Моритур (СИ)

Устроившись поудобнее на кожаном диване, Мэш и Лиза мило ворковали и все же дегустировали выпечку и кофе, пока из включившего самостоятельно телефона Мэша хриплый голос пел:
Всего одну ночь с тобой мое сердце,
Мне нужно согреться, мне нужно забыть, быть, быть, быть, быть…
Не пугайся, не пугайся, детка,
Заходи в мою большую клетку.
Хочешь мне помочь?
Только на одну ночь ты притворись моей.
— И я сказала О-е! — подпевала Лиза.
Когда песня закончилась, Мэш решил, что пришло время для признания:
— Я не спал. И все слышал.
— Знаю, потому все и рассказывала.
— Мне нравится Слай, но если тебе больше нравится Арни, то я готов уступить. Ну или можем назвать его Норрис или Ван Дамм, чтобы ни тебе, ни мне. — Мэшер решил начать важный разговор с самого легкого — выбора клички их будущей собаки.
— Слай. — выбрала девушка.
— С кличкой определились. Осталось с породой. Как тебе доберман?
— Идеально.
— Я тут погуглил, они оказывается, любят детей, так что мы смело сможем завести … пса. — не в положении Мэша было предаваться мечтам, но утром он дал себе слово, что если ему удастся выбраться живым из этой передряги, то мечты Лизы он воплотит в реальность.
Лиза подняла голову и внимательно посмотрела на парня, произнесшего такие важные слова. Она пообещала себе, что если они останутся в живых, то она готова даже пуделя завести и Чайковским назвать, не говоря уже про то, с какой радостью она родит ему сына.
— Мэш, я хотела сказать, что рядом с тобой мне очень … — девушка запнулась. — …плохо.
Лиза сглотнула подступающую тошноту и прошептала:
— Мне плохо.
Тело Лизы прошила судорога. Потом ещё одна. И ещё. В глазах девушки появился испуг и такой отразился в глазах Мэша. Он не ожидал, что Лизу накроет приступ и не знал, чем облегчить ее состояние, потому что не мог определить, что с ей. А сама Лиза ответить ему не могла. Она сжимала зубы и старалась пережить боль, которая все усиливалась, заставляя конечности выкручиваться. Кожа Лизы пылала, на лбу проступил пот и Мэшер полез в ближайшую машину за аптечкой, да только и сам не знал, что искать.
— Что болит? — уточнил он.
— Горю изнутри. — превозмогая боль произнесла девушка.
Мэш перебирал в голове симптомы всех известных ему болезней, пока перебирал лекарства в аптечке, но не подходило ни то, ни другое. Параллельно он кидал Зов лекарю, который обычно его латал, но тот не отвечал. Как и трое его коллег. Мэш этому не удивился. Дарк лишил его медицинского сопровождения несколько дней назад. Мэш пробовал кинуть Зов Карро и даже Гадриэлю, но все безуспешно. Он кричал и звал на помощь Селену с Варом, ведь они еще были в коттедже и должны были услышать его истошные вопли, но и они словно оглохли.
Ситуация ухудшалась, как и состояние Лизы, и Мэш осознал, что потерял много времени и нужно действовать иначе. Он подхватил девушку на руки и понёс в машину. Ближайшая обычная больница была в двадцати километрах и малум собирался покрыть это расстояние в рекордное время.
Малум усадил Лизу на переднее сиденье и когда пристегивал ее ремнём безопасности тело девушки прошило новой волной боли. Лиза закричала, а после ее окружил зелёный туман. Когда он немного рассеялся у лица, Мэшер заметил, что глаза девушки залило чернотой. Это не предвещало ничего хорошего, как и туман, которым обычно сопровождается внушение котаури.
Взволнованный малум крепко сжал возлюбленную в объятьях. В больницу можно было уже не торопиться, местные врачи были бессильны перед внушением котаури, как был бессилен и сам Мэш.
Магнитола подтвердила подозрения малума и врубила на полную трек со словами:
Убей меня!
Хоть от меня ты без ума.
Я не в себе,
Меня опять метет метель.
Скажи зачем
Тебе нужна моя душа.
Скажи зачем
Любить меня.
Убей меня!
Тело Мэша прошил такой же разряд боли как прошивал тело Лизы. Его необычная музыкальная способность в очередной раз предупредила о беде, которую он уже не успевал предотвратить.
