Моритур (СИ)

Кабинет главы бонумов Амалиэль и Вар покинули с поникшими головами. Старец попытался подбодрить своего самого лучшего и сообразительно ученика, но тот был раздавлен. Щеки Вара пылали, да и уши тоже. Внутри парень также сгорал от стыда. Впервые в жизни он нашел что-то, что могло реально помочь, а в итоге ему в очередной раз указали на то, что как бы сильно он не старался, для всех кустодиамов и Михаила он остается все тем же мальчиком-дурачком, Грудничком, городящим небылицы.
Поблагодарив Амалиэля за помощь, Ингвар переместился в свою спальню в коттедже. Он выбросил книгу в мусорное ведро и поклялся никому и никогда больше не рассказывать о том, что принял детскую сказочку за правду и пытался небылицей мир спасти.
  
Глава 14
 
Как люди решают проблемы? Спокойные и рассудительные признают, что оказались в беде, придумывают план выхода из критической ситуации и четко ему следуют. Нервные бегают сломя голову, кричат «Караул!», «Помогите!» и раздувают небольшие проблемы до масштабов вселенной. Тревожные чувствуют себя на своём месте и не особо спешат с устранением проблемы, в состоянии жопы им как-то привычнее. Оставшиеся в позиции ребёнка перекладывают решение сложной задачи на родителей или партнера, а сами держатся в стороне, типа вообще не моя проблема. Чрезмерные оптимисты улыбаются сквозь слезы и старательно ищут позитивные стороны даже там, где их уже нет. Невидимки старательно делают вид, что никаких проблем у них нет и все в норме, а если что и не так, то само рассосется. Но есть и те, кто, завидев проблемы, решают тупо напиться и забыться, хоть это временное решение никак не решает их задачу.
Накануне ночью Мэш прошел через все стадии. Начиная от рассудительного принятия известия о своей скорой кончине, переходя к тревоге из-за чувств к Лизе и заканчивая все самым последним, тупым алкозаливательным способом. Утром последний вариант решения проблемы таким хорошим как накануне не казался. Мэш подумал, чтобы лучше бы подался к тем, кто проблемы заедает, а не к тем, кто их запивает. Несмотря на то, что малумам требовалось влить в себя куда больше, нежели людям, Мэшер таки смог надраться.
Лучший друг не просто отговаривал Мэша от этой дурацкой затеи, но и предлагал реальный выход из сложившейся ситуации, но Карро никто не послушал. Весь вечер он только следил за тем, чтобы Мэшер хоть что-то ел, а под утро повел друга домой отсыпаться. Он даже хотел доставить его до кровати лично, но из-за защитных заклинаний вокруг дома стратеры даже не смог пройти на территорию, а Селена вряд ли бы обрадовалась, если бы в 5 утра он позвонил и попросил у нее разрешение, разбудив сначала Гадриэля для выяснения номера телефона стратеры. Карро пришлось оставить друга у линии защиты и следить за тем, как он неровной походочкой топает по дорожке через лес. Переместился домой Карро только после того, как Мэш отправил ему фото из своей комнаты с подписью: «Доставлено».
Кое-как добравшись до своей спальни в коттедже разгоряченный малум отправил лучшему другу фото подтверждение и приоткрыл окно, решив, что в комнате слишком душно. Но спустя несколько часов проснулся от того, что замерз, чего не было уже много лет. Не было и теплого одеяла, в которое можно было укутаться и тем самым согреться. Пришлось отдирать дрожащее тело от кровати и тащить его в душ. Расплата за то, что позволил ноябрьскому ветру хозяйничать в своей спальне Мэшу не понравилась. В обычный день он, как и любой другой кустодиам, не почувствовал бы холода, но с похмелья все чувства обострялись и пара шагов от кладовки-спальни до ванной комнаты были сложной задачей, но Мэш он с ней справился.
Горячий душ помог парню согреться, а следующий за ним ледяной, привел в себя, как и телефон, врубивший бодрый трек со словами «Будунище, буду, буду, буду, буду, не помогут даже знаки Вуду, если буду». Мэш отключил музыку и завернувшись в махровое полотенце, пошел на кухню.
Малум хозяйничал возле кофе-машины, когда сзади послышался упрек:
 
