Прячем лица в дыме (СИ)

Найдер откинулся на спинку стула, заложил руки за голову и с широкой ухмылкой продолжил:
— Нас хотят убить все, кто имеет хоть каплю власти в этом городе. Всегда мечтал об этом.
— Нельзя оставаться в Кионе, — Рена покачала головой. — Вы же не умеете быть незаметными! Никакие миллионы не помогут защититься от такого количества врагов, — она выдохнула и с чувством произнесла: — Чертовы бедовые мальчишки!
Раз и Найдер переглянулись. Они ещё не обсуждали, что делать дальше, но этот вопрос давно висел в воздухе. Думать о будущем сейчас было также страшно, как ещё недавно смотреть в прошлое.
Раз хотел остаться, чтобы найти в городе своё место, построить в Кионе что-то новое взамен разбитого прошлого. Может, дать волю тому мальчишке, который мечтал стать учёным, а может, оставить холодного парня, ставшего в Цае своим. И также сильно он хотел уехать. Узнать мир, настоящего себя и выбирать не из того, что было в прошлом, а только из нового. Да, второе решение казалось более правильным, ведь за ними и правда охотилась добрая половина Киона, но даже оно подразумевало вопросы — уехать с кем?
— Да, ты права, — Найдер скривился и сделал большой глоток вина.
— Надо же, всего три года прошло, чтобы ты это признал, — Рена закатила глаза, но было видно, что она довольна.
Раз отклонился на угол стола и подставил руку под голову. Наверное, таких вечеров у них осталось немного. Жаль. Несмотря на все препирания, эти люди оказались так дороги.
— Просто пока вас не было, из него всю дурь выбили, — громким шепотом сказал Раз, с улыбкой косясь на оша.
— А из тебя, видимо, нет, закончить? — Найдер подался вперёд, будто и правда был готов действовать.
— Опять? — вскричала Джо, ударяя ладонями по столу. — Эй вы, черти, мы недавно вырвались из такого дерьма, а вы снова спорить будете? Ну-ка быстро налили себе ещё вина и сказали что-нибудь хорошее!
Найдер и Раз послушались, а Рена вместо этого потянулась к кофейнику, затем нортийка спросила:
— Так что вы собираетесь делать?
— Присоединюсь к племени и пройду с ними всю Арлию, а там посмотрим, — Найдер улыбнулся.
— Ты серьёзно? — Раз не мог поверить сказанному. Он, скорее, мог представить, что оша найдёт способ остаться в Кионе и зажить открыто, чем будет слоняться среди полей и ночевать под открытым небом.
— Да нет конечно! — оша засмеялся. — Ты слышал об Алеонте, городе беглецов? Есть у меня одна идея… — Найдер хитро прищурился. — Но рано или поздно я вернусь в Кион, я вернусь, — он сказал это быстро, с напором, как клятву — то ли самому себе, а может, даже городу.
Джо согласно кивнула:
— Я тоже поеду в Алеонте. Говорят, там много школ и университетов. Но племя каждое лето проходит в окрестностях города, так что посмотрим.
— Это правильно. Я тоже уже купила билет на корабль.
— Куда? — спросил Раз.
Девушка пожала плечами:
— До Нангри, это самый дальний маршрут. Хотя до другого материка я вряд ли поплыву — сойду в любом порту, где захочу.
Раз медленно кивнул. Уезжала Рена, уезжал Найдер, уезжала Джо. Несмотря на то, что против них ополчилась половина Киона, это не казалось побегом — скорее, они взяли всё, что хотели, и отправлялись, задумав новое дело. Раз покрутил вино по стенкам чашки. Ему тоже пора решать.
— Ну и что это получается? — Джо скривилась. — Мы спасали друг друга, чтобы снова быть вместе, одним племенем, а теперь разъезжаемся?
— Мы спасали друг друга, чтобы иметь возможность жить так, как хотим. Да, это мы закрутили водоворот, чтобы потом упасть в самый центр, но мы ведь выбрались, а вместе с этим научились плавать.
И Раз, и Джо, и Рена дружно посмотрели на Найдера, удивлённые его словами. От оша было непривычно такое слышать, но слова звучали правильно. Оказалось, им всем нужно упасть, чтобы суметь увидеть верный берег.
— Это что-то в духе Феба? — Джо с грустью улыбнулась.
