Бесценный дар (СИ)

— Спасибо, Вит, — он захлопнул чехол. Астра вздрогнула. — Поехали. Будет тебе встреча у фонтана.
— Где?
— Твой Анатолий Збигневич на вызове. Там мы его и прихватим.
— Он меня к себе в участок вызывал.
— Хочешь в отделение? Детка, тогда я не смогу тебя защитить. Ты там будешь как тополь на площадке. Отовсюду видна.
— Ладно, Иван Сусанин. Вези уже!
— Если тебя ещё интересует моё имя, то я не Сусанин. И даже не Иван, — он ткнул в кнопочку куртки, закрыв клапан. Затарахтел мотор, Астра торопливо ухватилась за скобу. — Я, к твоему сведению, Фома. Чтоб ты знала.
— Который неверующий? — прокричала Астра, заглушая треск мотора.
— Почти!
Они рванули с места, и пыль понеслась за ними по серой дороге, завиваясь клубами.
* * *
Неуверенно переступая босыми ногами по ковру, Виктория подошла к своему креслу и опустилась в его мягкие, успокоительные глубины. Скрытая подлокотниками и краем стола, она перевела дух. Человек облокотился о полированную поверхность, выложенную золотой нитью, и склонил голову, разглядывая руны.
— И что здесь вызвало у вас затруднения, магистр?
Она услышала яд в его голосе, и ответила:
— Высший магистр. Я глава…
Человек засмеялся. Виктория пошла мурашками, руки её задрожали, и сжатая в пальцах кочерга, которую она машинально положила перед собой, звякнула о полировку.
— Вы тянете только на магистра, дорогая Виктория, уж поверьте моему опыту! Прекрасный администратор, не больше. Вот вы кто. И кто так толкует рунное полотно? Смех, да и только.
Он повёл ладонью над разложенными по столу костяными пластинками. Пошевелил губами, прикрыв глаза, и внезапно сжал растопыренные пальцы в кулак.
— И вы не смогли сказать ничего определённого, глава Ордена? Да вы просто слепы!
— Перестаньте! — Виктория попыталась придать голосу твёрдость, но слова вылетели нелепым визгом, как у маленькой собачонки. — Вы не можете здесь находиться! Вас не звали!
— Иногда приходиться являться незваными, — ответил человек, опуская палец и почти касаясь одной из рун. — Вы пропустили одну. Видите? Что теперь скажете, магистр?
Она опустила глаза. Нет. На неё слепо глядела пустая руна. Не может быть. Её же здесь не было. И она лежит как раз между… Виктория вспотела в кресле.
— Что же это будет?
— Есть мнение, что результат наблюдения зависит от того, кто наблюдает, — скрипучим голосом сказал человек. Рука его внезапно метнулась к кочерге, и он легко выхватил её из ослабевших пальцев Виктории. — Уж не погадали ли вы заодно и на себя, магистр?
Не в силах шевельнуться, она смотрела, как легко он сгибает в руках металлический прут. Потом молниеносным движением он набросил получившуюся дугу на шею Виктории. Она захрипела, хватаясь за прут скользкими от пота пальцами. Человек сжал прут в кольцо, замкнув его, и удерживая концы одной рукой.
— Ну ладно, шутки в сторону, магистр. У вас кое-что есть для нас. И вы мне сейчас это отдадите.
* * *
Они остановились. Не глуша мотор, он огляделся, потом прижал пальцем кнопку микрофона у себя за ухом. Астра сидела молча, глядя на солидный особняк, стоящий в ряду таких же солидных строений в стиле прошлого века. Одно время стиль этот вошёл в моду, и в городе вырос целый квартал, застроенный этими каменными монстрами. У выложенного плиткой крыльца ближайшего особняка, в тени портика, подпираемого квадратными колоннами, стояла машина скорой помощи.
Провыла сирена, режущий ухо звук заметался, отразившись от множества разноцветных каменных стен, и заглох за чугунными оградами. Рядом с машиной скорой помощи, скрипнув тормозами, остановился полицейский фургон. Оттуда посыпались люди в форме, взбежали на крыльцо и исчезли за украшенной цветным стеклом дверью.
— Ну вот, твой милый следователь там, — прокомментировал Фома. — Слезайте, девушка, остановка по требованию.
Астра уцепилась ему за рукав. Она вспомнила кровавую лужу на полу, тётку Галю у раковины.
— Я без тебя не пойду!
— Беда с тобой, — проворчал он, беря её под локоток. — Пошли.
