Тайны этого мужчины (ЛП)

Язык болит, губы тоже, но ни один из нас не сдается. Мы оба пытаемся что-то сказать. Мои руки перемещаются от его бицепсов к голове, и я дергаю его за волосы, прежде чем надавить, притягивая к себе. Я изнемогаю от страсти, полностью сгораю, корчась под ним на полу, чертовски успешно доказывая точку зрения права собственности. А потом он переворачивает нас, мои губы покидают его, скользя вниз по покрытому костюмом телу, пока не добираются до молнии брюк. Дергаю ее вниз и быстро освобождаю член, он выскальзывает на свободу, и я без промедления обхватываю его.
В полном безумии накрываю его ртом, беру полностью, без нежных ласк, без легких облизываний или дразнящих поглаживаний. Я нападаю на него, обезумев и отчаявшись.
— Бл*дь! — рявкает он, и я чувствую, как он ударяется мне в глотку. – Бл*дь, бл*дь, бл*дь!
Я не давлюсь и не останавливаюсь. Снова и снова беру его глубоко в рот, сжимая основание, и просовываю другую руку между его бедер, обхватывая напряженные мешочки. Сильно.
— ИИСУСЕ! — Его бедра взлетают вверх. — Ава!
Его руки находят мою голову и дергают за волосы. Не знаю, умоляет ли он меня или устраивает нагоняй.
Концентрируюсь на усилении своего безрассудства, быстро и жестко обрабатывая его, плоть во рту ощущается шелковистой, трение от скорости ударов распаляет нас обоих.
— Держи меня во рту, Ава, — приказывает он, его бедра встречают каждое мое движение. Щеки болят, но я усиливаю мощность.
А потом чувствую, как он увеличивается у меня во рту, дыхание Джесси становится прерывистым, кулаки в моих волосах сжимаются. Я стону вокруг него, усиливая железную хватку на яйцах и перемещая другую руку под его рубашку. Хватаю за сосок, сильно стискивая.
Он ревет, устремляясь бедрами вверх, и толкает мою голову на себя, его кончик упирается в заднюю часть горла.
Он кончает.
Я сглатываю.
Мы оба стонем.
— Гребаный ад, женщина, — выдыхает он, вырываясь из моего рта и подтягивая меня к себе. — Гребаный, гребаный ад. — Он вновь овладевает моими губами, обводя языком рот, пробуя свой соленый вкус. — Я так понимаю, это означает, что ты сожалеешь, — тяжело выдыхает он между сильными движениями языка.
Я только что невольно подарила ему трах-извинение. Но сожалею ли я? За то, что вела себя, как абсолютно неразумная, глупая собственница... такая же, как он?
— Нет, не сожалею, — говорю твердо. И это правда. Наши языки не отрываются друг от друга, мы стонем, наши руки двигаются по телам друг друга.
Опустив руку, обхватываю его полустояк, неумолимо двигая рукой вверх и вниз, в то время как мы оба жестко... агрессивно поглощаем рты друг друга. Я не готова остановиться. Он отстраняется, тяжело дыша, его грудь вздымается, но я не сдаюсь. Прижимаюсь многострадальными губами к его губам, погружая язык внутрь, продолжая неистово ему дрочить.
— Ава, прекрати. — Он оттаскивает мою руку от паха и отворачивает лицо, чтобы прервать контакт губ.
Я не сдаюсь, даже сейчас. Борюсь с ним, настойчиво нападая на его рот. Он никогда раньше мне не отказывал.
— Ава! Пожалуйста! — Он теряет терпение и толкает меня на спину, придавливая своим телом.
Чувствую, как на глаза наворачиваются слезы. Я еще более отчаявшаяся, чем любая из тех женщин. Я совершенно не могу с этим справиться. С губ срывается рыдание, и я, полностью пристыженная, отворачиваюсь от него.
— Детка, не надо, — мягко умоляет он, притягивая мое лицо к себе и убирая с него растрепанные волосы. Он смотрит на меня сверху вниз, почти с сочувствием. — Я понял, — шепчет он, стирая большим пальцем слезы. — Не плачь, — он касается моих губ. — Всегда только ты.
Я смаргиваю слезы.
— Я с этим не справляюсь. — Протягиваю руку, касаясь его лица. — Я чувствую желание причинить боль, — признаю я.
Поверить не могу, что только что открыто поделилась этой информацией, и потрясена, что на самом деле такое испытываю.
— Мой, — говорю тихо.
Он кивает. Он все понимает.
— Только твой, всегда. — Он подносит мою ладонь к губам и крепко целует. — Пожалуйста, не обращай на них внимания. Они в шоке, вот и все. Им в лицо ткнули молодой, темноглазой, захватывающей дух красавицей. Моей красавицей.
 
