Тигры Редфернов (СИ)
- Мне некогда ложиться, – отмахнулся Энджел; его глаза, все еще припухшие, тем не менее горели хищным азартом. – Эта грязная гадость, между прочим, тот самый амулет, которого касались руки нашего таинственного злопыхателя.
- Вы смогли его выследить?! – Маргарет привстала в постели, едва не упустив одеяло.
- Нет, конечно, он же не идиот. Амулет перегорел, едва его носитель погиб, что весьма недурной способ замести следы.
- Поэтому вы меня разбудили, – сухо сказала мисс Шеридан.
- Маленький сонный сурок, – мурлыкнул Энджел, лучась самодовольством. – Лучше бы он взорвал своему наемнику голову.
- Почему?
- Потому что наши воспоминания хранятся именно там, в головном мозге.
- Вы их достали?! Но ведь этот тип умер!
- Да, недавно. Так что мозг был свеженький, совершенно не тронутый разложением. Три мозга. Я вскрыл всех трех мертвецов.
- Погодите, но это же некромантия! Вы же сами говорили, что ею нельзя пользоваться, что это дурно, пробуждать мертвых!
- Пробуждать – да, а пользоваться нельзя вам, потому что вы совершенно неопытны. А мне можно, тем более, ради познания. К тому же, если вас это так волнует, я никого не пробуждал, и восставшие мертвецы не потревожат ваш сладкий сон. Я достал мозг и, гм, временно оживил его импульсами магического тока. Это даже не полноценное функционирование.
- Все равно, звучит ужасно. Что вы узнали?
- Точнее сказать – увидел, – Энджел прилег на подушку рядом и прикрыл глаза. Выглядел он довольно-таки уставшим, и Маргарет с тревогой подумала, не отравился ли он сильнее, чем показывает. – Нанимателя, конечно, никто толком не разглядел. Он воспользовался самыми надежными чарами для сокрытия внешности – широким плащом с глубоким капюшоном. Предложения тоже делал типичные – деньги, власть, удача, железное здоровье, долгая молодость. Показал несколько фокусов, они и поверили. Ну и денег заплатил, притом немало.
- Но кому он это все предлагал?
- О, это самый смак! Он сбивал с пути истинного моряков доргернского флота, а точней – кучку сволочи с фрегата Его Величества "Кайзерштерн", – Энджел взял газету и развернул. Маргарет с изумлением уставилась на передовицу. Доргернские моряки – это последнее, о чем она думала.
- Тогда почему они говорили по-иларски?
- Им было приказано говорить на том языке, который я пойму.
- Так он считает вас иларцем?
- Ну девушка, подумайте же головой хоть немного – здесь все считают меня иларцем.
Маргарет хмыкнула – в Иларе те немногие, кого Энджел удостаивал личного общения, знали его как Энео Моранте. С чего бы нанимателю моряков думать иначе?
- А это приводит нас прямиком в Бресвейн – к кораблю, который затонул там после того, как они дезертировали, чтобы служить другому господину.
- Думаете, это как-то связано?
- Думаю, что, судя по описанию катастрофы, там не обошлось без магии. Корабли, Маргарет, так не тонут. Этому хорошенько помогли.
Мисс Шеридан просмотрела статью и хмуро спросила:
- А вы не думаете, что вас просто выманивают из дома и тащат в какую-нибудь ловушку?
- Даже если так, то ловить меня в ловушку – чертовки опасная затея. И я постараюсь, – свирепо прошипел Энджел, – чтобы ублюдок как следует это осознал, перед тем, как сдохнет.
[1] разорви сердце (халифат.)
Глава 7
Когда Бреннон и Лонгсдейл вышли из театра, мистер Фарлан встретил их с таким мрачным видом, словно ожидал, что здание вот-вот рухнет за их спинами. Весть о поломке колосников директор воспринял без восторга.
Спустя час Бреннон в своем кабинете изучал показания врача, которые полицейские добыли в больнице неподалеку. Он зарисовал по памяти "след от укуса странного животного", с жалобой на который к нему обратился один из пациентов. Вампирки запустили зубы в горожанина 2 сентября, за два дня до того, как Фарлан обратился к Лонгсдейлу. Сейчас было уже 9 число, а труп всего один. Что вполне объяснимо, если тварями кто-то управляет. Но кто и с какой целью?