 
Они взошли на крыльцо, и никто их не остановил. Дверь легко отворилась, сверкнув вставленными в ажурную раму цветными стёлами, и они оказались в просторном холле. Из холла с двух сторон наверх вели кокетливо изогнутые лесенки, обрамлённые деревянными перилами. Изящные балясины, выточенные в виде шахматных фигур, блестели красным лаком. У подножия лестницы, упёршись лбом в перила, блевал человек в форме. Когда они ступили на первую ступеньку, человек поднял на них мутный взгляд, перевёл дух, потом согнулся, уцепился за балясину, и его опять вырвало.
— Может, ты сам всё скажешь, а я здесь подожду? — слабым голосом предложила Астра. Ей расхотелось идти.
— Испугалась? Поехали домой. Там, конечно, бардак, но ничего, ты приберешься…
— Нет уж, — сквозь зубы сказала Астра. — Пойдём дальше.
— Я так и знал, что ты никудышная хозяйка.
Она пнула его в лодыжку.
Они поднялись по лестнице на площадку, обведённую деревянными перилами, только здесь уже были не шахматы, а фигурки чередующихся друг за другом мужчин и женщин, стоящих со сложенными на груди деревянными руками. Одна из дверей, ближайшая к лестнице справа, была распахнута. У двери стоял, зажав в кулаке сигарету и выпуская дым сквозь пальцы, человек в зелёном комбинезоне медика. Глаза у него были покрасневшие, лицо блестело от пота. Он глянул на Астру и Фому и торопливо приложился к сигарете. Жадно затянулся и закашлялся, отвернувшись.
Они прошли в дверь, и Астра почувствовала знакомый запах. Острый запах смерти и сырого мяса. Здесь он был гораздо слабее, чем тогда, у неё дома, но теперь она узнала бы его где угодно. Астра прислонилась к косяку. Ноги внезапно перестали её слушаться, и она не смогла бы идти, даже если бы захотела.
— Пожалуйста, найди его сам, — слабо выговорила она. — Пожалуйста. Приведи сюда, я не могу.
Фома посмотрел на неё. Она вжалась спиной в косяк и помотала головой:
— Найди его сам.
— Хорошо. Жди здесь, — он прошёл через комнату, и исчез из вида.
Астре хотелось убежать. И хотелось бежать за Фомой. Она разрывалась от противоречивых желаний, стоя у двери. Посматривая вглубь комнаты, Астра боялась увидеть жуткое зрелище, и не могла не смотреть. Зрение выхватывало отдельные картинки, когда она бросала взгляд по сторонам, и тут же жмурилась.
Вот мраморная подставка у стены, ей виден лишь круглый край и часть витой каменной ножки. На ней статуя, лежит на боку, прижавшись золотистой щекой к основанию. Статуя улыбается. Астра содрогается и закрывает глаза.
Вот шкаф, дверцы раскрыты, и на полках поблескивают осколки. Цветное стекло или камни, вперемешку с металлическими фигурками. У подножия шкафа, рядом с выгнутой в виде лапы льва массивной ножкой, кучка чего-то радужного. Россыпь мелких осколков окружает несколько крупных, и по одному, похожему на дольку апельсина с зазубренной кромкой, Астра признаёт в предмете стеклянный шар. Отражая своими крохотными зеркальцами в искажённом виде окружающие предметы, переливаются радугой неровные края осколка.
Вот стол, стоит посередине комнаты. Стол круглый, массивный, на точёных ножках. По столу разбросаны в беспорядке костяшки домино. Нет, это не домино. Это такие штуки для гадания, Астра видела их однажды, кто-то гадал при ней… Несколько костяшек собраны в центре стола в пирамидку с усечённым конусом. На верхушке пирамидки, точно в центе крохотной площадки, составленной из четырёх костяшек, стоит фигурка животного. Фигурка барана или козла, Астра не может разглядеть, вырезанная из зелёного камня.
«За козла ответишь» — выплывает из памяти неведомо откуда взятая фраза, и Астре внезапно становится жутко смешно. Она засмеялась, согнувшись у двери, ничего не видя от потёкших слёз, и выговаривая: «За козла… Ох, смешно-то как… За козла…»
Её взяли за плечи, подняли голову, и в лицо ударил вихрь мокрых холодных брызг. Смех, душивший её всё сильнее, стих, сжатые в судороге от истерики мышцы живота отпустило. Она открыла глаза, смаргивая воду и слёзы. На неё глядел человек в зелёном медицинском комбинезоне, что давеча курил у двери. В руке у него был стакан воды, полный наполовину. Рядом с медиком стоял Фома со шлемом под мышкой, и полицейский следователь.