Тигры Редфернов (СИ)

Из зеркала комиссар вышел в гостиную, обставленную в халифатском стиле. Уложив пиромана, Натан подавил искушение привести его в чувство крепкой затрещиной и обшарил комнату в поисках воды. Нашел вино, кальян и невообразимые запасы кофе. Налив в чашку от кофе вина, он вернулся к дивану, приподнял умную, но совершенно дурную голову Редферна и влил ему в рот пару глотков. Пироман закашлялся, очнулся, обвел мутным взором комнату, комиссара и с облегченным вздохом распластался на диване.
- Ну? – сурово осведомился Бреннон. – Какого черта?
- Один я бы не дошел, – прошелестел этот паразит. – Пришлось воспользоваться вашей помощью.
- Помощью?!
- Считайте, что я пригласил вас в гости.
- Охренеть, – сквозь зубы процедил комиссар. Рассчитывать на возвращение обратно раньше, чем Энджел оклемается, не приходилось. – Где мы?
- В замке. Моем. Фамильном.
- А где все?
- Какие все? – Редферн с усилием сел, резко втянул воздух и прикусил губу. – Мы тут одни.
- А слуги? Горничные? Кухарка? Кто моет это все?
- Вам-то что за дело? – пироман встал, зашатался, и Бреннон снова подхватил его под руку. – Тут есть кому позаботиться об этом. Бритвенный набор, чистая одежда, – вдруг громко заявил Энджел, – горячий завтрак: фасолевый салат, запеченные с сыром хлебцы, суп из курицы, карп в бульоне, ризотто с мидиями, отварной картофель с тушеным в травах кроликом, пирог с ягнятиной, пирожные с апельсиновым кремом, чай из трав, сбор номер восемь.
- Вы это мне сообщаете? – поинтересовался комиссар. Он повел пиромана к двери, теряясь в догадках насчет того, где этот тип возьмет врача и куда его опять черт несет. – Думаете, я стану варить вам кашку?
- Нет. Можете заказать завтрак.
- Мне вполне хватит чего-нибудь из перечисленного.
- Все это, – сказал пироман, – я съем один. Моя… особенность требует усиленного питания.
- Э... – Бреннон кашлянул. Вещать в пространство! Дичь какая-то... и как Редферн собрался затолкать в себя такую гору еды?! – Ну, мне картошки, кроля, пирога и чаю.
Пироман толкнул дверь и кивнул на лестницу:
- Нам вниз.
- Вам лечь, – проворчал комиссар, смирившись с участью няньки. – Доктор, лекарства, то-се...
Энджел презрел здравый смысл и пополз вниз по лестнице, цепляясь за Бреннона и перила. Определенно, собственная беспомощность, да еще и при свидетеле, Редферна бесила, но он пока что держал раздражение при себе.
- Что вы делаете, когда оказываетесь в такой ситуации один?
- Иду по лестнице вдвое медленней, – процедил пироман. Его одновременно лихорадило и знобило. Натану подумалось, что еще немного – и наставника Пег придется тащить на руках. Но куда он, черт побери, стремится?
Они спустились в просторный холл, и Энджел нырнул под лестницу. Вместо кладовки там оказалась дверь, ведущая к следующей лестнице – узкой, винтовой, из шершавого черного камня. Свет сочился из серебристых прожилок в потолке и стенах; уже через минуту комиссару казалось, что замок над этой глубокой пещерой ему померещился. Единственным следом цивилизации тут были перила по внешнему краю лестницы.
- Там что-то светится, – указал комиссар. Пироман устало взглянул на него, хмыкнул и несколько бессвязно ответил:
- Главное семейное сокровище. Сейчас увидите. Почему Редферны были тем, кем стали.
"Врача бы ему", – подумал Бреннон. Лучше психиатра.
Беловато-серебристое свечение внизу усиливалось по мере того, как они спускались. Наконец ступени кончились, и Натан, ступив в просторную пещеру, коротко ахнул и замер на месте.
Сводчатый необработанный потолок пещеры переходил в отполированные до зеркальной гладкости стены. Сияние серебристых жил в камне было настолько сильным, что озаряло всю пещеру почти утренним светом. Она оказалась невелика, но в стенах было с полдюжины арок, которые вели в другие пещеры. В середине же мягко плескалось озеро, заключенное в мраморную оправу. Пироман заковылял к нему, на ходу выпутываясь из одеяла.
- Это еще что за хрень? – прошептал Бреннон. Вода в озере светилась и была прозрачной, так что виднелось дно – тоже черные камни, слоистые, бархатистые на вид, словно кожа с серебряными венками. Внизу угадывались русла подземных ручьев – озеро было проточным.
 
