Античная наркомафия - 9 (СИ)
О птолемеевских слоновозах, на которых отловленные в лесах Эфиопии и там же предваритеотно прирученные слонопотамы доставляются в Гребипет, разведке тестя удалось выяснить не так уж и много. По размерам эти суда, конечно, не рекордсмены, но на борт берут не по одному эдефантусу, а по несколько штук, дабы те в плавании хотя бы видели друг друга и не тосковали от одиночества. Но проблемы выгула хоботных там не существует, потому как весь путь идёт по узкому Красному морю, на африканском берегу которого у Птолемеев цепочка баз подскока. Умаются слонопотамы – в любой ближайшей можно хоть на день остановку сделать, хоть на два, хоть на неделю, выгуливая их, пока не разомнутся вволю. У нас же от Горгад и до Барбоса такой возможности не будет, а значит, выгул перевозимых слонов – ага, типа ежедневной прогулки зэков во дворе каталажки – придётся организовывать на самом перевозящем их судне в процессе плавания, и уже это диктует нам другой размер океанского слоновоза, покрупнее птолемеевского. А ведь ещё же и запасы на всё время плавания с учётом возможных осложнений, а легко ли кормить и поить минимум четырёх элефантусов в течение доброго месяца? Это у юмористов нашего современного мира "съесть-то он и больше съел бы, да только кто ж ему столько даст", а реально хрен сэкономишь на их прокорме, если задача стоит живыми и здоровыми их до Тарквинеи довезти. И время плавания, конечно, сокращать надо по возможности, а это и парусное вооружение диктует серьёзное, и моторы, дабы и помогать ветру с течением, и зависеть от них поменьше. И тут уже хрен обойдёшься простым и неприхотливым, но уж очень прожорливым полудизелем, для которого горючего на целый месяц плавания хрен напасёшься, а нормальный экономичный дизель подавай – ага, соответствующего размера под стать размерам самого слоновоза. Ну и мореходность, конечно, на океанскую волну, а не на эти внутренние лужи типа Средиземного и Красного морей. Так что за Птолемеев с их морскими супергигантами не поручусь, а вот дворцы Калигулы нагнать и переплюнуть нам придётся наверняка.
Хвала богам, времени у нас на это больше, чем достаточно. Растут ведь слоны медленно, а значит, и размножаются они тоже медленно, так что основной прирост этого нашего полуручного стада в Мавритании – не от естественного размножения, а от добавки к нему отловленных при охотах на дикие стада подростков. А это тоже процесс не столь уж и быстрый, потому как нам и палево нежелательно, и подрыв поголовья диких слонов тоже никчему. Ну, выбьем мы местных мавританских, дурное ведь дело нехитрое, а для себя потом новых где ловить? В Сенегале и переправлять оттуда в Мавританию как те же Птолемеи из Эфиопии? Так у Птолемеев на Красном море есть сезоны попутных ветров и туда, и обратно, а у нас вдоль западноафриканского побережья такой халявы нет, на юг-то ветер попутный, когда порожняком идёшь, а вот на север, когда ты с грузом, вмордувинд самый натуральный. Хрен навозишься с ним оттуда живых слонопотамов, так что южнее Зелёного Мыса есть смысл только слоновую кость у черномазых приобретать, а с самими элефантусами не сходить с ума и не форсировать сроки к какой-то очередной юбилейной годовщине какого-то знаменательного события, а отлавливать понемногу, но регулярно местных мавританских, не превышая при этом естественного прироста диких слоновых стад. Вот когда наберётся своих достаточно, тогда и заморачиваться вопросом перевозки какой-то их части за океан – ага, тоже понемногу, но регулярно. Тут ведь, как и во многих серьёзных и требующих вдумчивого подхода делах, тише едешь – дальше будешь. Пусть "открытия чудные" в виде непредвиденных заранее и не предусмотренных неприятностей другие совершают, кто с башкой дружить не приучен, нам же результат конечный нужен, а не героические подвиги по преодолению сюрпризов типа "звиздец подкрался незаметно, хоть виден был издалека". У нас героизм, конечно, ценится, но именно поэтому ничуть не ниже его самого ценятся и героесберегающие технологии. В том числе и предотвращение необходимости в означенном героизме. Умные люди не расходуют чрезвычайный ресурс на повседневно-рутинные проблемы, а копят его для чрезвычайных.
