Кубок Канады 1989 (СИ)

Ехали мы не очень долго, Мет Центра находился далеко от Даунтауна Миннеаполиса, вернее технически он был уже в пригороде, а именно В Блумингтоне. Никакой особой разницы не было, это вообще особенность американских городских агломераций, города переходят один в другой и не зная нюансов ты ни за что не догадаешься что уже, например, не в Бостоне а в Кембридже. Ну пересек ты мост в городе, и что?
С Блумингтоном и Миннеаполисом была точно такая же история.
Мусил жил на окраине Блумингтона, от его симпатичного одноэтажного дома было полчаса до Мет Центра.
— Я подготовил тебе одну из гостевых спален, — сказал чех и сейчас закажу пиццу. Располагайся.
Спальня оказалась небольшая но уютная, и что важно с гардеробом, не придется хранить вещи где-то еще.
Через двадцать минут я перекусил, принял душ и вскоре крепко спал.
Усталость после перелетов дала о себе знать и я бессовестно продрых почти 14 часов.
Разбудил меня настойчивый стук в дверь, приехал администратор команды который должен был помочь мне с документами.
Одевшись и не став завтракать, я выскочил на улицу где меня ждал ярко красный Форд Сьерра за рулем которого сидел совершенно седой мужик в очках с роговой оправе.
Через несколько секунд мы с моим новым знакомым Дагом уже ехали в местный Сити-холл, где мне должны были оформить документы.
  
Глава 11
 
Вот не зря Боумэн предупреждал нас с Майком о том что мы его еще успеем возненавидеть. Таких нагрузок как в этом августе я не помнил за все время пока играл в Автомобилисте.
С дисциплиной и тотальным контролем всего что происходит за пределами хоккейного овала тоже было всё в порядке. Жизнь будущих звезд Норт Старз была жестко регламентирована. От внимания Боумэна не ускользало ничего, включая и рацион игроков.
Например где-то через полторы недели после того как я присоединился к команде Скотти заметил что у Уоррена Бэйба, одного из немногих игроков фарма что имели хоть какие-то осязаемые шансы стать игроком ротации, даже не основного состава, повысился Индекс Массы Тела. Немного. Уоррен и так оставался в пределах нормы.
Но Боумэн тут-же прописал ему помимо обычных тренировок еще и дополнительные занятия на велотренажере плюс поставил поставил на уши медицинский штаб и эскулапы тут-же составили для Бэйба диету.
Мою инициативу с машиной он лично зарубил на корню. Когда всё тот же администратор команды что помогал мне с оформлением документов сказал ему что я хочу получить права меня вызвали на ковёр и запретили даже и думать о чём-то столь рискованном для молодого игрока.
Так что у меня появился личный водитель с принадлежащим клубу Шевроле Блейзер. На этом огромном танкообразном джипе я и стал теперь перемещаться по городу и окрестностям.
От Мусила я съехал буквально через две недели. И что характерно, инициатором этого был не я или Франтишек а менеджмент команды. Как только они убедились что русский новичок не смотрит угрюмым медведем на всё происходящее вокруг него то тут же Феррел лично поговорил сначала с Майком а потом и со мной. Итогом этого разговора стало то что клуб снял двум новичкам команды квартиру на всё той же Седар Авеню, на которой располагалась домашняя арена команды.
В принципе это хорошее решение, учитывая то что тренерский штаб хотел чтобы у нас с Модано была хорошая химия.
В быту Майк показал себя практически идеальным соседом. Музыку громко не слушал, королем шумных вечеринок тоже не был. Очень скромный и профессионально настроенный молодой спортсмен. То что нужно.
У него даже девушки не было. Та королева бала о которой Модано говорил на драфте поступила очень недальновидно и помахав ему ручкой, убыла в сторону горизонта с каким-то студентом первокурсником.
Это могло показаться странным, где студенты а где практически гарантированный миллионер и звезда но Майк мне объяснил.
Мы в тот вечер закончили очередную двустороннюю игру и решили прогуляться до расположенного неподалеку молла.
Деньги что у меня что у него были, вот мы и решили выйти в мир.
 
