Король-Наёмник. Кровь Ларингии (СИ)
- Бой! – крикнул Кловис.
Ландсьер ринулся вперёд, не поднимая меча, но Вирт продолжал стоять, как будто бы ему не предстояла смертельная схватка. Их разделяло всего три метра, которые можно преодолеть за пару мгновений, но Вирт оставался спокоен и нерушим. Меч Ландсьера был больше чем в половину роста Вирта и был очень устрашающим. Ландсьер сделал быстрое движение, опустив меч, и попытался уколом пробить брюхо Вирта, но тот плавно шагнул вбок, а затем, скользнул вдоль меча, молниеносно поражая в шею противника, и Ландсьер рухнул на грязную землю, зарывшись в неё лицом. Его враг лежал на земле, содрогаясь в агонии и сжимая ладонями шею. Вирт спокойно наклонился к умирающему человеку, и обтёр о его одежду свой меч, после чего вернул тот в ножны.
- Вы свободны, Вадим…
Глава 19. Царица полей
В честь моего возвращения из недолгого, но крайне нервного плена, мужики мне устроили настоящий праздник. Бернд, непонятно как и где смог найти несколько полных больших бочек вина, множество птицы и мяса, рыбы, да десятки бочонков пива, эля, браги и мёда. Неизвестно сколько это стоило денег и насколько пострадал наёмничий бюджет, но этим вечером мешали вообще всё: пиво с мёдом, вино с элем, да и всё вместе и сразу, ведь напитки всё равно смешаются в животе. Алкоголь тёк рекой, прислужники не успевали наполнять бокалы, кружки и пустые тарелки. Настроение праздника настолько меня веселило, что даже подошедшие к нашей таверне бедняки получали по кружке пенного и по куску зажаристого мяса с ломтем белого зернового хлеба. Шумели мы настолько сильно, что жители ближайших домов пожаловались на нас городским стражникам, небольшой отряд которых подоспел к таверне, но был раскидан одним единственным Сезаром. Этот пьяный великан даже не брал в руки оружия и одними кулаками размазал стражников. Ни доспехи, ни копья и мечи не смогли им помочь, а потому они ретировались, получив несколько десятков синяков и разбитые носы. Вечеринка длилась почти до самого рассвета и помогла воинам отдохнуть от недавних кровавых битв.
С звенящей головой я очнулся только в полдень и резко осознал, что чёрный пиар работает на удивление эффективно. После двух стычек с Ландсьерами мы понесли воистину огромные потери для тех, кто не имеет постоянной рекрутской базы. Сорок четыре человека были навечно отправлены в царство мёртвых, а ещё пятнадцать наёмников вернуться обратно в строй после лечения. Вот только к порогу нашей таверны прибыло практически в два раза больше людей, желающих вступить в наше войско. Для многих, столкновение и последующие победы над Ландсьерами были, мягко говоря, поразительными. Последние несколько сотен лет пехота в войне стояла исключительно на вторых ролях, оставляя основные сражения кавалерии. Обычно пехотинцы в цивилизованных государствах активно применялась только при осадах. Именно потому победа пехоты над кавалерией стала фурором и к «Кабаньей Голове» потекли новые рекруты, большинство из которых давно были не новичками. Благодаря им мы не только восполнили понесённые потери, но и возрастили численность. Однако я прекрасно понимал, что вагенбург не станет панацеей от конницы, ведь при неожиданной атаке мы не сможем её своевременно развернуть и нас просто разобьют на марше, тонким слоем размазав по любому полю боя.
К тому же, Ландсьеры преподнесли нам не только значительно возросшую известность и репутацию, но и очень богатые трофеи. Ландсьеры, после своего поражения в битве у реки, отступали бросив свой обоз, а потому все содержащиеся в них богатства попали в наши загребущие руки, а точнее к Бернду, счастливо потирающим руки. Помимо снаряжения, оружия, личных вещей дворян, к нам попала и казна. Складывалось чёткое ощущение того, что она предназначалась для последующей оплаты услуг «Бронзовых Шпор» и Ландсьеры готовы к битве с моими молодцами до последнего.
