Академия (СИ)
— Я поужинала в компании моей наставницы и ребят. Видимо, ты пришел в столовую позже меня.
Все-таки он высматривал именно меня! Когда я стояла за колонной, и наблюдала, он надеялся увидеть меня.
— Видимо, — повторил он.
Некоторое время мы промолчали, после чего он продолжил задавать вопросы.
— Значит, после ужина ты отправилась в библиотеку?
— Именно. А разве ты там был?
Постаралась придать своему лицу самое невинное выражение, хотя было понятно, к чему он клонит.
— Нет. Однако там ты познакомилась с сударем Беломорским. Он сам сказал, что имел честь познакомиться с тобой.
Матвей говорил об этом спокойнейшим тоном, словно мы вели беседу о самых непринужденных вещах, вроде погоды, но каким-то образом я отлично чувствовала то, что он хотел скрыть за вежливой маской. Женская интуиция в один миг расколола его напряженность, и истинную цель допроса.
Надо же, он устроил мне допрос! Взревновал к Ярогневу! Не об этом ли так активно они дискутировали с Глебом до того, как мы вошли в столовую? Вопреки всем доводам рассудка мне стало так легко, словно с моих плеч сняли мешки с песком. Мне нельзя им увлекаться, но, глядя на Матвея, я понимала, почему все присутствующие девушки мечтают прибрать его к рукам, и едва ли мне самой удавалось справляться с собственными чувствами.
— Сударь Беломорский оказался приятным собеседником. Он сказал, что в библиотеке хранятся оригиналы многих книг, я об этом не знала.
— Как это мило с его стороны. Но я бы и сам тебе провел экскурсию.
— Брось, ты провел вчерашний день, как и полагается наследнику рода. Все хорошо, я уверена, нам предстоит еще много долгих часов среди книг, учебный год только начался!
Моя улыбка и намек возымели свое действие: Матвей расслабился, и перешел на другую тему.
Поглощенная беседой, я и не сразу заметила, что на нас смотрели все. Да уж, второй такой компании и не сыскать: пятеро учеников из презренных людей, последний представитель Ясногоровых — одного из древнейших родов, братья Скуратовы и еще один дракон из уважаемой семьи. А тут еще к нам присоединились Ольга и Мирослава, те самые красавицы из рода Утренних Туманов. Тяжелый взгляд Глеба мгновенно наполнился светом, его брат безуспешно попытался очаровать Ольгу, которая с большей охотой стала расспрашивать меня о первом занятии. Как выяснилось, она на год старше, и ей было что рассказать.
— Господин Мщеров — лучший преподаватель, на мой взгляд. С ним не бывает скучно от слова совсем, он организовывает превосходные поездки к исторически значимым местам, даже на его экзаменах не возникает проблем, так отлично он преподает учебный материал! Нужно постараться, чтобы плохо у него учиться! Единственное его уязвимое место это Ярогнев Беломорский: как только он о нем вспоминает — старичка не остановить.
Мы дружно рассмеялись, да так громко, что вся столовая притихла, прислушиваясь к нашим беседам.
— Сударыня, поверьте, мы уже сегодня в этом убедились, — еле выдавила сквозь смех.
На этот раз единственным, кого ситуация не позабавила, был Матвей, и он быстро постарался сменить тему разговора. А ведь в кабинете библиотеки мне показалось, что Беломорский ему нравится! Неужели все дело в ревности? Какое, оказывается, это сильное чувство, если вопреки логике оно способно обратить друзей во врагов, и испепелять сердце от одних лишь догадок.
А я сама: стоит лишь подумать, что Матвею может нравиться Ярослава, или какая-нибудь другая девушка, я готова волосы рвать от отчаяния. И Ольга вчера не вызывала во мне теплых чувств, когда он пригласил ее на танец; зато сейчас, когда они сидят за одним столом, но даже не смотрят друг на друга, я вполне готова испытывать к ней самые горячие симпатии.
И вот, как только Матвей отвлекся на вопрос Александра, Ольга тихо зашептала:
— Беломорская смотрит на тебя так, будто в порошок собирается стереть. Будь осторожна с ней, вряд ли она осмелится причинить тебе реальный вред, но, с другой стороны, все северяне немного «двинутые».
— Я это уже поняла ночью, — выпалила прежде, чем подумала.
— В каком смысле?
