Бабочка

— Я знаю его, миссис Керн. Я знаю его уже очень давно. Видите ли, — она взглянула с нежностью на ребенка, спящего на руках матери, — у меня сейчас тоже был бы ребенок, если бы не Дэнни Маккей. И ему, или ей, было бы сейчас четырнадцать лет.
На новой мебели, за которую еще не было даже уплачено, начали появляться золотистые блики от солнца, проникающие в комнату сквозь тонкие занавески. На улице слышались крики и смех детворы. Это было место, куда пары, подобные Джо и Мэгги Керн, приезжали, чтобы накрепко обосноваться, пустить корни, растить детей среди друзей и хороших соседей, а затем, может быть жить здесь, уйдя на пенсию, в удобстве и довольстве тем, что сделали в жизни.
Дэнни Маккей не просто убивал людей — он убивал надежду.
— Миссис Керн, — мягко сказала Беверли, — как вы смотрите на то, чтобы переехать в Лос-Анджелес и работать у меня?
Когда Беверли вошла в свой кабинет, собираясь за вечер сделать все дела, накопившиеся за день, она была очень удивлена тому, что Кармен и Энн все еще были там. А когда она увидела, что они плачут, ее удивление сменилось тревогой.
— О, Беверли! — прорыдала Энн. — У нас самые ужасные новости!
Беверли ничего не сказала. Она осталась стоять у дверей, широко открытыми глазами глядя на подруг.
— Эдди и Лаверна, — сказала Кармен. — Их самолет упал в океан недалеко от Малибу. Беверли, они погибли!
Завещание было прочитано через неделю. Присутствовали самые близкие — даже Рой Мэдисон, отменивший целый день съемок своих популярных телевизионных шпионских серий. Они, не отрываясь, смотрели на адвоката, известившего их о последней воле Эдди и Лаверны.
Абсолютно все — «Королевские гамбургеры», поле для мини-гольфа в Вентуре, мойку машин в Уилшире и магазин мужской одежды Фанелли на Беверли-Хиллз — все перешло Беверли Хайленд.
Джеми ничего не мог с собой поделать. Он испытывал большое удовольствие от возбуждения, охватывающего его каждый раз, когда он плавал голышом в бассейне Беверли Хайленд.
Он уже несколько раз предпринимал это после той, первой попытки в январе, и сегодня, несмотря на прохладную мартовскую погоду, не собирался делать исключение. Однако нынче планы его оказались сорваны как раз в тот момент, когда он начал расстегивать молнию на джинсах. Он стоял босой, по пояс раздетый, держа руки на молнии и чувствуя растущую твердость свой плоти только от одной мысли о купании в бассейне своей странной хозяйки, так любящей наблюдать эротические сцены, когда вдруг откуда ни возьмись появился кто-то на дорожке, ведущей к бассейну.
Это был молодой человек в плавках и с полотенцем вокруг шеи. Он крикнул:
— Эй! Могу я быстренько окунуться прежде чем ты пустишь туда свои химикаты?
Растерявшись, — он никогда раньше никого не встречал на территории усадьбы Беверли Хайленд, — Джеми быстро отступил в сторону и сказал:
— Да, конечно. Будьте моим гостем.
Молодой человек, которому на вид было лет двадцать с небольшим, сказал:
— Спасибо, — отбросил в сторону полотенце и нырнул. Он проплыл несколько раз туда и обратно, затем вынырнул на стороне Джеми, подтянулся на руках и вылез из бассейна.
— Здорово! Это как раз то, что мне надо было, чтобы смыть следы прошедшей ночи!
Джеми наблюдал за тем, как незнакомец вытирается, и удивлялся его раскованности. Кто он такой, чтобы плавать в бассейне мисс Хайленд?
— Знаешь, — сказал молодой человек, вытирая насухо волосы. — Ты выглядишь знакомым. Я тебя раньше где-нибудь видел?
Джеми нагнулся за щеткой для чистки бассейна и опустил ее в воду.
— Не знаю. Возможно.
— Не в Пеппиз?
— Пеппиз! Это дискотека голубых на Робертсона? — Джеми засмеялся. — Там меня не найти. Я думаю, моя подружка не одобрила бы.
— Может быть, на территории университета? Ты там учишься?
— Не-а. Я учился в Нортридже. Специализировался по драме.
— О, артист. Где ты играл? Может, я тебя где-нибудь в кино видел?
