Академия (СИ)

Девушка улыбнулась, словно говоря, что она всегда была и будет во всем первой, но на словах проявила себя посдержанней.
Далее правила приличия требовали представить меня, чего хотелось бы избежать, но, увы, общество само диктует нормы.
— Позвольте и мне представить новую ученицу Академии, сударыню Элиф Стрелицкую из избранных среди людей.
Кристофер Беломорский одарил меня кивком, который понравился мне больше всех улыбок, выпавших сегодня на мою долю.
— Поздравляю вас, сударыня. Это большая честь и ответственность.
— Благодарю, господин Беломорский. Я осознаю это, и дорожу шансом.
Мой простой ответ пришелся ему по нраву.
— Какие новости в столице? — спросил он у Круторогова, и мужчины принялись бурно обсуждать свои излюбленные темы.
Ярослава с минуту меня изучала, и потом медленно приблизилась.
— Как вам пришелся этот праздник, сударыня?
— Как и все в этом зале, я разделяю восторг и удивление одновременно.
— Полагаю, сегодня действительно было чем удивляться, — по ее тону было понятно, что она подбирается к основной цели беседы.
Я не хотела развивать эту тему, поэтому заменила ответ милой улыбкой, и перешла в более безопасную область обсуждений.
— Вы превосходно танцуете, сударыня. Признаюсь, наблюдать ваш танец с господином Беломорским было одно удовольствие! Многие семьи взяли вас за образец.
— Отец не любит покидать север, не любит пышные празднества и увеселения, но сегодняшнее событие смягчило его нравы, хоть и ненадолго.
— Север, — мечтательно произнесла я. — Какой он?
— Это самый лучший край! Суровая, но величественная природа, самые смелые и бесстрашные драконы, постоянная опасность со стороны врагов, но это все лишь оттеняет прелесть жизни там. В Академии все пропитано атмосферой безопасности и благополучия, но именно север это обеспечивает. На севере все лишнее отпадает, показывая истинную суть драконов, людей, жизни в целом. Только там можно познать себя, чего ты стоишь.
Ее пылкая речь произвела на меня впечатление, запала глубоко в сердце, и я запомнила почти каждое ее слово, живо рисуя в голове картинку. Но и другое невозможно было не заметить: рассказывая о своей родине, Ярослава словно преобразилась, открывая настоящую себя, а не просто высокомерную драконицу из знатной семьи.
Видимо, она и сама поняла, что была слишком добра целых две минуты, и тут же поджала губы, добавила надменности во взгляд.
— Благодарю вас за исчерпывающее описание!
В ответ она едва кивнула, ставя таким образом точку. Да, моя попытка вернуть ее прежнюю потерпела сокрушительное поражение! Что в целом плохо, нам ведь предстоит учиться вместе.
Постепенно к нам стекалось все больше Беломорских, которые вступали в беседу с Крутороговым. И тут мне в голову пришла другая мысль: если они и дальше будут рядом с нами, Матвею, когда он придет, представят Ярославу, и ему придется пригласить ее на танец. Этого нельзя было допустить! Как же я сразу не догадалась, что именно этого и ждала драконица! До сих пор ему удавалось избегать «штормовых», но теперь…
— Сударыня, — раздался рядом тихий голос.
Я с обреченностью повернулась, но была сильно удивлена, увидев не Матвея, а Глеба Скуратова.
— Позвольте пригласить вас!
— Конечно, сударь Скуратов!
Вежливо кивнула Беломорским, и последовала за драконом, недоумевая, с какой стати он теряет время со мной, а не с сударыней Мирославой. Зато моя милая Аглая, не пропустившая ни одной детали, рассказа потом, что Ярослава и ее родня были удивлены, когда Глеб пригласил меня. Действительно, какая-то жалкая смертная, а уже знакома с драконами, с которыми они не знакомы, и принимает приглашения, пока бесценную Ярославу еще не пригласили!
— Можете не благодарить, — с легкой насмешкой заметил Глеб.
— Простите?
— Сбежать от Беломорских — задача не из легких, недаром им доверили оборону важнейших границ! Бедный сударь Ясногоров весь извелся, пытаясь придумать, как спасти вас, и самому не попасться. Хорошо, что я соображаю быстрее!
