Горячая штучка (СИ)

Смею признаться, любовь мгновенно прошла, вот прям за секунду испарилась. Как не бывало.
Пытаюсь выдавить из себя улыбку, а сердце отзывается где-то в пятках, призывая бежать с криком, — бл-е-а-ть, кажется вы обознались.
Понимаю, что конкретно попала. Прям, до тошнотворной икоты.
— Я-а-а, как бэ-э, это-о, — заблеяла козочкой, сказать что тут мимо проходила? Не выйдет, — привет, — выдавливаю из себя еле-еле и растягиваю губы в улыбке.
Мысли проносятся со скоростью света, я с усердием тяну лыбу, подумываю как бы лучше свалить, и вдруг понимаю что мы с ним договорились на проживание у меня. Ору мысленно. Д-у-р-а!
Осознание, что всё, пиз*ец, назвался груздём полезай в кузов, мгновенно выбрасывает меня из тайного домика, в котором я прячусь за той самой лыбой в тридцать два зуба.
Ну что ж Игорёк, поехали домой. Д-о-м-о-й, твою ж..
Метр с кепкой ждёт пока я определюсь, — рисковый малыш, — не сказать, хм, возлюбленной, в самом начале отношений, что у тебя нестандартный рост… да ещё прилететь в другую страну с договорённостью жить вдвоём. Это как вообще называется? с три короба отборных слов тут не хватит.
— Да ладно тебе, что как не родная то? — протягивает нехилый пакет с подарками — израильская косметика, арабские сладости, свежие авокадо, — и хитро так улыбаясь, ждёт благодарностей.
Дайте мне пушку и отойдите. Полный нокаут.
Твою ж мать, вот я встряла, — ругаю себя на чём свет стоит, — и вот с этим я месяц трахалась по телефону?
А Таньку я вообще зашибу. Не ввалилась бы к нам со своей колбасой, я бы уже простила Тимура и никогда бы не встретила этого порно «гномика».
Еле выдавливаю из себя, — спасибо за подарки, — и, — на улице ждёт такси, — и не дожидаясь, иду вперёд. Сам виноват.
В такси едем в полнейшей тишине, я жмусь к окну, он блаженно жмётся в мою подмышку, не успеваем перешагнуть порог, как этот чудик накидывается и валит меня на пол, с криком, — ррр, хочу тебя детка, познакомься с моим дружком, — и вытаскивает свои причиндалы. Я в шоке, тут и без слов понятно, куда ушёл рост, *лядь его.
А когда он видит «наш» траходром, у него просто крышу срывает. Да чего только стоил один его танец вокруг шеста, хм, — ну, ножки от барной стойки. Ввек не развидеть.
«Маленький да удаленький, чтоб его», — осознание «размера катастрофы» накрывает в полную силу.
Смотрю, как на ходу раздеваясь, и с криком, — дорогая, я в душ, — посылает мне на бегу воздушный поцелуйчик. Как… не мило.
Поцелуй с ним? да это ж как соседского Кольку приласкать, а ему всего десять. Чувствую, счас стошнит. Одновременно чувствую себя не хрупкой маленькой девочкой, а коровой на тонком льду, эдакой тётей Мотей, развращающей малолетних.
Судя по голому тельцу, рост метр с кепкой тут и в высоту и в длину, благодаря длинному ую. Квадрат Малевича, *лядь. Равномерный.
И пока это волосатое чудо готовится к жаркой ночи, я звоню подруженьке с ором о помощи.
Пока дозваниваюсь, в уме уже накидываю сценарий, — т-а-а-к, скажем, что у Маринки умерла бабушка и неделю мне предстоит поддерживать её в горе.
Тут не до отношений, знаете ли, это было бы бого-хульство.
Маринка берёт трубку примерно на пятнадцатом гудке, рычит в трубку, — Яр, ты чё такая настойчивая? Я тут полы намываю.
Начинаю взахлёб рассказывать о своём счастье метр на метр, подвывая,
— вот скажи мне, Марин, неужели у таких недо. мужиков нету чувства собственного достоинства? — реву, — и неужели им не жалко тонкой женской натуры? — взахлёб.
Маринка ржёт,
— ну-у, судя по всему, его достоинство вполне компенсирует его рост, — видимо на это он и рассчитывал. — Яр, ну неужели ты не заметила по фотографиям его рост?
— у него всего три фотографии было, — лицо, лицо, и лицо… ну, в разных позах. И наверняка фотографировался под лупой, сучёныш.
— «ну просто ахонь, не мужик», — подруженька продолжает бессовестно ржать. — Не поделишься?