— Алекс ты пока не понимаешь как у нас всё устроено. Джессика меня кинула не просто ради какого-то студента. Этот её Фред Бьюкенен получил спортивную стипендию в Йелле. Так что она выбирала между футболистом и хоккеистом, плюс он из богатой семьи.
— То что она выбрала не тебя говорит что она дура. Вот что я тебе скажу. Не знаю что там за семья у этого парня и какой он футболист, но ты то практически гарантированно будешь игроком клуба НХЛ. И не просто игроком а одним из лучших. А раз так то зачем тебе столь глупая девица. Найдешь себе новую. Вернее даже не так. При желании ты еще и выбирать будешь. А уж когда мы выиграем кубок Стэнли то охотниц за тобой будет столько что ты от них бегать начнешь.
— Посмотрим, — улыбнулся он, — о, аркадные автоматы. Пошли играть.
Достаточно просторный зал «Игровых автоматов Сандерса» был по вечернему времени полон и мы два здоровенных лба в бело-зеленых спортивных костюмах не смотрелись тут чужеродно. Тут в достатке было уже вполне взрослых парней которые с увлечением рубились в автоматы.
И целая толпа примерно одинаково выглядящих ребят в очках и с намечающимся излишком веса оккупировали целый ряд автоматов которые стояли рядом.
— Пятый ежегодный открытый чемпионат Миннеаполиса по Пакману, — прочитал я, — призовой фонд пять тысяч долларов. Надо же, неплохие деньги платят за игры. Пойдём посмотрим на этих киберспортсменов.
Майк возражать не стал и мы смешались с толпой геймеров и зрителей.
Не знаю что может быть интересного в том что я увидел. Пакман, лично для меня оказался абсолютно примитивной игрой с минимумом графики. В том же зале стояли автоматы с играми намного круче. Тот же Karate Champ, мимо которого мы прошли был куда как интересней.
Однако толпа вокруг так не считала и внимательно наблюдала за игрой сразу на десятке автоматов.
На этом чемпионате даже была своя турнирная таблица и принимались ставки. Подняв голову я увидел что с огромным отрывом лидирует какой-то Уильям Митчелл. Он набрал уже за миллион очков, в то время как его ближайший соперник только-только разменял пятьсот тысяч.
— Вот чёрт, — услышал я раздосадованный голос сзади, — кто же знал что Митчелл приедет. Знал бы не ставил ставить на Фреда.
— Ага, деньги на ветер. Сколько ты поставил?
— Двадцать пять долларов. Сестра меня убьёт. Это её деньги.
Обернувшись я увидел двух подростков, лет может пятнадцать-шестнадцать не больше.
Тот который возмущался присутствием здесь какого-то Митчелла внезапно уставился на меня и потом буквально заорал:
— Это же Алекс Семенов, из Норт Старз! — Он схватил меня за рукав спортивной кофты и продолжил кричать, — Нет ну правда, это же ты, Семенов советский хоккеист. Ну правда же?
Потом он взглянул Майка и восторг вышел на какой-то новый уровень. А с ним и уровень криков.
— И Модано! Это мой счастливый день! Встретил здесь сразу Модано и Семенова.
Он схватил фотоаппарат висевший у него на груди, Здоровенный иссиня черный Полароид и собирался нас сфотографировать. Потом, правда спохватился и спросил:
— Можно?
— Конечно, — ответил я, — Майк, ты же не против?
— Да без проблем.
Пришлось нам с Модано выйти из толпы и парнишка извел на нас целую кассету. Сделав чуть-ли не десяток снимков на которых мы были как поодиночке, так и вместе с ним и его приятелем.
Несколько фоток мы даже подписали. Притом они все были одиночными.
Довольный фанат хоккея куда-то тут же испарился.
— Наверняка продаст эти фотографии, — сказал Майк.
— Может быть, — согласился я, — вернет проигранные двадцать долларов.
Однако оказалось что парнишка убежал за своей сестрой, которую он буквально за руку притащил за собой через несколько минут.
— Вот, Карен, смотри, — в его голосе было очень много довольства собой, — я проиграл те двадцать долларов зато смотри кого я встретил, — потом он уже обратился к нам, — это моя сестра Карен, — она тоже играет в хоккей, только на траве.