— Тогда мне не остается ничего другого, как поблагодарить за своевременную помощь!
 
— Всегда рад оказать услугу даме, — с неожиданной улыбкой для его мрачного вида заметил дракон, и тут же снова нахмурился. — Наше общество не самое простое и приятное, в этом, сударыня, даже не сомневайтесь. Но я всегда готов прийти на помощь таким же изгоям, как мы с Матвеем.
— Изгоям? — удивилась я.
Ладно, плевать, что меня сейчас назвали отщепенцем, я и так это знала, но Матвей… Он же Ясногоров! Последний дракон из великого рода!
— Стать изгоем легче простого, — пояснил он, когда мы присоединились к танцующим парам. — Достаточно просто вести себя независимо, не вступать в различные группы, заниматься тем, что нравится конкретно тебе, охранять свои личные границы. Мне вообще не интересно играть по их правилам, я вот люблю живопись, много лет занимаюсь, и стараюсь общаться с драконами, кто разделяет мои вкусы. То же касается и нашего общего друга. Он держится подальше от компаний с четкой иерархией, развивает свой талант к поэзии, готовится к будущему во главе рода.
Что-то такое он действительно говорил.
— Конечно, многие захотели бы навредить молодому дракону, у которого нет семейной поддержки в виду трагичного происшествия. Но правитель лично поддержал его, потребовав от совета попечителей, чтобы они сделали из него главу рода. Поэтому все так и стараются, а ученики не смеют трогать.
— Теперь я лучше понимаю намеки господина Грачева.
Глеб тонко усмехнулся.
— Да, он любит сеять смуту, и наблюдать, как остальные вцепляются друг другу в глотки.
Мы пробеседовали весь танец, и в конце я готова была включить Глеба в список своих друзей, если он бы этого захотел. Мне понравилось его чувство юмора, с уклоном в сарказм, но живое и остроумное. К тому же он неплохо общался с Матвеем, что уже было отличной рекомендацией, и с безразличием относился к мнениям окружающих. Несмотря на его внешнюю мрачность и давящий взгляд, я увидела в нем яркий ум и благородные манеры, что вполне объяснило интерес сударыни Мирославы.
Еще меня порадовала новость об изгоях: если здесь есть драконы, не разделяющие стереотипы общества, мне будет с кем общаться! И тогда жизнь здесь не будет такой невыносимой, какой я уже себе ее нарисовала.
Стоило только подумать о нем, и он тут же подошел с довольным лицом и с сударыней Мирославой под руку. Скуратов тоже просиял, словно солнце выглянуло из-за туч, и рассеяло его хмурую маску.
Поменявшись партнерами, мы снова закружились в танце.
— И как вам семейство Беломорских?
— Господин Беломорский мне понравился, да и его дочь мне показалась благовоспитанной и приятной сударыней. В любом случае, на долю секунды.
— Разве что на долю секунды! — с усмешкой повторил дракон.
Аглая поведала потом, что Матвей издалека наблюдал за нами, пока сама Аглая наблюдала за ним.
Вокруг кружили яркие пары, светились довольными лицами. Увы, много внимания доставалось и нам, но любопытства было больше, чем ненависти, что несказанно радовало. Один раз я заметила Тобольскую и Дартмура, потом с точеной улыбкой показалась Аглая, выслушивавшая какую-то пламенную речь модно одетого дракона. Глеб с Мирославой ускользнули в неизвестном направлении, зато рядом танцевала ее сестра Ольга с высоким парнем. Я не собиралась тратить свое время на созерцание пар вокруг, но глаза помимо воли подмечали любые мелочи, составляя общее впечатление от праздника.
— Не припомню такого же прекрасного праздника! — ворвался в мои мысли Матвей.
Интересно, он имеет в виду, что раньше здесь не было меня? Было бы слишком тщеславно так думать, но он сам дал мне для этого повод.
— Поверю вам на слово, сударь, но вечер действительно впечатляющий!
— Мы же вроде согласились называть друг друга именами!
— Но не здесь! — пришлось вложить в голос изрядную долю властности. — Нам не нужны лишние слухи, которых и так будет слишком много.