Тайны этого мужчины (ЛП)

— Ради всего святого! — Он агрессивно отодвигает тарелку, и боковым зрением я улавливаю, как он начинает тереть виски. — Ава, следи за языком, — устало выдыхает он. Сжав мой подбородок, дергает к себе, чтобы я посмотрела ему в лицо. Зеленые глаза полны гнева. — Никто не будет делать ничего подобного, потому что все знают, что ты моя. Не говори того, что сводит меня с ума.
От его строгого тона я немного съеживаюсь.
— Ну, извини, — говорю сердито, но ведь это правда. Люди могут думать, что угодно, откуда ему знать?
— Прошу, постарайся выказать чуть больше желания. — Он перемещает свою хватку с челюсти на щеку. — Я хочу, чтобы тебе было хорошо.
Его умоляющее лицо заставляет меня хотеть отпинать свою ничтожную задницу. Он потратил бог знает сколько денег на потрясающий наряд и платья, и этот вечер для него особенный. Какая же я неблагодарная корова. Скользнув ближе, сажусь ему на колени. Ему, конечно, плевать, что мы в баре, а я крепко обхватила ногами его талию.
— Прости меня? — Дерзко кусаю его нижнюю губу и трусь носами.
— Ты очаровательна, когда дуешься, — вздыхает он.
— А ты очарователен всегда, — бросаю ему в ответ и касаюсь его губ поцелуем. — Отвези меня домой, — говорю ему в рот.
Он стонет.
— Договорились. Вставай. — Он поднимается вместе со мной, и я освобождаю его бедра от железной хватки.
— О нет! — восклицаю я.
— Что такое? — Джесси озабоченно смотрит на меня.
— Мне нужно купить Клайву виски.
— Виски? — Он хмурит брови. — Зачем?
— Это моя трубка мира. Мы можем по дороге домой где-нибудь остановиться?
Он закатывает глаза и берет меня за руку.
— Клайв и так хорошо на этом заработал, хотя даже не выполнил поручения. — Джесси направляется к выходу из «Поместья». Я машу Марио и Питу, и те отвечают мне тем же.
— Сколько ты ему заплатил?
— Видимо, недостаточно для того, чтобы он как надо выполнил свою работу. — Он бросает на меня осуждающий взгляд, и я ухмыляюсь, призывая явиться плутоватого Джесси. — Ава, не смотри на меня так, когда я не имею возможности овладеть тобой. Садись в машину.
Я охаю от его бесстыдства.
— А как же моя машина? — Провожаю взглядом свою «Мини».
— Я попрошу кого-нибудь из сотрудников пригнать ее, — отметает он мое беспокойство и усаживает на пассажирское сиденье.
Я испытываю облегчение, когда мы, наконец, возвращаемся в «Луссо». Оказывается, у Клайва необычный и очень дорогой вкус к виски. В конце концов, мы отыскали конкретную марку «Гленморанджи», заказанную Клайвом, в специализированном магазине района Мейфэр, и разногласий по поводу того, кто платит, почти не возникло. В итоге, Джесси отступил. Надулся, как подросток, но отступил.
— Клайв, «Гленморанджи Порт Вуд Финиш». — Я протягиваю ему бутылку.
Его глаза загораются, как на Рождество, он берет бутылку и проводит ладонью по этикетке.
— Не могу поверить, что ты его нашла. Думал, его можно достать лишь по предзаказу.
Я смотрю на него с недоверием, и трудно не заметить ошарашенный взгляд Джесси. В попытке найти эту чертову бутылку мы прошерстили три супермаркета и два специализированных магазина, а он все это время знал, как трудно его достать? Я оставляю Клайва миловаться с бутылкой виски и присоединяюсь к Джесси в лифте.
— Надо было купить этому нахальному ублюдку бутылку по акции в супермаркете, — раздраженно ворчит он, набирая код. Замечаю, что он так его и не сменил, но напоминать снова не собираюсь.
— Кэти еще здесь? — спрашиваю с надеждой на обратное. Я хочу проползти внутрь Джесси и остаться там на некоторое время, но после нашей неожиданной эскапады по Лондону в поисках неуловимого виски у нас не так много времени, как я надеялась. Я знаю, в этом причина плохого настроения Джесси.
— Нет, я сказал ей уйти, как только закончит, — коротко отвечает он. Какой же он сварливый.
Мы входим в фойе пентхауса, и Джесси, балансируя с моими пакетами в руках, пытается вставить ключ в замок. Он открывает дверь, и я следую за ним, прежде чем потянуться к пакетам.
 
