Попаданка на Перекрестке (СИ)
Значит, всего четыре жилых комнаты.
Что ж, получше, чем условия университетской общаги.
Марианна, правда, отучилась только полгода, потом бросила, решив, что куда больше и дешевле может получить знаний из интернета, тем более курсов по художественной графике за копейки развелось в сети видимо-невидимо. Но впечатлений нахвататься успела. Какими бы ни были здешние удобства, рядочек из трёх грязноватых душевых на этаже из двадцати комнат они не переплюнут. Так что не так уж все и плохо, живем!
Будто в ответ на ее мысли, первая дверь справа открылась, явив яркую блондинку в вызывающе коротком халатике. Бесконечные ноги были обуты в опушённые мехом тапочки пронзительно-розового цвета. Марианна почувствовала себя на съемках очередного комико-драматического блокбастера.
— Ой, привет, ты новенькая? Заходи, я уже заждалась, чтобы ко мне кого-нибудь подселили. Скука смертная, одной жить! Выбирай себе комнату, я пока чай поставлю, поболтаем! — затараторила красотка, заставив мимоходом Марианну остро ощутить собственную серость и никчёмность. — Иди-иди, пока все, кроме моей, свободны. Советую рядом с душем не занимать, я иногда по вечерам в ванной пою!
Девица хихикнула, и продефилировала в сторону кухни. Именно продефилировала, иначе не назвать, походкой от бедра, будто на лабутенах, а не в тапках.
Марианна тоскливо вздохнула, обхватила покрепче свой тючок, как родной, и потащила его в первую дверь слева.
Жить через стенку от туалета у нее тоже не было никакого желания.
Комнатка оказалась крошечной. Марианна даже заглянула на всякий случай в соседнюю, сравнить — нет, точно такая же. Метров шесть квадратных, даже кровать под окно не встала, длины стены не хватило. Влезла только по длинной стороне, а рядом, у того самого подоконника, чисто символического, притулился небольшой стол со стулом. Одновременно рабочее место и тумбочка. Лампа на нем стояла простейшая, плафон и ножка, но от ее вида почему-то Марианне полегчало.
Она до сих пор особо не разглядывала местные достижения техники, и вид самой обыкновенной лампочки, подключённой шнуром куда-то за кроватью, ее немного успокоил. Все же не средневековье, а нечто вроде электросети есть. Мало ли, пока Марианна ехала в тот злополучный вечер в самоходной повозке, ей всякое могло померещиться. В том числе и мобильники.
Кровать почему-то оказалась двухэтажной. На случай перенаселения в бараках? Девушка истово понадеялась, что до такого не дойдёт. Делить с кем-то еще и комнату — бррр, нет, спасибо!
По одному Марианна перетащила все мешки в комнату, и в ее новом жилище стало окончательно не повернуться. В ногах кровати стоял шкаф под потолок, на одной из полок которого примостился небольшой холодильник, размером с мини-бар в отеле. Не веря глазам, девушка несколько раз открыла и закрыла дверцу, как дикарка, завороженно наблюдая за зажигающимся и гаснущим светом.
— Ну да, маленький, но продукты нам особо и взять неоткуда. — раздавшийся от двери жизнерадостный голос заставил ее подпрыгнуть от неожиданности. Марианна обернулась и встретилась взглядом с блондинкой. Та надула губки, соответствуя манерами цвету волос. — Ты какая-то молчаливая. Не понимаешь, меня, что ли? Ты откуда вообще?
— С Земли. — осторожно ответила Марианна, не особо уверенная, что именно этого от нее ждали. Может, лучше было назвать город? Или время?
— Я тоже! — просияла соседка. — Меня Лера зовут. Ну, Валерия. А тебя?
— Марианна. — представилась девушка и покраснела от досады. И куда подевались все ее манеры? Не иначе, стресс.
— Пошли, мне мой как раз пирожные оставил. Посидим, расскажешь, как тебе там сиделось. Долго мурыжили? Меня почти неделю. Я уж думала, свихнусь в одиночке. А тут вообще ничего, особенно за территорией этого всего ужаса.
— Нас выпустят за забор? — с трудом вклинилась Марианна в монолог, начиная понимать, что термин «поболтаем» следует понимать весьма односторонне.
— Ну конечно! — всплеснула руками Лера. — Нас тут никто не запирает, раз уж проверили и признали безопасными, можем свободно передвигаться по городу. Совсем уехать только нельзя, пока экзамены не сдадим. Но тут все понятно — кто нас на работу возьмёт, или жилье сдаст, если документов нормальных нет? Кто-то устраивается, конечно, но я так не хочу.
