих пор стоял у нее в ушах. Сали встала с дивана, накинула на себя халат и вышла в прихожую.
Не зажигая света, она посмотрела в дверной глазок и увидела широко распахнутую дверь соседней квартиры. Продолжая наблюдать в глазок, она чувствовала себя одинокой и беззащитной, хотя причин для волнения вроде бы не было. Мало ли по какой надобности соседи оставили дверь открытой… В этот момент на пороге появился Равена, в руках которого был пакет с бумагами и пистолет. Оглянувшись по сторонам, он тихо прикрыл за собой дверь и быстро спустился по лестнице. Безжалостное выражение лица незнакомца и оружие в его руках привели Сали в ужас. Она тихо опустила задвижку глазка, на цыпочках прошла в свою комнату и, дрожа всем телом, забилась под одеяло.
Долго у нее перед глазами стояло лицо Равены, а в сознании росло желание быть рядом с Бенни.
  
Глава десятая
  
5 июля. Полночь. 
Джек без стука вошел в кабинет Генри. Шеф уже стоял перед зеркалом и надевал шляпу.
— На сегодня достаточно, — недовольно покосился он на журналиста. Посмотри на часы, я уже давно должен быть дома.
Джек прошел к редакторскому столу, сел в кресло и закурил.
— У меня есть кое-что для вас, — сказал он. — Думаю, вас это заинтересует.
— Да? У меня тоже есть кое-что для тебя. Только что звонил Польсон и приказал бросить заниматься тем делом.
— О, нет! — ответил Джек, покачивая головой. — То, что я раскопал, даст нам крупные заголовки на первую полосу.
Генри с интересом посмотрел на него.
— И что же такое ты нащупал? — спросил он.
— Грентом командует бандой сутенеров и использует свой клуб «22» в этих целях.
— Ты либо сошел с ума, либо заболел, что, впрочем, одно и то же.
Джек улыбнулся.
— Именно такой реакции я и ожидал… Дело в том, что я познакомился с одним типом, который сам все это видел и слышал, и я склонен ему верить. Думаю, теперь нам самим следует присмотреть за клубом. Уверен, что обнаружим там немало интересного.
Генри сел за свой стол.
— Польсон приказал нам бросить это дело. Судя по всему, он виделся с Мендеттой, а тот, как тебе известно, имеет долю в клубе. Польсон же, наверняка, ни за что не пойдет против Мендетты.
Джек снова улыбнулся.
— Польсон даже представить себе не может, до какого тиража может подняться его газета. Это же потрясающая сенсация! А, следовательно, дополнительные прибыли. Вы же знаете, за хороший куш Польсон на что угодно пойдет.
Генри, немного поколебавшись, взялся за телефон.
— Ты готов начать печатать этот материал?
Джек немного подумал, потом отрицательно покачал головой.
— Я предпочитаю, чтобы вы поехали со мной и сами поговорили с одним типом. После этого и примем окончательное решение.
— Сейчас? Ну, нет. Это невозможно.
— Ваше право колебаться, патрон. Хотя, дело по-настоящему сенсационное, и мы могли бы быть первыми… Целых два года я искал случая зацепить Мендетту! Давайте, съездам, а?
Генри неохотно последовал за ним.
— Когда-нибудь, правда, я не знаю когда именно, но ты, Эллинджер, обязательно своего достигнешь.
Джек довольно улыбнулся.
— Я вовсе не сентиментален, шеф, но когда этот тип рассказывал о своей сестре, я о многом задумался. А ведь у вас дочь! Я ее как-то видел, она очаровательна.
Генри, сдвинув шляпу на брови, внимательно посмотрел на Джека.
— При чем здесь моя дочь?
Они вышли из лифта и шли через просторный вестибюль.
— Правильно, патрон! Вы и другие отцы, имеющие дочерей, совсем не думаете о тех девушках, которые вдруг непонятным образом исчезают. Если бы у меня была дочь, я бы не спускал с нее глаз.
Они сели в проходившее мимо такси, и Джек дал шоферу адрес Флетчера.
— Я не совсем понимаю, о чем ты говоришь? — спросил Генри. — Что это за девушки, которые непонятным образом исчезают?
Джек посмотрел ему прямо в лицо.
— Вы все прекрасно понимаете, патрон. Так же, как и я. Когда их не могут найти, говорят, что они уехали, чтобы выйти замуж, или поехать околачиваться в Голливуд. Флетчер почти уверен, что его сестру сделали проституткой. По его мнению, Грентом и его сообщники, особенно Мендетта, торгуют женщинами. Доказательств пока нет, но какой будет скандал, если мы их добудем!
Генри закурил сигарету.
— Согласен с тобой. Но хочу, чтобы у меня сложилось свое впечатление об этом парне. Если мне это покажется серьезным, будем печатать материал, но, конечно, при условии, что Польсон даст на него согласие.
— Польсон согласится, если вы его убедите. Если вы решите, что дело стоящее, мы оба пойдем к Польсону и вместе будем говорить с ним.
Такси остановилось возле дома, где жил Флетчер. Перед входом в дом, несмотря на столь поздний час, собралась толпа людей. На противоположной стороне улицы стояли две полицейские машины и карета скорой помощи.