Поколебалась, не зная, откровенничать дальше, или лучше свести все к шутке, но в итоге все же поделилась:
— Ночью она и еще две драконицы пытались вломиться в мою спальню. Я слышала их за дверью, Беломорская пыталась снять защиту, но безуспешно.
— Какая гадина! — в сердцах воскликнула Ольга. — Совсем ума лишилась! Неужели она так ревнует к Матвею, что готова пойти на грубейшее нарушение правил Академии?
— Думаю, дело не только в нем.
Откровенность полилась рекой, и в ответ на удивленный взгляд девушки я рассказала ей все остальное.
— Ну и дела, — протянула она после минутного молчания. — Конечно, до меня дошли слухи, что Ярогнева вчера видели с тобой, но я бы не подумала, что его сестрица отреагирует так… эмоционально!
От ее слов меня кинуло в жар.
— Ольга, от кого ты узнала эти… слухи?
Она усмехнулась.
— Ты произвела фурор, и теперь все судачат о смертной, которая появилась на представлении в родовой диадеме Ясногоровых, танцевала весь вечер с Матвеем, лишив этой радости других дракониц, а потом еще и как-то сумела привлечь внимание младшего Беломорского, да так, что он целовал твою руку на парадной лестнице на виду у всех!
От ее слов я в буквальном смысле схватилась за голову.
— Твой рассказ звучит скандально, но на самом деле все было не так!
— А кому какая разница? Все видят то, что хотят, и толков теперь пойдет немеряно. Имя сударя Ясногорова знают в каждом уголке мира, о его фамилии мечтают все девушки и их родители. А у Ярогнева другая слава, так что…
— О чем ты?
Ольга недоверчиво на меня посмотрела.
— Ты не знаешь?
— Позавчера я впервые узнала об их существовании!
— Ну допустим, ладно, — она огляделась на Ярославу. — Давай сегодня встретимся после занятий. В первую неделю для самостоятельной работы не задают ничего, это плюс, так что вволю поболтаем, я расскажу тебе много чего интересного. В том числе то, о чем тебе стоит знать.
Глава 9. Ненависть и предубеждение
Мой любимый дворик был пуст, там что мы с Ольгой расположились под навесом вполне уютно: плед, хрустящая выпечка, походные емкости с горячим напитком, свежие ягоды — настоящий девичий рай. Можно было не опасаться, что нас кто-нибудь побеспокоит. Глеб пригласил на свидание свою любимую, его брат с Александром и остальными парнями что-то задумали, о чем мне говорить не хотели, а у Матвея были дополнительные занятия.
— Красиво здесь, — улыбнулась Ольга, — а я почему-то всегда забываю об этом месте.
— Мне тоже понравилось. Хотя вчера я встретила здесь Эрлингов, и наше знакомство сложно назвать приятным.
— Не удивлюсь. Они очень гордые, особенно господин Одд, и вся семья Ясногоровых ему как напоминание об унижении, несбывшихся планах. Они не из тех, кто прощает и забывает. Ха, ты бы видела, как Хельги смотрел на диадему! Будто ему напиток колом в горле встал!
Пока она хихикала, я вдруг поняла, насколько дела обстоят серьезно. Хельги? Да ладно! Вот на кого бы не подумала, тем более, я его после первого знакомства и не видела весь вечер.
А вот он за мной вполне мог наблюдать.
— Одним словом, ты украла всеобщее внимание, ворвалась в их мысли, и на словах это выглядит круто, но в действительности… Тебе этого не простят. Но я обещала рассказать о Ярогневе, — улыбка стерлась с ее лица. — Только не пойми меня неправильно, я не просто распускаю сплетни, или хочу тебя обидеть или запугать. Просто ты должна знать больше, чтобы тебе было здесь комфортно, безопасно, и чтобы ты понимала, что вообще происходит, о чем идет речь, что стоит на кону.
— Разумеется, мне необходимо это знать! Я уже устала от того, что все обмениваются намеками, сплетничают, пока я не понимаю, в чем дело.
Драконица тяжело вздохнула.
— Я знакома с Беломорскими с самого детства. Наши родители между собой дружны, а вот мы с сестрой так и не сумели завязать хороших связей с отпрысками северного рода. Их наследник Всеслав намного старше нас, ему сейчас тридцать один год, так что уже тогда ему было неинтересно возиться с «детишками». Почти все время мы проводили с Ярославой, хотя настоящей дружеской близости никак не возникало. Зато я стала заглядываться на Ярогнева, и это вполне естественно: уже тогда он был красавцем.