Повелитель теней. Том 4 (СИ)
— Уважаемые студенты! Я очень рад представить вам нашего нового преподавателя по Энергообмену — Ариадну Алексеевну!
Все начали аплодировать, и на сцену поднялась красивая девушка с чёрными волосами. Любопытно, как долго она продержится на этой должности? Словно отвечая на мои мысли, Саша пробормотал:
— Делаю ставку на три недели.
— А я — на две, — откликнулась Кристина.
— Месяц, — проронил Егор.
— Четыре дня, — сказала София и уточнила: — А на что мы делаем ставки?
Я открыл рот, чтобы ответить, но внезапно сильные пальцы впились мне в плечо и потянули назад. Андрей Коновалов перегнулся через спинку кресла и прошипел мне в ухо:
— Я знаю, что ты сделал, Ломоносов! Я тебя раскусил!
Глава 20
— Я знаю, что ты сделал, Ломоносов! — Андрей Коновалов с ликованием оскалился и вцепился в воротник моей рубашки. Я не пошевелился, терпеливо смотря на него и ожидая продолжения. Он, видимо, не был готов к такой спокойной реакции и остолбенело на меня уставился. Однако, опомнившись, Андрей грозно насупился и прошипел: — Ты уже несколько раз нас подставил, урод! И выставил перед всеми идиотами! Думаешь, мы с сестрой совсем тупые? Думаешь, мы не догадались, что ты нам подлянки подсовываешь? Ходи и оглядывайся, Ломоносов! Будет и на нашей улице праздник… — он заметил, что на него начали оглядываться другие студенты, и напоследок шёпотом добавил: — Мы отомстим.
Выпрямившись, он пошёл вдоль ряда, к свободному месту, рядом с которым сидела его сестрёнка, Настя. Кристина, которая внимательно слушала его тираду, проводила Андрея насмешливым взгдядом и фыркнула:
— Неудачник. Такие вечно ищут причину своих провалов в других людях и перекладывают вину. Просто не может смириться, что здесь ему никто не торопится облизывать задницу.
— Разве вы не пользуетесь туалетной бумагой? — вдруг спросила София.
— Пользуемся, но как это связано? — Кристина озадаченно нахмурилась.
— Животные облизывают задницы, чтобы их вымыть, — пояснила София, словно это всё прояснило. Но когда ребята уставились на неё, изумлённо подняв брови, она великодушно добавила: — Я не понимаю, зачем этому юноше облизывали задницу, если он умеет пользоваться туалетной бумагой. Или это какой-то странный ритуал?
— У Софии небольшие проблемки с образным мышлением, — поспешно вставил я. Принцесса Ядозубов повернулась ко мне, и я растолковал ей значение метафоры: — Облизывать задницу — означает лебезить, льстить без стыда и совести, чтобы тебя заметилил и похвалили. Это считается плохим качеством.
— В таком случае это действительно имеет смысл, — важно кивнула София.
Директор зачитал ещё одну торжественную речь, сообщил, что в Москву мы выезжаем завтра утром и что поездка продлится неделю. Всё это время мы будем жить в общежитии на территории Московского университета магических технологий. У каждого курса будет свой собственный сопровождающий, за первашами — то есть за нами — приставлен следить Владимир. Даже не знаю, повезло нам или нет. С одной стороны, с Владимиром не забалуешь — грозные военачальник стал не менее грозным преподавателем. А с другой… Нет от него давления авторитетом. Со студентами он ведёт себя больше как старший друг, чем начальник. Под конец Виктор Викторович пожелал нам удачи и отправил отдыхать — чтобы хорошо выспались перед важным днём.
— В Москве выспимся, — прошептал Саша. — Вы слышали, менталисты устраивают вечеринку. По твоим стопам пошли, Марк. Кстати, ты пойдёшь?
— Нет. И вы там поосторожнее. Помните, чем закончилось веселье в прошлый раз? Если проштрафитесь, не отделаетесь объяснительными. Сто процентов директор психанёт и снимет вас с поездки.
— Не снимет, потому что не узнает, — подмигнул Саша. — Виктор Викторович сегодня ночью кое с кем отправится на свидание… Так что ему будет не до пьяных студентов.
— Всё равно пас, — я покачал головой.
В этот раз, ради разнообразия, я решил послушаться и не искать приключений на задницу. Сон полезен — особенно, если он бывает чаще, чем один раз в трое суток. Я попрощался с ребятами и пошёл в общежитие, но по дороге перехватил Софию — нужно ей как-то намекнуть, чтобы не наседала на Сашу. Иначе он посчитает её чокнутой сталкершей и сбежит, и не будет семейного воссоединения.