— забирай, дюймовочку, и побыстрей. Это ж просто какое-то длинное каменно-волосатое дилдо, которое бегает на своих ножках и иногда просит кушать. Фредди Крюгер нервно курит в сторонке, в лампах прожектора новая восходящая звезда улицы вязов — Игорь Дрочюгер.
 
— ага, ДрочУХер он, — Маринка хрюкает в трубку.
— да там только в три руки — дрочухер, не представляю как он справляется.
— бедняжка, ну, зарабатывает наверняка плэйбоем? — подруженька продолжает поддерживать… тему.
— какой там, — отмахиваюсь, — гробовщиком в морге. — И тут слышу огромный такой всплеск воды, грохот, отборные маты, кажется ножки у подруженьки подкосились, свернула ведёрко, — а вот теперь помощь реально понадобится.
Хватаю рюкзак, закидываю самое необходимое и вспоминаю, что однажды я уже точно также убегала из дома, только от мужа. «А на ошибках я не учусь, видимо», — нервно хмыкаю.
В это время Игорёк выныривает из душа, как жопой чувствует, что пытаюсь сбежать, и сразу бросается ко мне обниматься:
— моя маленькая девочка плакала? — «Чё? Это кто из нас маленький?» — сейчас я тебя утешу, — тянет ко мне свои чистые ручки. — Собираешься уходить? — обиженный тон.
Нет, блядь, — «мой герой, сейчас я принесу для тебя табуреточку, разложу себя на кровати и подставлю твоему достоинству все свои самые сладкие дырочки». Не впервой ведь, — кажется, сейчас стошнит. — Сколько ночей я его ублажала по телефону?
Так и хочется на него наорать, высказать всё что думаю, в его откровенно наглую рожицу и горящие страстью глазки.
В общем, отбрыкаться я отбрыкалась, повторила заученную легенду про бабушку, а этот красавчик мне заявил что мы, девушки, без него — профессионала, не справимся, ведь он в этой теме как рыба в воде. И в гробах и в моргах — во всём разбирается.
И тут стошнило меня уже по настоящему, и пока он побежал в поисках совочка и тряпочки, я по быстрому ретировалась.
А что, крыша над головой есть, целый траходром для него, холодильник едой затарен, радуйся, профессионал.
«Так» как ты «сделал» меня, я с собой уже никогда поступить не позволю.
Ночью мне Маринка провела очередной мозговой штурм, мы даже пол ночи проржали, а утром я, уже успокоившись, набрала свой домашний номер.
Игорёк ответил после третьего вызова, ничего такой, бодрячком, и мы вполне спокойно поговорили. Ну как, спокойно — я объяснила свою позицию, то, что в глаза сказать не решалась. Он вроде всё понял, но как-то грустно так заскулил, мол, собирался меня замуж позвать, и кольцо привёз, а я такая вся легкомысленная, обесцениваю месяц нашей страстной телефонной любви до гроба. Мол, и не жалко ли мне бросать такиииее классные отношения душа в душу?
Он это серьёзно? LOL
Да у него талант к манипулированию такой же огромный, как его хер. Задушив на корню чувство вины, я пообещала показать ему город и вместе провести всю неделю.
Днём он подарил мне помолвочное кольцо, как ни в чём не бывало. Я вежливо отказала. Он сделал вид, что этого не заметил.
Следующие дни пришлось максимально его выгуливать, показывая красоты города, лишь бы не оставаться с ним дома наедине.
— посмотри, какие тут красивые пятиэтажки, и тут, и тут, а десятиэтажки. Это ж просто вау! Почему разбитые окна склеены? Да это ж главный знак отличия местных достопримечательностей, между прочим, такие стёкла дадут фору любой мозаике в Барселоне. Это тебе не руки из жопы, а качественная такая склейка, на века. Ещё не одно нашествие пришельцев, арендующих наши города и леса, выдержит.
Утешало одно, на улице я хотя бы могла сделать вид, что «я типо не с ним», а ему ответить, мол, прости, засмотрелась под ноги и запнулась, пришлось потоптаться немного на месте, «ты пока что иди вперёд, а я тебя догоню».
Он мне ещё и намекнул пару раз, гордо выпятив грудь, что если я не хочу принимать его тесные объятия и любовь, вон сколько желающих, мол, осмотрись вокруг. Сказать что я была в шоке, это ничего не сказать.
Бабы на него конечно поглядывали, да и кто б не поглядывал, штанишки у него оттопыривало так, что впору было клеить на лоб табличку «осторожно, эксгибиционист», вот-вот ширинка прорвётся, и кто не успел… тот не знает, как хорошо он танцует, — ржу.