— Что ты делаешь? — спрашивает он, нахмурив брови.
— Хочу отнести их наверх, в комнату для гостей. Ты не должен видеть мое платье. — Я направляюсь к лестнице.
— Отнеси их в нашу комнату, — кричит он мне вслед.
В нашу комнату?
— Не могу, — кричу в ответ, исчезая в своей любимой спальне для гостей.
Тут же достав платье из пакета, вешаю его на дверь. Вздыхаю и отступаю назад, чтобы получше рассмотреть. Джесси либо кончит на месте, либо рассыплется на части.
Принимаюсь распаковывать корсет, туфли и сумочку, а остальные платья оставляю на потом. Слышу тихий стук в дверь.
— Не входи сюда! — выпаливаю я и бегу к двери, слегка приоткрывая ее. Вижу ухмыляющегося Джесси, который стоит, засунув руки в карманы.
— У нас что, свадьба? — спрашивает он.
— Я хочу сделать тебе сюрприз. — Я машу на него. — Мне нужно покрасить ногти. Уходи. — Он хотел увидеть мое нетерпение от вечеринки, пусть теперь не жалуется.
Он поднимает руки вверх, сдаваясь.
— Хорошо, жду тебя в ванной. Не задерживайся, я уже потерял час на поиски гребаного виски, — ворчит он, удаляясь по лестничной площадке.
Закрываю дверь и, пока копаюсь в сумочке в поисках косметички, натыкаюсь на письма, что Клайв вручил мне сегодня утром. Оставляю их на комоде у двери, и устраиваюсь на кровати, чтобы начать приводить себя в порядок.
Когда я появляюсь в ванной, Джесси уже погрузился в пузырящуюся воду. По его лицу видно, как он раздражен. Я стягиваю платье через голову, снимаю лифчик и трусики, и когда забираюсь в ванну, его недовольное выражение сменяется одобрением.
— Куда ты пропала?
— Ждала, пока высохнет лак. — Устроившись между его ног, ложусь спиной на его твердую грудь.
Он радостно мурлычет и переплетает наши ноги, обнимая меня и зарываясь носом мне в волосы.
— Я потерял два часа, которые мог провести с тобой, и их уже не вернешь, — угрюмо бормочет он. — Больше никакого лака и охоты за редким сортом виски.
— Ладно, — соглашаюсь я. Знаю, чем бы я предпочла заняться. — Ой, чуть не забыла. Сегодня утром Клайв отдал мне твою почту. Я сунула ее в сумочку и забыла. Извини.
— Никаких проблем, — отмахивается он от моего беспокойства. — Я люблю, люблю, люблю, когда ты мокрая и скользишь по мне, — он обхватывает ладонями мои сиськи и кусает за шею. — Завтра мы весь день не будем вылезать из постели.
Я улыбаюсь про себя, безмолвно желая, чтобы мы могли приступить к этому прямо сейчас, но потом чувствую спиной его сердцебиение, и это заставляет меня думать о его словах о бьющимся сердце.
— О чем ты подумал, когда впервые меня увидел? — спрашиваю я.
Несколько мгновений он молчит.
— Моя, — рычит он и кусает меня за ухо.
Смеясь, я извиваюсь на нем.
— Не может быть!
— Еще как может, черт возьми, и теперь ты моя. — Он разворачивает меня лицом к себе и нежно целует. — Я люблю тебя.
— Знаю, что любишь. Тебе никогда не приходило в голову пригласить меня на ужин вместо того, чтобы преследовать, задавать неуместные вопросы и загонять в угол в одной из своих камер пыток?
Он задумчиво отводит взгляд.
— Нет. Тогда я плохо соображал. Ты привела меня в безумное замешательство. — Он качает головой.
— Замешательство из-за чего?
— Не знаю. Ты пробудила во мне нечто такое... нечто очень тревожное. — Он откидывается назад, и я вновь опускаю голову ему на грудь.
Что я пробудила? Сердцебиение? Подобное заявление мне кажется странным, но Джесси тоже пробудил во мне что-то, и тоже нечто очень тревожное.
 
— Ты подарил мне цветок, — говорю тихо.
— Да, я пытался быть джентльменом.
Я улыбаюсь.
— Поэтому, когда увидел меня в следующий раз, спросил, как громко я буду кричать, когда ты меня трахнешь?
— Ава, язык, — смеется он. — Я не знал, что делать. Обычно, чтобы получить желаемое, мне достаточно улыбнуться.