Бреннон отхлебнул кофе. Шеф проломит головой потолок, когда узнает, что ради нужд расследования комиссару придется вернуться в Бресвейн и путаться под ногами у следователей ОРБ. Натан не верил в совпадения – доргернский корабль затонул чертовски странно, и на каком еще судне вампирка могла наслышаться доргернской речи? Комиссар плохо разбирался в морском деле, но прослужил три года на побережье Мазандрана и видел несколько кораблекрушений. Ни одно не было похоже на то, что случилось с "Кайзерштерн".
"Но если след ведет к Доргерну, то, выходит, актер был случайной жертвой. Может, вернуть его тело семье?"
Бланк на возвращение тела для погребения он уже приготовил, хотя и не любил отдавать трупы жертв до окончания расследования, что бы там не верещали шишки в мэрии насчет расстроенных чувств родичей. Комиссар считал, что их чувства расстроятся куда сильней от эксгумации... или от того, что безвременно усопший муж и отец выцарапается из могилы и пойдет сосать кровушку родных и близких.
"Спрошу Лонгсдейла, когда он закончит с защитой театра, – решил Натан и отодвинул бланк. – Но какого черта вампиркам здесь надо?"
Зачем они следили за ним? Бреннон не мог взять в толк, что за интерес он представляет для хозяина нежити. Вот если б твари увязались за Лонгсдейлом – тогда все было бы понятно; но консультант, то еще чудо природы, совершенно вампирок не интересовал.
Натан вздохнул и отодвинул опустевшую чашку. Он не смог сдержать данное Лонгсдейлу слово – не узнал ничего о том, кто, когда и почему превратил его из человека в охотника на нежить. Кем был консультант до этого – тоже оставалось загадкой. Натан надеялся, что след Редферна, взятый в Фаренце, приведет к разгадке – но ошибся. Затея оказалась бесполезной, потому что след самого пиромана обрывался на Лиганте. А что до адреса, куда Лонгсдейл отправлял запросы на оружие и амулеты – это оказалось почтовое отделение под Авентином, откуда тысячи посылок, от крошечных конвертов до огромных ящиков, рассылались ежедневно по всем странам и континентам. Естественно, без ордера от властей Бреннон ничего там не добился.
Правда, оставалась еще фамилия, которую носил пироман. В Авентине, в Папской библиотеке, комиссар кое-как столковался с хранителем, и тот нашел ему несколько книг по генеалогии и родовое древо. Там действительно значился некий Энджел Редферн; упоминалось и родовое гнездо семейства – замок Фарна. Но, как следовало из документов, этот род полностью пресекся по неизвестной причине еще задолго до революции. Натан заказал копии и по прибытии в Блэкуит отдал их переводчику. Все это поглотило весьма приличную сумму денег, но не принесло результата – Бреннон узнал из текста, что Редферны славились на редкость буйным нравом, богатством (разумеется, неправедно нажитым) и полным презрением к моральным устоям.
...эх, Маргарет, Маргарет...
Особой буйности за пироманом Натан не замечал, но насчет устоев был полностью согласен. Бесследно исчезнувшая племянница тому подтверждение. Что с ней будет, когда Редферн наиграется да выбросит? Где ее искать, как помочь?
- Сэр, вас вызывает мистер Бройд, – сказал дежурный. Натан велел помыть чашку и с тяжелым предчувствием поднялся к шефу. Если читать такие доклады на голодный желудок – то так и до язвы недалеко…
В кабинете шефа Бреннон, к своему удивлению, обнаружил Бирна, Лонгсдейла, пса и ведьму. Причем, судя по взглядам, которыми они обменялись, консилиум уже пришел к определенному выводу. Шеф, как ни странно, выглядел довольно мирно. Бреннон настороженно подобрался.
- Мистер Лонгсдейл дополнил ваш отчет, – без предисловий начал Бройд, посверлил комиссара тяжелым взглядом и поинтересовался: – Итак, вы уверены в том, что у нас тут есть доргернский след?
- Я уверен, что таких совпадений не бывает. Затонувший фрегат из Доргерна напрямую связан с тем, что увидел и услышал мистер Лонгсдейл.