Единственное желание. Книга 1 (СИ)

–Так вот, Дэини, послушай меня внимательно! Я уже несколько раз тебе это повторил, но ты, кажется, не придаёшь моим словам значения. Ты не одна. В жизни ничего не происходит просто так. Раз мы с тобою встретились, кто, как не я, поможет тебе? У нас есть замечательная традиция: если ты кому-то спасаешь жизнь, то ты берёшь на себя ответственность за его дальнейшую судьбу. Как родители в ответе за детей своих, так и тот, кто спасает другого, как бы даёт ему новую жизнь, а значит, отвечает за спасённого. Может, я преувеличиваю свою помощь тебе, ведь ты сделала для меня ничуть не меньше, но мне бы хотелось соблюсти традицию и позаботиться о тебе, Дэини. Ты можешь доверять мне во всём, как брату. И всё, что будет в моих силах, я сделаю для тебя, клянусь! Надеюсь, я заслужу право называться твоим другом.
Настя никогда не была чрезмерно доверчивой, но Наир говорил так искренне, что ему очень хотелось верить.
– Ты можешь остаться здесь, в лесу Лэрианор. Здесь живут не только бессмертные, но и люди. Для тебя найдётся и одежда, и пища, и доброе слово. А жить можешь в моём доме. Он слишком велик для меня одного. Наши женщины научат тебя каким-нибудь полезным ремёслам. А я, если ты пожелаешь, сражаться. Это не будет лишним для тебя, любительницы неприятностей… Со временем ты освоишься здесь. Потом, если захочешь, уедешь в город, к людям… Но я был бы рад, если бы ты осталась здесь навсегда.
– А у тебя точно не будет неприятностей из-за меня? – осторожно уточнила Рыжая. – Я слышала, как та девушка говорила о каком-то старике, который недоволен тобой…
Наир слегка качнул головой.
– Это не из-за тебя! Я рискнул очень глупо и попался к охотникам за рабами. Вот он и разгневался. И Миланейя сердилась потому же… Она – моя сестра, а Старший – наш отец. Он – правитель леса Лэрианор.
– Так что же ты, выходит, наследный принц? – изумилась Настя.
***
– Не совсем… – добродушно усмехнулся Наир. – Принц – это сын короля, а король у нас один на всю Кирлию. Пока, кстати, холостой и бездетный. А вот владетелей много. Каждый правит в своём краю. Мой отец – этим лесом, последним пристанищем нашего народа. А в остальном, ты права: я – наследник этой земли. Так что у меня есть некоторые привилегии. Я поговорю со Старшим, и он позволит тебе остаться здесь.
– Но мне вряд ли будут рады… – с сомнением добавила Настя. – Чужих у вас явно не любят. Сестра твоя несколько раз повторила, что мне тут не место…
– Дело не в тебе… – Наир откинул со лба светлые пряди и замолк на миг, подбирая слова. – Видишь ли, Дэини, к пришлым в этом лесу относятся настороженно, потому что они могут оказаться… доносчиками. Я уже говорил тебе, здесь есть и люди… Они вынуждены здесь жить, потому что в любом человеческом городе их просто вздёрнут. Это те, у кого есть определённые… э… сложности с законом. Они скрываются здесь от стражей порядка.
– Разбойники? – дошло до Насти.
– Ну… да, – неохотно согласился Наир, – можно и так сказать. Но они называют себя «лесная вольница». Во главе с атаманом Эливертом. Когда среди нас появляется новый человек, мы должны быть уверены, что он не выдаст тех, кто нашёл приют в Лэрианоре. Но за тебя я могу поручиться перед любым из вольницы, и перед отцом тоже! А Эла мы убедим, поверь!
Настя посмотрела Наиру в лицо. Он не отвёл своего взгляда. А ей не верилось, что всё это происходит наяву.
«Не бывает таких глаз… Таких бездонных, светлых, искренних, честных! Просто не бывает. И людей таких тоже не бывает! Ну… пусть, не людей, а лэгиарнов, но всё равно не бывает. Может, где-то в сказках, в книгах, в мечтах, но не в реальности. Вот так вот, бескорыстно, решил помочь чужой, случайно встреченной день назад девчонке… Ведь я ничем и никогда не смогу его отблагодарить. Может, я его как женщина заинтересовала?»
Настя ещё раз оглядела красавчика-лэгиарна и скептически хмыкнула – разумеется, мысленно.
