Академия (СИ)

Пока ее не было видно, и я с взвинченными нервами и беснующимся сердцем шла в потоке первокурсников в столовую, где села рядом с Ильей, Александром, Аркадием и Никодимом. Парни увлеченно переговаривались, я же иногда посмеивалась или подкатывала глаза, но не участвовала лично в их беседе. Кажется, это привлекло внимание: на нас косились тайком, открыто разглядывали, и помимо неприязни я отчетливо ощущала интерес. Все-таки они выработали стратегию, и она работала. Независимость и достоинство все же лучше подобострастия. Круторогов был прав.
Когда большой колокол стал переливаться волнующим сердце звоном, все поднялись со своих мест, и с уже не скрываемым трепетом отправились на свой первый урок в Академии.
— А как зовут нашего преподавателя?
— Господин Мщеров, из драконов Горных Ручьев.
— Неужели? Говорят, он очень строгий и требовательный.
— Как и все учителя здесь. Это же Академия!
Я внимательно прислушивалась к разговорам вокруг, так как кровные драконы знали больше меня о здешней жизни, и у них можно было много чего интересного подчерпнуть.
— Моя сестра говорила, на первом занятии первокурсники сдают тесты, чтобы определить их уровень, и сразу отсеять неудачников, — со смешком заявила драконица позади меня.
— Вранье это все, мой брат сказал, что на их первом уроке им полтора часа читали вступительную лекцию.
— А на мой взгляд было бы неплохо сразу всех протестировать, чтобы наглядно показать, кому здесь не место.
— Хорошо, что ты не состоишь в попечительском совете, иначе мне бы туго пришлось. После летнего отдыха моя голова отчаянно сопротивляется включению в рабочий процесс, и среди учеников я бы занял последнее место!
После дружных смешков драконы переключились на обсуждение новой темы, и я даже испытала благодарность к неизвестному парню, как ловко он уладил назревавший конфликт, но совсем пропустить намек мимо ушей было невозможно. Говоря о неудачниках, та драконица наверняка имела в виду нас, людей, и это нам, по ее мнению, здесь нет места.
— Сколько предубеждения, однако, — прошептали рядом.
Александр шел с самым невозмутимым выражением лица, но я успела немного изучить его характер, чтобы понять, что он принял вызов. Он не из тех, кого можно унизить безнаказанно, но как он собирается разбираться со своими обидчиками в Академии?
Ответ пришел сам собой, когда я бросила еще один взгляд на него: он планирует стать лучшим, учиться так, чтобы оставить высокородных драконов далеко позади. Действительно, именно так можно филигранно поставить их на место, отобрав первенство в стенах «последнего оплота драконов»!
Стоило мне расслабиться, что он собирается воевать с зарвавшимися драконами «мирным» путем, а не посредством кулаков, как мы приблизились к кабинету истории, отчего дрожь в коленях вернулась в полном объеме. Здесь уже стояла Беломорская в окружении пяти девчонок, и, я была уверена, это самые знатные, самые богатые и самые омерзительные ученицы нашего курса. Других волевая и амбициозная Ярослава не потерпела бы. Ее род не был таким же древним, как род Ясногоровых или, например, Скуратовых, поэтому она всеми силами желала компенсировать сие упущение, став лидером среди дракониц из лучших семей.
Вот и сейчас, едва открылась дверь — первой в кабинет вплыла Ярослава, а за ней сохраняя величие фрейлин зашли ее подружки. Места для учеников располагались как в амфитеатре, и, ожидаемо, Беломорская со своей сворой заняли место в самом центре, за самой дальней партой, наблюдая оттуда, как божки.
Мы с парнями сели где-то посередине, спасаясь от хаотичности шумных учеников. Они явно нервничали, и не могли скрыть своего волнения. Однако, стоило преподавателю войти в кабинет, звуки немедленно стихли.
Господин Мщеров соответствовал всем моим ожиданиям: седовласый дракон с умными глазами и улыбкой учителя, который выпустил бесчисленное множество учеников, и принимался на новую партию первогодок.
— Приветствую на уроке истории! Разумеется, до того, как попасть сюда, вы уже имели возможность ознакомиться с основополагающими знаниями, так что сегодня мы очень коротко пройдемся по уже изученному материалу, и приступим к изучению истории в контексте права, искусства, точных наук. Через полгода вас разделят на разные направления, в зависимости от вашей успеваемости, так что советую тщательно взвесить, что вам больше всего интересно, и что вам под силу. Пока я продолжу звать вас учениками, но уже через полгода вы получите обращение в зависимости от того, в какую именно группу попадете.