А пока до глобальных проектов и до потребного на них гигантского по нашим меркам транспорта нам ещё далеко, мы осуществляем свои локальные на том транспорте, который под них и заточен – достаточный для решения поставленных задач, посильный для античных корабелов и понятный для античных мореманов. В "ревущие сороковые" на нём не суёмся и вообще штормов стараемся без необходимости избегать, но избегаем по возможности и мест, чреватых сюрпризами вроде волн-убийц. Лучше уж поштормовать, если выбор окажется между хреном и редькой. Правда, и "золотая середина" в этих водах не сильно слаще старательно избегаемых крайностей. Зыбь-то от южных штормов гонит один хрен нехилую, несколько метров высота волн и в спокойную погоду обычное дело, но то нормальные океанские волны с нормальным пологим фронтом. Утомляет, конечно, болтанка и на них, потому как изо дня в день, но серьёзной опасности они не несут.
Правда, и расслабиться особо не дают, потому как одно дело продольная волна по курсу, другое – под углом, когда судно накреняет, а гребень волны в борт хлещет. Тут и кормчему тренировка, и марсовый на мачте не зевает, потому как его-то болтает поболе, чем народ на палубах, и уж всяко не в его интересах прозевать очередной 'девятый вал'. Если Ирку на пассажирской палубе мысли о менее чувствительном к болтанке на волнах крупном судне посещают, и мы её понимаем, то каково приходится бедолаге-марсовому на самой верхотуре! Меняются, конечно, потому как хрен ему там позавидуешь. Пропасть страховочный пояс не даст, но умается за смену – мама, не горюй, как говорится.
Поэтому и дрыхнут мореманы после вахты в своих гамаках, как убитые, и хрен они клали на эту болтанку. Зелёных салаг среди них в этой экспедиции нет, все хотя бы по разу, но на трансатлантических рейсах обкатаны, а незадолго до экспедиции и меж собой сплаваны. Зимние Азоры – они ведь тоже ни разу не озёрная гладь. Да, здешние волны и сами повыше, и болтает на них посильнее, но разница – чисто количественная. Если судно крепкое, экипаж сплаванный, навигатор и кормчий знают своё дело, жратвы дают, сколько съешь, воды – сколько выпьешь, да жалованьем не обижают, то уж к болтанке привыкнуть можно. Ну, притерпеться, по крайней мере. Есть такие, что сменятся с вахты, подкрепятся, в гамак рухнут, и храпят уже через считанные секунды. Были бы вообще сущий клад, если бы ещё и в портовых забегаловках не ужирались в хлам. Но где взять в достаточном числе непьющих мореманов? Выдержал многодневное плавание, не подвёл, до берега и таверны в порту дотерпел – и на том спасибо. Кто есть, с теми и работаем.
Одно хорошо – что и акулы тоже серьёзного волнения не любят. А то повадятся ведь некоторые за судном следовать, да ещё и не мелкие, и хотя на спокойной воде упасть за борт никому реально не грозит, акулий плавник неподалёку один хрен действует людям на нервы. Пару раз даже стреляли по назойливым рыбинам из крепостного ружья – просто чтобы шугануть их и этим народ подбодрить. Скорее всего, и сейчас хоть одна, да следует за судном, но держится на глубине, подальше от болтанки. Основная же их масса у берега наверняка, где есть шансы сцапать зазевавшегося морского котика или пингвина. Вот там и пущай себе кучкуются вместе с волнами-убийцами. Опасные воды…
3. Маврикий
– Кыш, кур проклятый! – Серёга попытался лёгким аккуратным поджопником убрать с дороги упрямо путающегося под ногами здоровенного дронта, – Млять! Охренел, что ли! – птиц, не оценив по достоинству проявленного к нему гуманизма, развернулся и попытался клюнуть своего благодетеля, что при его росте и размерах самого клюва было бы весьма чревато, – Да иди ты на хрен, сволочь пернатая! – уворачиваясь от клюва, наш геолог оступился и больно приложился пятой точкой, а охреневший птиц и не думал от него отставать, и Сереге пришлось отбрыкиваться ногами – благо, в лузитанских сапогах.