- Жила, – сказал Энджел. Он опустился на бортик и стаскивал ботинки. – Здесь выход магической жилы на поверхность. Замок был построен над ней. Редферны столетиями, поколениями пили эту воду, – он отбросил ботинки и перевел взгляд на комиссара: – Быть может, Редферны вообще уже не совсем люди.
Комиссар с опаской тронул воду пальцем. Приятно прохладная, но достаточно теплая, чтобы с удовольствием окунуться.
- Быть может, – пробормотал Энджел, – облучение портала повлияло на меня именно так из-за этого. Моя кровь сделала меня таким... а не таким, как Полина Дефо. Я не знаю.
- Так ваша семья годами облучалась этим?
- Оно не опасно. Не настолько опасно, – усмехнулся Энджел. – В монстров с рогами не превращает. С этим моя семья справилась без всякой магии.
Пироман сбросил рубашку и расстегнул брюки. За спиной Редферна Бреннон увидел низкие перильца и ступеньки, ведущие прямо в воду. Раздевшись донага, пироман встал на бортик, взялся за перила, но поскользнулся в лужице воды и, окатив Натана фонтаном брызг, рухнул в озеро.
- Эй вы!! – возопил комиссар, едва отплевался. Он мигом представил себе, что учинит Пегги, если ее драгоценный наставник раскроит себе черепушку о мраморную ступеньку. Бреннон вскочил на бортик, забалансировал на нем, ухватившись за перила. К счастью, пироман вроде плавал у дна, а не тонул, и клубов крови в воде не наблюдалось.
- Эй!
Редферн неспешно поднялся к поверхности и вынырнул. Ссадины, синяки и кровоподтеки уменьшились раза в два, будто кто-то смывал их губкой. Он взялся за перила – шрамы на его ладони разгладились и уже не бугрились багровыми веревками. Вода плескалась у груди Энджела, зализывая ожоги.
- Они заживают, – глупо сказал Натан. Он такого и в сказках не читал...
- Это все равно не слишком приятно, – пироман опустил руку со шрамами в воду. – Исцеление отнимает много сил. Если переусердствовать – можно и умереть. Зато здоровым.
- Так, может, хватит здесь плескаться?
- Пожалуй, понадобиться еще пара сеансов. Дайте, пожалуйста, подогретую простыню.
Натан нашел ее на невысоком ларе-лавке рядом с озером. Он подал пироману руку, помог выбраться на бортик, и Редферн завернулся в простыню, как гусеница – в кокон. Выглядел он заметно лучше, хотя по-прежнему – очень усталым.
- Идите, – сказал он, – к вашим услугам душевая. Вас проводят. К обеду тоже.
Пироман коротко свистнул, и прямо перед носом Бреннона из воздуха сгустился золотистый шарик.
- Я хотел бы вернуться к работе, – буркнул комиссар, едва сдерживаясь, чтобы не потыкать пушистый клубочек пальцем.
- А здесь вы как будто не на работе, – фыркнул Редферн. – Давайте, топайте. Я хочу принять ванну без вашего пристального внимания.
- Если вы так будете обращаться с людьми, то не наберете много желающих работать в вашей организации по борьбе с нечистью, – заметил Натан. Отчего-то эта идея уже не вызывала у него оторопи. Видимо, сказалось общение с Ройзманом.
- Вот для этого я и нашел вас, – безмятежно отозвался Энджел.
***
Завтрак был превосходен, и Натан решительно отмел мысль о том, кто же его приготовил, за чашкой чая с имбирным пряником. Пироман пил какой-то травяной отвар. Они сидели у камина – комиссар вытянул ноги к решетке, Редферн завернулся в плед, за окном что-то чирикало (Бреннон надеялся, что птички, хотя кто знает...) Энджел, чисто выбритый, с влажными после ванны волосами, хоть и был все еще уставшим, но выглядел куда лучше, и комиссар решил приступить к допросу.
 
- Вы думаете, Ройзман знает обо всем этом? – он обвел пряником комнату – небольшую уютную гостиную, кстати говоря. Завтрак, видимо, был накрыт в личных покоях Редферна.