Жена на время
Хелен не была лишена актерских способностей и могла бы сыграть множество самых разных ролей, что совсем недавно доказала, выступив перед Винченцо в образе добропорядочной супруги, но навязываемая ей сейчас роль Падшей Женщины совершенно ее обескуражила. Она не чувствовала в себе сил противостоять всеобщему презрению. Ричард Рэкселл одержал убедительную победу. Никто не сделал ни малейшей попытки помешать ему, когда он протиснулся внутрь, схватил свою заблудшую жену за руку и вывел из кареты.
Оказавшись снаружи, он взял ее за плечи и продолжал крепко держать, пока она не подняла на него глаза.
– Как вы узнали, Ричард, где меня искать?
– Из записки, которую вы оставили моей сестре.
– Но я не написала, куда поеду.
– Я догадался, что вы направитесь в Кэлверт-Грин, – терпеливо объяснил он. – Вы не раз говорили, что собирались туда.
– Да, но… – начала Хелен и умолкла: она вдруг вспомнила кое о чем гораздо более важном. Она залилась ярким румянцем, но не отступила. – Как вы посмели делать такие оскорбительные намеки, несносный вы человек? Заявить, что будто бы весь Иглсторп знает о том, что я в интересном положении! У меня просто слов нет! С чего вы это взяли? Может, вас кто-то надоумил?
– Миссис Коутс, – последовал краткий ответ.
– У вас нет ни стыда, ни совести! – вскипела Хелен. – Как вы смеете обвинять ни в чем не повинную женщину в такой… такой…
– Неделикатности? Поверьте, я говорю правду. Она действительно считает, что вы беременны. Ей показалось, что халат вам немного тесноват. Кстати, мистер Вест тоже просил передать вам свои поздравления и наилучшие пожелания.
– Возмутительно! – буркнула Хелен, но в ее тоне уже не было прежней резкости. Она изо всех сил пыталась сохранить серьезность, но природное чувство юмора не позволило ей не оценить комизм ситуации. – Полагаю, – заявила она как можно строже, – вы не стали разубеждать миссис Коутс?
– Не стал, ибо решил, что ее предположение не так уж невероятно и вполне может подтвердиться в не столь отдаленном будущем, – сказал он, забыв о полудюжине заинтересованных слушателей.
Потрясенная очередным нахальным заявлением, Хелен потеряла дар речи. Поскольку она молчала, до его светлости, к счастью, дошло, что карета продолжает стоять. Следовало как можно скорее избавиться от невольных свидетелей разговора, не предназначенного для чужих ушей. Он посоветовал кучеру заняться своим делом, напомнив, что ему платят приличное жалованье за то, чтобы доставлять людей по назначению. Ничуть не смутившись, тот натянул вожжи, и карета медленно тронулась с места. Пассажиры, висевшие на окнах, – все, за исключением мисс Фезерстоун, которая к тому моменту наконец упала в обморок, ко всеобщему облегчению, – получили ярчайшее доказательство возмутительного падения нравственности в современном обществе. Они своими глазами увидели мисс Денвилл – или как там она себя называла! – в объятиях мужчины, обладавшего не только герцогским титулом, но и весьма сомнительной репутацией. – Вот уж никогда не думал, что доживу до такого! – провозгласил мистер Криксфилд, вытягивая шею, чтобы получше разглядеть все подробности отвратительной сцены. – На глазах у всех! Какое бесстыдство! Просто слов не нахожу!
Выраженное им мнение снискало полную поддержку и вызвало горячую дискуссию, не затихавшую до самого Вулверхэмптона.
– Итак, Нелл, – сказал Рэкселл, когда экипаж, наконец, скрылся из виду, – вы выйдете за меня замуж?
– Похоже, у меня нет другого выхода, – признала Хелен, – моя репутация безнадежно испорчена.
– Медовый месяц мы, конечно, проведем в Италии, – продолжал герцог, целуя ее.
– Хотите доказать мне, что бывают светловолосые итальянцы? – не удержалась она от колкости, когда поцелуй прервался.
– Нет, любовь моя, – ответил он, – я выбрал Италию потому, что там самые вкусные пирожные!
После таких слов у Хелен пропало всякое желание отговаривать его от неразумной затеи: если он хочет иметь толстую жену, это его личное дело!