— София, подожди секундочку, — окликнул я и, взяв её под локоток, отвёл в безлюдный коридор. — Поубавь, пожалуйста, энтузиазм. Не надо так сильно давить на Сашу, смести фокус на остальных ребят. Это слишком подозрительно. Создаётся ощущение, что ты либо шпион, либо оголтелая поклонница. Ну, либо жаждешь породниться с Императорской семьёй.
— А что случилось? Саше не нравится мой интерес? Или… — София шокированно прижала ладони ко рту. — Или он понял, что я — его настоящая мать⁈
— Тише! — шикнул я и огляделся. Хорошо, что вокруг никого не было, а то по Академии разнеслась бы о-о-о-о–очень интересная сплетня. Довольно забавно, что при поверхностном общении разница в менталитете между Ядозубами и людьми почти незаметна. Но чем дольше я провожу времени рядом с Софией, тем больше вылезает «сюрпризов». Иногда она не знает элементарных вещей, иногда — понимает всё слишком буквально. Вздохнув, я сказал: — Мы поговорили с Сашей, и он думает, что ты с ним флиртуешь и хочешь затащить его в постель. Ему это не нравится, и он уже прикидывает, как бы прервать общение с тобой.
— Ой, я же хотела как лучше… — уголки её губ печально опустились, и она скривилась. — Ладно, я постараюсь… Конечно, это будет очень тяжело. Понимаешь, я пролежала столько лет в коме, маринуясь в чувстве вины и отчаяния, и была уверена, что никогда не увижу своего сына. А теперь, когда он находится на расстоянии вытянутой руки от меня… невероятно сложно не дотрагиваться до него! А ещё так хочется узнать о том, что я пропустила. Когда он в первый раз пошёл? Когда заговорил? Но вместо этого приходится спрашивать про любимый цвет…
Она поникла и, всхлипнув, быстро вытерла глаза. Я похлопал её по плечу и предложил:
— Начни спрашивать то же самое у Кристины или Егора. Будет не так подозрительно, и ты сможешь продолжить заваливать Сашу вопросами.
— Ты прав, — София кивнула. — Составлю анкету для всех.
Помахав ей, я пошёл в свою комнату, где сразу же завалился на кровать и вырубился до утра. Будильник завести забыл, и это чуть не сыграло со мной злую шутку — вовремя бы я сам не проснулся. Но мне повезло, что Кристина постучалась ко мне, чтобы попросить утюг. Вообще-то у неё был свой, но она сказала, что он сгорел. Терзают меня смутные сомнения, что это всё отмазки, а на самом деле он проверяла, не ночует ли у меня София. Я весело хмыкнул. Главное, чтобы частного детектива не наняла. Но вообще-то напряжение между мной и Кристиной стремительно нарастало, и ему нужно было найти выход. Глупо тянуть кота за хвост. Мне нравилась Кристина — красавица и умница, которой я бы без сомнений позволил прикрывать мне спину. Меня вывел из размышлений голос Кристины:
— Марк, так что? У тебя есть утюг?
— Есть, — я вытащил утюг и протянул ей, но, когда она взялась за него, я мягко потянул утюг обратно. Кристина по инерции сделала несколько шагов вперёд и переступила порог. Лёгким движением я закрыл дверь за её спиной, улыбнулся и спросил: — Ты действительно хочешь потратить время на глажку?
— Теперь не уверена, — ответила она и опустила взгляд на мои губы.
Я положил руки ей на талию и слегка наклонился. Её дыхание теплом ложилось мне на щёку.
— До выезда два часа? — уточнил я.
— Ага, — Кристина улыбнулась. — И мы можем заняться либо чем-то полезным…
— Либо?
— Чем-то приятным, — она зарылась пальцами в мои волосы, и мы поцеловались.
Мы так увлеклись, что чуть не опоздали, — от весьма интересных занятий нас отвлёк будильник Кристины, который назывался «Последний шанс, ёшкин кот!». И это действительно был последний шанс, потому что автобусы со студентами должны были выехать из Академии через пять минут. Мы с Кристиной подскочили с кровати, быстро оделись — мне кажется, мы побили мировой рекорд по одеванию, если такой существовал, — и, покидав в сумки всё, что на глаза попалось, помчались во двор. Владимир с меланхоличным видом стоял возле… пустого автобуса. Мда, первокурсники отличились — дружно опоздали полным составом. Видимо, вечеринка удалась на славу. Повезло, что директора не было видно на горизонте — он бы точно отправился выяснять, что случилось. Не то что Владимир.