Следуй за белым кроликом (СИ)
-Слушаю,- рявкнул мужчина.- Света? Что… Ты вообще умеешь спокойно разговаривать?... Бл*ть, да объясни толком, что… Хм, вот как… И сколько?... Уверена? У врача была?... Ладно, приеду, разберемся. Все, отбой.
Романов опустился на край кровати и тихо добавил:
- Как же это все за*бало…
*****
- Обмахните ее. А то у нее от умственного напряжения начнется жар!
Льюис Кэрролл «Алиса в Стране Чудес»
Что-что-что… Нет-нет-нет… Ничего вокруг себя не замечая, Ромка кинулся в ванную, захлопнул дверь и оперся рукой о скользкий край раковины. Прижался горячим лбом к запотевшему зеркалу, пытаясь утихомирить тяжелое дыхание. Так нестерпимо хотелось проснуться, что немели ступни и уши закладывало. Ромка вывернул кран с холодной водой на полную, зачерпнул пригоршню ледяной влаги и поднес к губам, на которых еще чувствовался вкус корицы и шоколада. Но пальцы разжались, так и не коснувшись рта. Вода вытекла из ладони. Ромка замер, рассматривая в зеркале покрасневшие, будто чужие, губы. Приоткрыл их, обвел кончиком языка. Из крана продолжала бить сильная струя, осыпая живот острыми иглами ледяных капель.
Он давно об этом мечтал. Мечтал вот о таком неожиданном поцелуе, от которого подгибаются колени. Мечтал о теплых, влажных губах… о Светочкиных губах. А не о мужике, равнодушной горилле, которая перетрахала половину Города… женскую половину Города… Или?
Значит, шеф и правда извращенец. В Ромкиной голове возникли жуткие образы гомосексуальных оргий. Черные полумаски, плетки, наручники… на большее воображения пока не хватало. И вот теперь он, Ромашка, медалист, краснодипломник, аспирант, гордость университета и без пяти минут кандидат филологических наук, оказался в лапах маньяка. Мысли, которых Ромка в последние несколько дней старательно избегал, навалились на него огромной снежной лавиной.
Романов кажется чудовищем. Нет, он и есть чудовище. Грубое, бессердечное, равнодушное, эгоистичное. Смолин прикрыл глаза, вспоминая произошедшее. Всё так, но его поцелуй оказался таким… нежным, ласковым, даже ласкающим… Словно начальник вдруг превратился в другого человека… Словно от одного прикосновения он стал тем диснеевским принцем, на месте которого Смолин всегда представлял себя. Какой из них – настоящий? Ромка стер капли со своего живота. А потом ладонь сама как-то неожиданно и немного нервно скользнула ниже, под почти развязавшийся пояс халата. Парень поднял голову, снова бросил взгляд на отражение в зеркале. И отдернул руку: это выглядело так грязно, мерзко, стыдно, пошло, просто недопустимо… Света, Света, Светочка, прости-прости-прости… Смолин бессильно ссутулился и, зажмурившись, прижал ладони к ушам.
-Что, сеанс общения с инопланетянами? – Ромка вздрогнул и судорожно обернулся. На пороге застыло чудовище. Мрачное, без тени иронии на лице.- А где передатчик прячем, м?
Приблизившись, начальник грубым движением оттянул пояс Ромкиного халата, заглядывая внутрь. Смолина обдало парами алкоголя. И когда только успел набраться? Парень поднял взгляд, вспыхнул, запахнул ткань на груди и попытался выскользнуть из ванной.
-Куда?- Ромку болезненно ухватили за локоть.- На меня смотри. Так… Будешь трепаться – сделаю из тебя Белоснежку. Знаешь, что это такое? Не знаешь… И лучше не узнавать, мой тебе совет. Свободен.
Терещенко вернулся сам не свой: погруженный в свои мысли, он даже мимо Ромки проскользнул как-то равнодушно, невидяще. Впрочем, коллеги не заметили странного Сашиного состояния: Смолин не высовывал носа из-под одеяла, а Романов в мрачной задумчивости устроился у камина, периодически прикладываясь к фляжке. Судя по всему, не с лимонадом «Буратино». Вечер прошёл в молчании.
Утро обещало хорошую погоду, море впечатлений и новые синяки. Терещенко неуклюже поднялся и болезненно охнул, когда, лучась энергией, в домик ввалился наследный принц шоколадной империи. Ромка спросонья тер глаза, наблюдая за тем, как Стив безуспешно пытается растолкать спящее чудовище:
-Herr Romaааnow, wachen Sie auf! - шеф никак не отреагировал.- Auf Sie wartet schweizerische Schnee. Sonst bringe ich hierher ein Paar Schneebälle.
Наконец из-под одеяла донеслось глухое и мрачное:
-У кого это тут е*ало?
- Herr Romaaanow!*
- Сам ты… хер,- Романов помолчал и через некоторое время глубокомысленно добавил.- Пошли все нах*й.
Ромка предпочел эту идиому не переводить и стратегически укрылся в ванной. Видимо, в горы они сегодня отравятся только втроём.
*Герр Ромааанов, просыпайтесь! Вас ждёт швейцарский снег. Иначе я принесу пару снежков прямо сюда… Герр Ромааанов!
На этот раз и Ромке, и Терещенко каким-то чудом удалось устоять на ногах, так что катание обошлось без членовредительства. Впрочем, у Саши периодически возникала мысль засветить смачный апперкот в глаз Штефану, который весь день потешался над неуклюжестью русских. Но Терещенко мужественно сдерживался: это белобрысое недоразумение еще могло им пригодиться. Зато Стив полностью искупил свою вину ближе к полудню, затащив гостей в… сказку. Ромка был уверен, что это и есть тронный зал Снежной королевы. Потрепанная же книжечка-путеводитель буднично сообщала, что на вершине Миттельаллалин расположен самый высокогорный в мире вращающийся ресторан.
Смолин во все глаза таращился по сторонам, не замечая, как начал нервничать начальник. В конце концов, Терещенко не выдержал, бросил скомканную салфетку на стол и утащил переводчика из зала.
-Рома,- Терещенко прикоснулся к руке парня, скользнул вверх, по локтю, и, помедлив немного, дотронулся до его шеи. Ромка повел плечом, жмурясь от щекотки, но с места не двинулся.
- Рома…ш, я сейчас задам вопрос, который… может показаться тебе странным. Но твой ответ… Он очень важен для меня,- Саша нежно, но довольно уверенно сжимал пальцами Ромкин подбородок, так что тот не мог опустить голову.- Петя… Петр Алексеевич пытался… хм… Ты никогда не замечал за ним… особого отношения к себе?
Ромка прикусил губу, зарделся и что-то неразборчиво пробормотал.
-Рома?- Терещенко притянул к себе лицо парня.
-Н-нет, ничего такого… правда,- Смолин покраснел еще сильнее, так что заалели даже уши.
-Сс*ка, я как чувствовал, что это трепло мне лапшу на уши вешает,- Терещенко треснул кулаком по стене рядом с Ромкиной головой. Смолин вздрогнул и испуганно зажмурился.- Тшшш… тише, тише, все будет хорошо. Я все исправлю. Не бойся.
Ромка сжался в объятиях шефа, все настойчивей шептавшего: «Исправлю».
****
Встретить бы кого-нибудь разумного для разнообразия!