Марианна покивала, соглашаясь. Без документов она тоже не хочет.
— К тому же, говорят, если не сдашь, то тебя в Дикие миры отправят. Ну, и если без браслета и документов в городе поймают, тоже! — страшным шепотом поведала соседка, а у Марианны по спине побежали ледяными лапками мурашки.
Что еще за Дикие миры? Судя по названию, не слишком гостеприимное место. Не уверена, что ей туда нужно. Точнее, совсем не нужно!
— А какие экзамены? — спросила она, устраиваясь на стуле за длинным общим столом. Старомодный, жестяной чайник на плите уже посвистывал, Валерия щедро делилась запасами, выставляя откуда-то с нижних полок кухонных шкафов блюдца, чашки, ложки и прочее. Открытая коробка с воздушными пирожными кремово-розового цвета ждала своей очереди, притягивая взгляд.
Марианна тоскливо вздохнула. Она только что напилась чаю у бабки Кандучи так, что в ней до сих пор булькало, и теперь не отказалась бы от чего-то посущественнее. Жить на пирожных может и вкусно, но супа и мяса от этого хочется только сильнее.
— Мы всего по штучке, а там и обед скоро. — проследив ее тоскливый взгляд, утешила ее Лера. — Он тут по расписанию после полудня. Ну, тут вообще все по расписанию. Сегодня приемный день, так что занятий нет, а вот с завтрашнего дня опять в класс!
Она хихикнула, словно сказала что-то смешное, а Марианна вспомнила фразу охранника. «Тебе завтра начнут объяснять». Наверное, он говорил именно об этих занятиях. И экзамены… тоска сжала сердце с новой силой.
Зубрить Марианна ненавидела больше всего.
Соседка наконец перестала сновать по кухне и присела напротив, не забыв налить им обеим чай и положив по пирожному на тарелочку. Марианна без особого аппетита, из вежливости, ковырнула его ложкой. На вкус оказалось чуть хрустяще, как безе, и у девушки заломило зубы. Безе она терпеть не могла.
— А ты тут давно? — подкинула она тему для монолога Лере. Ту упрашивать не нужно было, тут же увлечённо принялась рассказывать, как по дурости угодила в яму в лесу, а выбралась уже в парке Перекрестка. Так этот мир называется. Марианна только кивала, запоминая — ей-то даже названия места, куда она попала, не сочли нужным сообщить. Наверное, на занятиях расскажут…
— Зачем мы им? — дождавшись паузы, выпалила она наболевший вопрос. Марианна мучилась им все это время, не в силах сформулировать, что именно ее смущало во всей этой истории с попаданием, и наконец поняла. Во всех книгах попаданки проваливались в другой мир с определённой миссией. Ну, спасти его, например. Или найти себе пару. Или забеременеть от дракона. Ну, кому что. А тут… непонятно. И вроде ей не рады особо, вон как комиссия кривилась. — Для чего нас сюда затягивают?
Лера фыркнула, забрызгав Марианну чаем. Прикусила пухлую губу, извинилась сдавленным голосом, и откровенно расхохоталась.
— Да нужны мы им! — выдавила она, отсмеявшись. — Это наш мир нас выплюнул. Не нужны мы там, понимаешь? У кого-то дар есть особый, которому в безмагическом пространстве не место. А кто-то просто лишний, портит там что-то в полотне реальности. Я не вникала, если честно. Слушай внимательно лекции, тебе все подробно объяснят. А суть в том, что мы и тут никому не нужны. Мы отбросы. Вот так-то.
Марианна сидела молча и не моргала. Правда оказалась не слишком приятной, хоть и вполне убедительной. Теперь стало более понятно отношение к ней как к обузе, досадной случайности. Они тут непрошеные мигранты из другой реальности, депортировать которых не представляется возможным. Разве что выкинуть в те самые Дикие миры, как поступают с теми, кто не сдаёт эти злосчастные экзамены.
Спасибо местным уже за этот шанс остаться в более-менее нормальном мире. Могли бы и сразу переправить дальше, а нет, оставили, обучают, кормят, одевают даже. Нельзя сказать, что Марианна прямо прониклась благодарностью — нет, конечно. Осадок обиды никуда не делся. Никому не нравится чувствовать себя отбросом, выбраковкой родного мира, которая и в новой реальности никому особо не нужна, но тебя терпят из соображений гуманности и толерантности.