 
Никто не посмел пикнуть, но я представляла, сколько разговоров будет об этом во время перерыва.
— Ну а теперь давайте поговорим об истории, этой свидетельнице времен, свете истины, жизни памяти, учительнице жизни, вестнице старины!
Вспомнила, что эта цитата принадлежит дракону Древних Времен.
Дальше нам выпала честь слушать исключительно взвешенный, четкий, лишенный ненужной «воды» пересказ истории. Надо признать, ученики даже дышать боялись, ловя каждое его слово. Да, если бы преподавательницы в пансионате умели излагать так увлекательно, я уже ходячей энциклопедией бы стала!
— Теперь вы понимаете, почему Южный материк долгое время был колыбелью жизни. Однако после экологической катастрофы в провинции Мар, маленький континент стал приходить в упадок: почва провинции пришла в негодность, многочисленные беженцы населили оставшиеся три провинции, однако продержались они недолго. Как только стало понятно, что материк обречен, драконы в спешном порядке приступили к экстренному протоколу.
Благодаря полученному образованию (и самообразованию) я понимала почти все слова, даже самые сложные, вроде «протокола». Зато представители благородной расы, принятые в Академию скорее благодаря родословной, чем умственным способностям, глупо хлопали глазами.
— Кто из учеников может сказать, что это был за протокол?
Первое занятие, мы все еще были несколько напуганы, и, пока драконы собирались с силами, рука справа от меня уверенно взлетела наверх.
— Представьтесь, пожалуйста.
— Александр Верстанин, — ровным голосом произнес парень, пока со всех уголков кабинета к нему липли взгляды.
— Прошу вас, сударь Верстанин.
— Протокол подразумевал немедленное отплытие заранее избранных групп колонистов на другие континенты. Долгие годы исследований, морских путешествий открыли южанам пригодные к обитанию земли, однако они не хотели покидать свою родину, и решили оставить незаселенные дальние края для самого крайнего случая, который, однако, наступил. Тогда полностью снабженные корабли с провизией, предметами искусства и учеными трудами причалили к известным ныне континентам — Авлимии и Норгратеру.
— Отлично, присаживайтесь! Так как вы вызвались первым, и так хорошо ответили, и присваиваю вам двадцать баллов. Поверьте, — сказал он, обращаясь ко всем ученикам, — чем активнее вы будете работать на моих занятиях, тем лучше у вас будут оценки. А оценки по истории серьезно повлияют на вашу дальнейшую судьбу в Академии.
Шепоток пробежался по рядам «амфитеатра», и я очень хотела бы в этот момент видеть лицо Беломорской.
— Раз сударь Верстанин так виртуозно справился с вопросом, полагаю, остальные ученики из людей ему в познаниях не уступят. Комиссия отбирала лучших из лучших, не так ли, сударыня?
И Мщеров, и все ученики посмотрели на меня, и я с мучительной злостью ощутила, как лицо заливается краской. Однако поднялась со своего места, и назвала свое имя вполне ясным твердым голосом.
— Расскажите нам, сударыня Стрелицкая, что ожидало переселенцев в Авлимии?
Дышать ровно, отвечать — четко. Я знаю все об этой теме, история Древних Времен всегда интересовала особенно остро.
— Авлимия предстала перед колонистами необъятным диким краем, таким же солнечным, но более жарким и засушливым. И, что самое главное, материк был заселен, что представило неожиданность для южан. Местные не были миролюбивыми, и первый контакт с аборигенами ознаменовался бойней. В дальнейшем колонистам удалось заручиться поддержкой нескольких племен, живших у берегов океана. Вместе они построили укрепленные города, стали развивать земледелие на не самой плодородной почве, и преуспели за счет научных разработок. Так же продвинутость колонистов помогла местным излечиться от болезней, улучшить условия жизни, так что спустя несколько десятилетий переселенцы окончательно смешались с местными, и образовали три основных королевства Авлимии — Тарос, Мар и Джиптис. Они держались вместе, развивая связи, и благодаря заключенным военным союзам сумели отбить все атаки аборигенов, и даже больше: они захватили близлежащие земли, продемонстрировав свою мощь, но в итоге отдали их обратно, так как они все равно были им не нужны. Зато начиная с Битвы при Топях и до наших дней в Авлимии больше не было значимых сражений, королевства и племена придерживаются вооруженного нейтралитета, а торговые и культурные связи постепенно стирают границы. Так что сегодня туристы из Мара спокойно путешествуют по землям карьчьеров, как и состоятельные соми предпочитают проводить свободное время в столице Тароса.