— Нет, — на лице Найдера опять появилась ухмылка. — Он бы сказал так: с друзьями, как с деньгами — на мелочь лучше не размениваться.
— Нет-нет! — нетерпеливо воскликнула Джо. — Здесь больше подходит: с кем поведёшься — от того и наберёшься.
 
Смеясь, Рена подлила себе ещё кофе и предложила:
— Нет же, это ошавские поговорки. Феб бы сказал: свобода — возможность уйти, но решение остаться.
Раз пальцем вывел на столе восьмёрку и выдал:
— Дружба — это не долгое общение, дружба — это впустить в жизнь человека и оставить в душе навсегда.
— Нет, даже для Феба слишком приторно, — ответил Найдер.
Улыбаясь, Рена и Джо согласно кивнули. Ну и ладно. Сказать хотелось именно так.
Вытянув руку, Раз замер перед деревянной дверью, ведущей в подвал. Лестница была другой, как и стены, и сам подвал — и всё равно он не смог так легко сделать шаг, будто снова оказался в родном доме.
Он трижды постучал и вошёл. Лаэрт сидел спиной, но быстро повернулся, услышав шум. У оша не хватало комнат, и ему в распоряжении отдали подвал, где учёный жил и продолжал свои эксперименты, на которые Тирьянка не переставала говорить: «Во имя Великого Отца, невозможно!»
Братья с минуту молча смотрели друг на друга, пока Раз не спросил:
— Ты так и не выходил из дома?
— Сам знаешь, что надо переждать.
— Но ты не хочешь уезжать?
Лаэрт покачал головой. Раз никак не мог понять, на что тот надеется или что задумывает — жизнь в Кионе для «погибшего» учёного уже не могла быть возможной. И всё равно он снова и снова отказывался уезжать и говорил, нужно просто подождать — хотя что изменится через неделю, месяц, год?
— А вы решили уехать?
С полной уверенностью Раз ответил:
— Да.
Необходимость уехать становилась очевидной, но вопрос куда для него оставался нерешённым.
Раз сделал несколько шагов и замер на середине, не зная, сесть ли на кровать, застеленную так, что на покрывале не было ни единой складки, или продолжить стоять — кроме стула, на котором сидел Лаэрт, больше мест не было.
— Так куда ты поедешь?
— Не знаю, — парень пожал плечами.
— Не хочешь говорить?
— Правда не знаю. А ты точно остаёшься?
Вопрос звучал глупо, но мысли никак не вязались в нормальные слова. Он пришёл к брату без цели — просто поговорить, неважно о чём. Знал, что так надо сделать, давно пора было.
— Это мой город, — уверенно ответил Лаэрт. — Я должен стараться ради него, и я придумаю, как продолжить работу.
— Тебе же не примут назад! Ни министры, ни гильдия не простят. И другие, им всё равно нужны твои разработки. Уезжай отсюда.
— Не могу, Кираз, — голос Лаэрта даже не подразумевал возражений. — Это вопрос, который даже не стоит обсуждать.
Повисло тяжёлое неловкое молчание, пока Лаэрт не нарушил его:
— Ну а ты? Ты же о другом мечтал! Останься, вдвоём мы сможем изменить Кион. Помнишь, ты ведь хотел быть учёным, сделать что-то для города…
— Это было слишком давно. Уже нет того, кому эти мечты принадлежали, а я не знаю чего хочу, поэтому буду искать.
Лаэрт поднялся.
— Надеюсь, мы ещё увидимся, — на лице появилась смущённая улыбка, и он добавил. — Брат.
Раз медлил с ответом. Он так хотел отпустить прошлое — не просто отпустить, а растоптать и забыть, но, наверное, это было очередной неправильной мыслью, ещё одной попыткой спрятаться. Теперь хотелось перестать прятаться и научиться принимать.
— Не знаю. Но я точно напишу. Брат.
Раз сидел на крыльце дома и курил. Позади хлопнула дверь, Найдер опустился рядом и вытянул ноги.
— Собрался? — спросил оша.
— Да, а ты? Когда вы отправитесь
— Сегодня вечером. Я не хотел уезжать раньше вас.
Не верилось, что вот уже, вот совсем чуть-чуть. Волнения в городе стихли, контроль был ослаблен, а деньги доделали своё дело, и они нашли лазейку из города. Помолчав, Раз сказал:
— Мне кажется, никто из нас уже не вернётся в Кион. Это бессмысленно, нам всем нужно другое.