«Ага, конечно! Дамским вниманием Наир вряд ли обделён. А я, после своих приключений-злоключений, наверное, выгляжу так, что мной детишек пугать можно. И вот зачем ему тогда это всё? Вешать на себя такую ношу… Я сейчас как ребёнок – всему учиться надо заново. Ох, мама мия! Что делать-то? Не хочу быть в долгу перед ним! Но ведь без него пропаду, сто процентов – пропаду!»
 
– Зачем тебе это? – Настя решила спросить прямо – авось скажет правду. – Наир, я тебе никто! Я даже не из твоего народа. Чужой человек. Я никогда не смогу отблагодарить тебя, вернуть тебе долг. От меня одни хлопоты – никакой выгоды!
Вот теперь взгляд Наира обдал Настю таким ледяным холодом, что она отвела глаза.
– Если тебя традиция обязывает, то не стоит, – продолжала Романова, несмотря на каменное выражение его лица. – Не надо таких жертв. На шею тебе садиться я не желаю. Зачем тебе такая обуза?
Наир молчал долго. И Насте стало не по себе от этой гнетущей тишины.
– Да-а-а! – наконец сказал он, и изумрудные глаза обратились вновь к Насте. – Не хотел бы я жить в твоём мире! К счастью, для тебя он теперь тоже лишь тень прошлого. Жалости достоин такой мир, в котором лишь о корысти и долгах принято думать! А как же взаимопомощь, честь, благородство? Ты спрашиваешь, зачем я помогаю тебе? Но я не знаю, что тебе ответить. Ведь это же так просто, Дэини, что и объяснить такие вещи невозможно! Тебе нужна помощь – я помогаю, вот и всё. Когда-нибудь, возможно, мне понадобится твоя помощь, и ты поможешь мне. А если этого не случится, так и ладно! Сделанное добро всё равно не исчезнет бесследно – оно станет частью мира. Если каждый из нас будет делать что-то хорошее – весь мир станет лучше, светлее, прекраснее. Разве для этого нужны причины? Ведь есть на свете то, что ценнее денег: доверие, дружба, да, в конце концов, самоуважение! Кем я буду, если брошу тебя в беде?
Наир улыбнулся и стиснул её ладонь.
– Мне придётся многому тебя научить… Но, вот мой первый урок – запомни, в Долине Ветров хватает зла и жестокости, но добра всё-таки больше, и оно сильнее! Научись верить в него! Ищи во всём, что тебя окружает, и тогда добро станет частью твоей жизни! А мне просто верь! Я не предам.
– Прости! – Настя шмыгнула носом. – Я, в самом деле, разучилась видеть свет. Ищу подвох там, где его нет и в помине. Прости! Я научусь, научусь верить! Ты сказал, что был бы рад стать моим другом, а я скажу, что считать тебя моим другом было бы величайшей честью для меня! Ты самый лучший из всех, кого я знаю, Наир! Лучший во всём мире!
Лэгиарн смущённо рассмеялся:
– Ой, Дэини, не торопись с такими похвалами! Я – лучший, потому что я пока единственный, кого ты тут знаешь! Когда познакомишься с настоящими героями Долины Ветров, поймёшь, что такое истинное благородство, и возьмёшь свои слова обратно!
– И не подумаю! – с шутливым вызовом пообещала Настя.
Она хотела добавить ещё что-нибудь серьёзное, поблагодарить от всей души за заботу, но до слуха Рыжей донёсся тихий звон колокольчиков, и в дверном проёме возник снежно-белый силуэт Миланейи.
– Я вижу, моя помощь уже не нужна. Наир, в тебе пропал талант целителя…
Настя наконец разглядела её лицо. Рыжая не ошиблась – сестра Наира была удивительно хороша собой, и сходство их с Наиром было очевидно. Те же огромные глаза цвета первой листвы, золотые локоны, острые ушки, красиво очерченный рот, только черты лица миловиднее, нежнее, женственнее. А сколько в каждом движении грации, гибкости, мягкости – казалось, в комнату вошла сама Нежность!
– Я – Миланейя, – улыбнулась целительница.
– Анастасия, – представилась Романова с лёгким поклоном головы.
– Необычное имя… Как и ты сама, впрочем! – молвила златовласая.
– А мне она разрешила звать её Дэини, – заявил Наир с чисто детским хвастовством.
– Вот как? Может, и мне позволишь? – улыбнулась Миланейя.
– Почему бы и нет! Мне по душе моё прозвище, – пожала плечами Настя.
– Что ж, Дэини, как твоя боевая рана?
Анастасия подняла руку, плотно забинтованную от запястья до локтя, пошевелила пальцами.