— Ты мой красавец, — заявляю резко.
— Весь я, Ава. Каждая частичка. — Передвинувшись, он ложится на меня всем телом, накрывая полностью. Обхватывает мое лицо ладонями, разглядывая зелеными глазами. — Ава, я принадлежу тебе. — Он прижимается губами к моим губам. — Ты меня понимаешь?
Я киваю в его ладони, чувствуя себя слабой и нуждающейся.
— Хорошая девочка, — шепчет он. — Ты моя, а я твой.
Я снова киваю, боясь разрыдаться, если открою рот. Не думала, что смогу любить его больше.
Он проводит ладонями по моим щекам, глазами сканируя каждый дюйм моего лица.
— Понимаю, тебе тяжело.
— Я люблю тебя, — мне едва удается выдавить из себя эти слова.
— Знаю, что любишь. Я тоже тебя люблю. — Он садится и поправляет одежду, прежде чем помочь мне подняться. — Мы подружимся как следует позже. Не хочу уничтожить твое платье. — Он слегка улыбается и разворачивает меня. — Похоже, для него потребуется немного терпения, а мы знаем, как мало его у меня, когда дело касается тебя. — Он поворачивает меня и трется со мной носами. — Лучше?
— Да.
— Хорошо. Пойдем.
Он берет меня за руку и ведет к двери, ненадолго отпуская, чтобы отодвинуть буфет на место, и отвести меня обратно на вечеринку. Я чувствую себя намного лучше. Ведь он меня понимает.
Глава 22
Группа начала выступление, и люди стали просачиваться в летнюю гостиную.
— «Motown»? — спрашиваю немного удивлено, когда меня тащат через несколько оставленных накрытыми столами.
— Отличная группа. Хочешь потанцевать? — Он смотрит на меня с полуулыбкой, и я вспоминаю, что мой мужчина великолепно танцует.
— Позже. — Я осознаю, что Кейт, вероятно, задается вопросом, что произошло и где я нахожусь. Он кивает и ведет меня в бар.
Мой стул свободен, и меня усаживают на него. Кейт, Дрю и Сэм располагаются у бара, и все, кажется, в приподнятом настроении, алкоголь действует хорошо.
— Где ты была? — спрашивает Кейт, бросая осторожный взгляд на Джесси.
— В кабинете Джесси обсуждала некую женщину, которой он позвонил, чтобы та его освободила, когда я оставила его прикованным наручниками к кровати, — выпаливаю тихо, не сводя глаз с Джесси, чтобы убедиться, что он не слушает. Он слишком занят, заказывая Марио напитки.
— Ты оставила его прикованным к кровати? — На лице Кейт что-то среднее между шоком и весельем.
— Да. — Раньше я об этом не упоминала. — Он очень разозлился.
— Не удивлена. Он позвонил Саре, чтобы она его освободила?
— Да, — скрежещу я. — И он с ней спал.
— Ох. — Кейт сжимает губы. — Зачем он позвонил ей?
Кейт подходит ближе, втискиваясь между мной и Джесси, и оказывается передо мной.
— Он не мог связаться ни с кем другим. Джон находился здесь, а Сэм был занят другими делами.
— В какой день это было?
— В среду.
Я поднимаю брови и наблюдаю, как она мысленно возвращается к утру среды. Очевидно, на нее нисходит озарение, потому что на лице появляется виноватое выражение. Я даже не собираюсь спрашивать, почему Сэм не смог прийти на помощь Джесси.
— Сара с большим удовольствием надавала мне советов. А еще приятно было послушать, как три женщины сравнивают таланты Джесси в спальне. Все это довело меня до крайности, — ворчу я.
— О боже, — Кейт сочувственно смотрит на меня. — Ава, все это в прошлом.
— Знаю. — Я с отвращением качаю головой. — Кейт, мне так много нужно тебе рассказать. Мы можем куда-нибудь пойти завтра вечером? Мне необходимо выпустить пар.
 
Она кивает, а затем издает тихий вскрик, когда Джесси поднимает ее в воздух и ставит рядом, обеспечивая себе доступ ко мне. Она игриво хлопает его по плечу и хихикает.
— Выпей.
Он сует мне под нос стакан с водой, и я принимаю его без жалоб. Смотрю, как он улыбается, когда я выпиваю все до последней капли, и вручаю ему пустой стакан. Он кивает в удивленном одобрении, затем заменяет пустой стакан бокалом «Чуда Марио».