 
Лизу трясло все сильнее, а Мэш сжимал ее все крепче и требовал:
— Борись, Лиза, борись! Ты мое солнышко и добро! Ты не тьма, что пробудил Дарк. Ты — Свет и ты очень сильная, ты справишься с наваждением. Я знаю, ты сможешь. Вспоминай, что было в моих книгах, давай. Борись!
— Беги! — из последних сил прохрипела Лиза, от которой ускользал контроль над телом и сознанием.
Но малум никогда не бросил бы девушку и не выпустил ее из объятий. Резко толкнув малума в грудь, Лиза вырвалась из его объятий и салона авто сама. Мэшер отлетел и упал на капот второго припаркованного в гараже Рубикона. А в руке у девушки блеснул клинок, любезно «вшитый» сорока минутами ранее сподручными Дарка.
Мэшер не верил всему происходящему, потому среагировал слишком поздно, хоть кустодиамский клинок и появился в его левой руке. Лиза успела полоснуть возлюбленного по плечу. Боль и кровь пугали малума не так сильно, как зеленый туман, образовавшийся и вокруг него. Последнее, что успел осознать Мэш: котаури со своим внушением добрались не только до Лизы.
Мэшер прищурил глаза, затянутые пеленой тьмы. Такой же непроглядной, как та, что застилала глаза обезумевшей Лизы. Одурманенный малум хищно оскалился, даже не обращая внимания на кровоточащее плечо и ушиб грудной клетки.
Один удар сердца поделил жизнь влюбленных на до и после.
Разъяренный Мэш оттолкнул пошедшую в наступление девушку. Лиза отлетела в другой конец гаража и ударилась о стену, выронив оружие. Спустя секунду она уже вскочила, схватила с пола клинок, на котором алела кровь, и снова напала на малума. Лиза целилась в сердце, но его без боя Мэш отдавать не собирался. Девушка получила удар в живот, малум получил ответный удар в лицо. Лиза пару раз приложила Мэшера головой об стол, он вывернул ей руку и прошёлся по ней кинжалом от локтя до запястья. Влюбленные, еще несколько минут назад наслаждающиеся поцелуями, калечили друг друга, не отдавая себе отчета в том, что творят.
Сражение не изматывало Лизу и Мэша, только распаляло. Они носились по гаражу, нанося друг другу раны и удары. Два хищника, чья тёмная сторона была выпущена наружу. Две жертвы, чьи сердца кричали от боли. Они играли друг с другом, делали ложные выпады, а после били в другое место. Они резали, ломали и даже кусали. Девушка и малум оказались достойными противниками и сошлись в равном бою. Казалось, что победителя в этой схватке не будет, но смертельный танец закончился тем, что Лиза все же заполучила сердце Мэша, насадив его на клинок.
Наблюдающие за бойней сподручные Дарка с чувством выполненного долга собирались покинуть зону, где им с трудом удавалось удерживаться и отправились залечивать раны. Гипнотизеры-котаури наблюдали за происходящим нацепив ведьмовские амулеты, но защитный барьер вокруг дома стратеры все равно разрывал их на части. У одного котаури уже отсутствовали уши, а у другого три пальца, но то была плата за предательство и искупление давних грехов перед Дарком, потому они вносили ее безропотно. Убедившись в том, что девчонка убила малума, котаури собирались покинуть лес, но им не дали уйти далеко от гаража, в котором приходила в себя жертва их внушения.
Зеленый туман отступил, и Лиза увидела окровавленное тело с клинком в груди. Девушка взвыла и осела на пол, осознав, что сотворила с любимым мужчиной. Она подползла к Мэшу, вытащила клинок и попыталась запустить его сердце. Один раз ей удалось, значит удастся и второй.
— Пожалуйста, пожалуйста, только живи… — шептала Лиза, утирая слезы. Она надеялась на то, что без клинка внутри сердце запустит кустодиамскую регенерацию.
— Бесполезно. — сбоку раздался голос.
Застывшая у тела возлюбленного Лиза пыталась разглядеть незнакомца, но он не выходил из темного угла и прятал лицо за черным капюшоном. В глазах девушки еще разливались остатки черноты, так что загадочный мужчина держался в стороне, не желая стать новой жертвой.