— Мы же договаривались в таком виде по дому не ходить. — напомнила появившаяся на кухне Лиза, зашедшая за любимой десятичасовой чашечкой кофе.
— И тебе доброе утро, Лизонька. — прохрипел парень, наливая кофе в две кружки. — Ты так мило покраснела, увидев меня в полотенце…
Лиза пропустила реплику мимо, не желая попадаться на удочку к малуму. Куда больше ее сейчас интересовали не кубики пресса на животе Мэша (хотя они очень манили), а его красные глаза и вид побитой собаки.
— Ты под каток попал или просто без макияжа?
— Ага, носик забыл припудрить. — выдавил подобие улыбки парень и протянул девушке кружку с кофе. — Нет, это не каток, Лизок. Все куда прозаичней. У меня похмелье. Очень сильное похмелье.
Теперь уже телефон Лизы известил, что у Мэша «Будунище, буду, буду, буду, буду, не помогут даже знаки Вуду, если буду».
Девушка песню отключила и полюбопытствовала:
— Ты это контролируешь или оно само?
— Само, как видишь. — пояснил малум.
— Интересная особенность… — задумчиво протянула Лиза.
— Интересная, конечно, но порой доставляющая дискомфорт. Вот как сегодня. Башка и без того трещит, а тут еще и песенки. — пожаловался Мэшер.
— Стоило так надираться, зная, что последствия будут мерзкими? — поинтересовалась девушка, делая глоток идеального кофе. Даже в таком отвратительном состоянии как сейчас, Мэш ничего не перепутал и сделал именно такой напиток, как любит Лиза.
— Может и не стоило, но вчера это казалось хорошей идеей. Хотелось просто забыться. И это получилось. — признался малум, подливая себе в кружку бодрящего напитка.
— Что же ты так старался стереть из памяти?
— Тот факт, что один любимчик Дарка перестал быть таковым и теперь в полной жопе. Он остался без протекции, а один воинственный бонум, который давно имеет на него зуб, скоро придет забрать должок.
— А тайна, почему один не так недолюбливает другого, так и останется покрытой мраком…
— Конечно! И поверь, Элизабет, ему есть за что меня ненавидеть. Хотя лично к нему у меня претензий нет. Просто он любимчик Михаила, потому мне нужно было ему насолить, что выслужиться перед нашим главой. Дарк не Михаил и если хочешь остаться в живых, приходится делать то, что он хочет и вести себя как отморозок.
— А что, нельзя вести себя не как отморозок? Не все же малумы такие, как Дарк. Да и приказы вы его исполнять не обязаны, вы не его игрушки, а свободные люди.
— Не строй иллюзий на наш счёт. Большая часть малумов — настоящие ублюдки, другие просто не выживают. А если и пытаются быть добрыми, заканчивают печально. Очень печально, тут просто поверь на слово. Подробности не за столом будут сказаны. И насчёт свободных людей ты тоже ошибаешься. Мы — малумы, как раз персональные игрушки мистера Дарка и обязаны танцевать под ту музычку, что он нам включает. Пока ты пляшешь и радуешь хозяина — ты любимая игрушка в лучшем костюмчике, красивом домике с классной машинкой и весомым банковским счётом. Чуть сбился с ритма — уже живешь со всеми в общаге лишь на жалованье, пропустил песенку — попал в тюремный подвальчик на персональные процедуры. Так и тамада классный и конкурсы веселые.
— А если перестал танцевать? — осторожно уточнила Лиза.
— Скоро узнаем. — тихонько ответит Мэш, сделав ещё один глоток обжигающего чёрного кофе.
— Почему? — таким же шёпотом спросила девушка.
— Потому что в последнее время моим поведением, особенно в Поезде Нечисти, Дарк крайне недоволен.
Лиза изменилась в лице, а Мэшер посчитал, что она расстроилась из-за упоминания о поезде, потому решил принести извинения:
— Прости, за то, что втянул тебя во всю эту историю. Я не знал, что подадут накаченные зельем угощения.
— Да и я хороша. Гадриэль же говорил ничего в поезде не есть, сухпаек даже свой с водичкой совал. Но мне же надо бы сожрать тот бутерброд, а потом ещё салат. Ну не сдержалась я, это мои любимые были, а как они пахли. — об одном воспоминании о них рот Лизы наполнился слюной. — Всю ночь я бы с ними в одном купе все равно не продержалась. Слабачка я, которая любит вкусно пожрать.