Полученные средства Бернд призвал меня использовать куда как хитрее, чем просто накупить снаряжения и оружия. Несколько недель мы с ним ходили по городу, договариваясь с владельцами некоторых мастерских и даже часть из них по итогу выкупили. Бернд аргументировал это тем, что отряду в моменты простоя и восстановления нужен пассивный доход, да и пенсии у наёмников, если они доживут до почтенного возраста, её просто не будет. Впрочем, я с ним был согласен, а Марид тут же загрузил мастеров своими заказами и поручениями, пытаясь реализовать все свои убийственные идеи.
Несколько месяцев мы прожигали полученные деньги, продолжая натаскивать воинов. Внушительная часть из новичков не понимали зачем всё это нужно, но раз есть контракт, то придётся исполнять. Приходилось «ломать» их средневековый строй мыслей, насаживая понятия офицерства и тотальной дисциплины. Ландсьеры нас не беспокоили и это радовало. Вполне возможно, что их молчание сейчас намного страшнее очередного боевого столкновения, но этой передышкой точно необходимо воспользоваться.
В этот спокойный перерыв вновь сверкнула гениальность южного изобретателя Марида. Я долго капал ему на мозги с идеей небольших полевых пушек, чтобы их можно было спокойно передвигать по полю боя, однако сам не знал, как это реализовать. Южанин же это знал, и знал очень хорошо. Оказывается, что он уже смог не только разработать, но и отлить полноценную пушку. По размерам она была скорее «пушечкой» в современном мне понимании, но даже это было прорывом военного дела. Их стволы были всего двенадцатого калибра, но ядро даже такого размера сможет проредить плотные строи наступающей кавалерии, а уж тем более пехоты.
Мы выехали из города, расположившись достаточно далеко от ближайших поселений, чтобы не распугать окрестных крестьян. Он поставил свою пушку, и я увидел на ней достаточно занимательный механизм. Для изменения градуса наклона ствола, он сделал на лафете полукруглый брусок с дюжиной отверстий, куда вставлялся металлический цилиндр, использующийся как опора. Уж очень интересная система.
Сначала подмастерья Марида засыпали в ствол пушки порох, затолкали пыж, прибили его, затем затолкнули ядро и ещё один плотный пыж. Засунув фитиль в протравочное отверстие, они нацелились на несколько деревянный щитов, стоящих один за одним примерно в четырёх с половиной сотнях метров. Марид подставил факел к фитилю. Он быстро стал сжигаться из через несколько секунд орудие грохнуло так, что уши наши заложило. Обтёсанное каменное ядро со свистом полетело в цель. Щиты разлетелись в щепки и нашу пустую поляну накрыл победный крик нескольких мужских глоток.
- Эту пушку мы сможем зарядить каменным или свинцовым дробом?
- Дхумаю дха. – кивнул Марид, подумав всего несколько секунд.
- Сколько таких пушек ты дашь мне через месяц?
- Ещё одна пхочти готхова, а на нховую ещё три недели нхадо. И ещё схотя золотых дайте.
- Будут тебе деньги. Главное сделай мне пушек, пуль, ядер и пороха побольше.
Через месяц Марид выполнил своё обещание. На дворе нашей таверны стояло три орудия, укрытых плотной промасленной тканью. В воздухе же витал запах войны. Чем ближе было лето, тем больше чувствовалось приближение новой военной кампании. Кловис, похоже, готовил армию к тому, чтобы наконец подчинить себе Ларингию. Сомневаюсь, что за один наскок у него это получится, но копья его рыцарей были направлены на земли Сары. Красный Рыцарь, увидев слабость её режима в битве с некромантом, понял, что на иностранном контингенте прожить долго не получится и его рыцарское войско быстро разобьёт их. Потому мы готовились выступать. Эта кампания будет для нас первой, и она обещала быть очень кровавой. Вряд-ли три этих орудия справиться с целой армией одного герцогства, но они станут для нас поддержкой и очень хорошим подспорьем.
Мои бойцы не прохлаждались на одном месте все эти дни ожидания, а активно продолжали нести службу у людей, кто звонким золотом мог оплатить наши услуги. Теперь в моём распоряжении был далеко не наёмничий сброд, а полноценная армия. Две сотни пехотинцев, каждый из которых теперь имел латный панцирь, два десятка страдиотов теперь больше похожих на жандармов, да четыре десятка лучников. И всё это при трёх пушках. Достаточно сильное воинство. Да что там воинство?! АРМИЯ!