— Ну, у меня было несколько ролей. Я играл во «Все мои дети» пару месяцев назад.
 
— Ого! Ну ты даешь!
Джеми смотрел, как молодой человек делал упражнения на растяжку. Он явно не торопился и чувствовал себя, как дома.
— Так, — сказал Джеми медленно, — а вы друг мисс Хайленд?
— Ну, можешь считать так.
— На нее приятно работать?
— Я понятия не имею. — Он коснулся руками пальцев ног и выпрямился. — Я не работаю на нее. А что?
— Я просто так спросил. Ну, может быть, у нее есть какие-нибудь связи в кино. Мне бы совсем не помешала хоть какая-то помощь, если вы понимаете, что я имею в виду.
Незнакомец поднял полотенце, повесил его себе на шею и внимательно посмотрел на Джеми.
— Да, — сказал он медленно. — Я знаю, что ты имеешь в виду.
На какое-то мгновение их глаза встретились, а затем молодой человек вдруг резко сказал:
— Ну, ладно. Мне надо идти! Спасибо, что дал мне возможность искупаться. Надеюсь, я не очень нарушил твой график. — И он ушел.
Джеми смотрел, как он уходит.
— Пеппиз, — сказал он. — Бар голубых. Может, этот парень пытался заигрывать с ним?
Эта мысль заставила Джеми поежиться. Это была целая проблема в городе. Особенно в сфере кино.
Решив, что теперь слишком рискованно снимать штаны, особенно когда этот парень болтается где-то в округе, Джеми неохотно отогнал от себя все свои сексуальные мысли и настроения и занялся чисткой бассейна Беверли Хайленд.
Шаги Джо были хорошо слышны на мраморном полу. Появившись в дверях солярия, в модном костюме, с модной прической и ослепительной улыбкой, он произнес:
— Доброе утро, леди, — после чего прошествовал в самые настоящие джунгли — заросли папоротника и вьющегося винограда.
Беверли и Мэгги Керн наслаждались легким завтраком, состоящим из тостов со сваренными всмятку яйцами, и чая, и обсуждали дела на предстоящий день. Приближался день нью-гемпширских предварительных выборов, и Беверли, чтобы обеспечить победу Дэнни, перекачала очень много денег в нужные карманы.
Мэгги следила за тем, как Джо сел и налил себе высокий стакан апельсинового сока.
— Ну как? — спросила она. — Что ты выяснил?
Он откинулся на спинку кресла, молодой, красивый, полностью уверенный в себе человек, и улыбнулся ей одной из самых шикарных своих улыбок.
— Он не голубой, не женат, но у него есть девушка. Где-то как-то образован — специализировался по драме. Хорошо говорит, не как обезьяна. Выглядит здоровым. Хорошие зубы. И очень жаждет деятельности.
Мэгги взглянула на Беверли, которая слегка кивнула.
— Ну а теперь, — сказал Джо, наклонившись вперед, — может быть, вы скажете мне, зачем вы хотели все это выяснить?
— Знаешь ли, — сказала Мэгги, с притворным трудом открывая пакет с заменителем сахара и высыпая его в чай. — Мы должны проверять людей, которые попадают сюда.
— Почему тогда не проверить его обычным путем, как вы всегда делаете?
— Есть вещи, которые даже частный сыщик не может выяснить, Джо. Спасибо за эту информацию.
— Всегда пожалуйста, — сказал он, пожав плечами, и встал, — Возможно, он подумал, что я положил на него глаз как на гомика!
— Джо!
— Извини, мам, — засмеялся он, вставая и целуя Мэгги в лоб. — Тетя Бэв, в любое время, когда вам надо будет что-нибудь сделать, я как раз тот человек, который вам нужен. Пока!
Мэгги засмеялась и покачала головой.
— Ох, уж эти современные молодые люди!
— Да, — сказала Беверли рассеянно, думая о Джеми, уборщике бассейна. — Молодые люди…
 Голливуд, 1971 год. 
Войдя в ресторан с солнечной улицы и следуя за хозяйкой через темный зал, Беверли не заметила человека у бара, наблюдающего за ней. Это был хорошо одетый, крупный чернокожий. Он не сводил с нее глаз, пока она шла к маленькому столику в углу, где частично могла скрыться за цветами и лишь одна свечка освещала ее лицо. Хотя обычно белые женщины не привлекали его внимание, эта была очень хороша собой, и он подумал, были ли эти красивые платиновые волосы естественными или все-таки крашенными.