Грань (СИ)

Откинувшись на спинку кресла, я закрыла глаза и широко улыбнулась, наслаждаясь любимой босса-новой под его въедливым, прожигающим взглядом. Взглядом мужчины, который без сомнений мог получить желаемое, но совершенно не спешил это взять, выжидая нужного момента с самоуверенной небрежностью человека, которому принадлежал мир.
— Quero a vida sempre assim, com você perto de mim. Até o apagar da velha chama.. — не открывая глаз, низким шепотком напела я. — E eu que era triste, descrente deste mundo. Ao encontra você eu conheci, o que é felicidade, meu amor.*
Подняв голову я вновь взглянула на Майкла, встретив его спокойный подернутый ленивой поволокой взгляд. Казалось, он наслаждался каждым мгновением этого тёплого, уютного вечера и моей компанией.
— Что это за язык?
— Португальский.
— Ты говоришь по-португальски? — он недоверчиво свёл брови и уголки его губ слегка дрогнули от удивления.
— Немного, — усмехнулась я. — Как видишь, мне всё еще есть чем тебя удивить.
Майкл усмехнулся.
— Что означали эти слова?
Я глубоко вздохнула, проводя языком по слегка пересохшим губам.
— Я хочу, чтобы жизнь всегда была такой и чтобы ты была рядом со мной до последнего огонька в догорающей золе жизни. Я был печален и потерял веру в этот мир, но встретил тебя и вновь узнал, что счастье есть, любовь моя.*
В задумчивых глазах Майкла застыл влажноватый блеск и губ его коснулась едва заметная тень тоскливой улыбки.
— Очень красиво, — прошептал он.
— Безумно! — улыбнулась я. — Думаю, что где-то в глубине души я немного старомодна. Порой я тоскую о тех временах, когда люди все ещё умели влюбляться по-настоящему. Сейчас всё не так. Любовь опошлили и принизили её значение.
— Я думаю, что на самом-то деле каждый человек сам для себя определяет, как относится к таким важным жизненным ценностям, Камилла, — он посмотрел на меня строгим, почти укоризненным взглядом, слегка задержав язык меж зубов, намеренно растягивая и подчёркивая мое имя. — Настоящую любовь нельзя опошлить или принизить.
— Возможно, — поджав губы, кивнула я и тут же поспешила отвести взгляд в сторону.
Его слова почему-то задели меня. Задели неожиданно сильно. Возможно потому, что в глубине души я прекрасно знала — он был прав.
Я невольно подумала о ночи в Хилтоне, о том, как всё началось, и вдруг показалась себе такой банальной и приторно-пошлой, такой до скрежета в зубах предсказуемой. Я буквально подарила себя ему, считая, что сама руковожу какой-то придуманной мной же игрой. Да, тогда мне всё виделось совсем в ином свете. Я и сама была другим человеком.
…Всего-то месяц назад.
Вглядевшись в мои глаза, Майкл насмешливо покачал головой, растянув губы в виноватой улыбке, словно сумел вот так запросто разгадать мои мысли. Но сейчас уже не было никакого смысла о чём-то сожалеть. Всё случилось так, как случилось. И всё же, по какой-то неведомой мне причине, после всего произошедшего между нами, мы все ещё сидели друг напротив друга сейчас.
— Ты разочарован в людях? — склонив голову набок, спросила я.
— В людях в целом? Нет. Лишь в отдельных личностях, — словно ожидая от меня этого вопроса, спокойно выдохнул он. — Думаю, в моем возрасте нормально быть несколько осторожным. Жизнь научила меня не доверять никому, особенно когда очень хочется. Но я всё равно не теряю веры.
Я смотрела на Майкла, на его фарфоровую кожу, влажный взгляд, спокойную улыбку, на то, как ветер играл в его волосах, и мне вдруг показалось, что я уже проживала этот момент прежде. Множество раз. Слышала эти колкие и глухие, врезавшиеся в моё сознание, как острие ножа, слова. Никогда прежде мне не приходилось ощущать дежавю так болезненно чётко и осознанно.
Жизнь научила меня не доверять никому, особенно когда очень хочется. Но я всё равно не теряю веры. — повторила я про себя.
Я знала, что должна была запомнить эти слова. Не только слова, но и его взгляд. Проникновенный, полный какой-то поразительной глубины и в то же время бессилия. Мне хотелось хоть на миг остановить время в этом моменте, не дать ему ускользнуть, навечно отпечатав каждую черточку, каждую мелкую деталь его образа в своей памяти. Он был так близок ко мне сейчас, что мне вдруг захотелось разрыдаться от счастья, от переполнявших меня совсем новых, незнакомых мне эмоций и чувств. Я просто хотела, что бы ни случилось, чего бы мне это ни стоило, всегда видеть его таким. И мне правда начинало казаться, что ради этого я готова была пойти на что угодно.
 
— Мне не хотелось бы разочаровать тебя вновь.
— Вновь? — усмехнулся он.
— Я думаю, ты понимаешь, о чём я.
— Ками, — глубоко вздохнув, Майкл добродушной покачал головой, протянул вперёд руку и взяв мою ладонь, поднёс её к своим губам, оставляя на тыльной стороне тёплый влажный поцелуй. — Не заблуждайся. Ты никогда не разочаровывала меня, глупышка. Скорее наоборот, ты снова и снова удивляешь меня.
Мы улыбнулись друг другу, и эта улыбка словно запечатала между нами какое-то молчаливое обещание в угасающем свете дня, подарив нам обоим долгожданное умиротворение, покой и… надежду.
— Потанцуешь со мной? — с тёплой улыбкой вглядевшись в его бездонные глаза, попросила я. — Пожалуйста.
Взяв за руку, Майкл провёл нас к центру палубы, придержав меня за талию и начал мягко двигаться, превосходно ведя меня за собой. Закрыв глаза и устроившись в его тёплом объятии, я наслаждалась его близостью, ароматом его тела и волос, размеренным дыханием. Солнце уже опустилось за горизонт и землю стремительно начинали окутывать сумерки. Свет огней становился все ярче и на небе уже начинали виднеться первые звёзды. Из динамиков доносилась неторопливая и чувственная, наполненная меланхоличной тоской мелодия и вся эта обстановка уносила нас далеко от реальности, в эпохи куда более галантные, чем наша.
Мне действительно начало казаться, что если я разожму ладони и отпущу его, то всё это в мгновение ока исчезнет, как прекрасный сказочный сон, хрупкая фантазия. Рассыпется на кусочки. Я была настолько счастлива сейчас, что становилось просто страшно. Меня вдруг охватило какое-то странное, необъяснимое предчувствие молчаливо нависшего над нами рока. Мы так неожиданно нашли друг друга, словно две потерянные изголодавшиеся души, и за считаные дни пережили вместе больше, чем иные люди проживают за целые жизни.
Я слегка вздрогнула в его руках и, ощутив это, он обнял меня крепче, ещё плотнее прижимая к себе.
— Все в порядке? — его голос, заботливый и нежный, в нём ощущалось столько трепета и тепла.
— Немного прохладно, — ощутив дуновение морского воздуха, слегка поежилась я.
— Вот, — Майкл снял с себя пиджак и участливо покрыл им мои плечи.
Пройдя к краю палубы мы встали у самого бортика. Остановившись за моей спиной, Майкл приобнял меня за плечи и мы оба устремили молчаливый взгляд на океан. Здесь было так красиво: блеск огней ночного города, бликами отражавшийся от водной глади, бесконечно высокое, бережно хранившее в себе тайны тысячелетий небо, вода, шумно ударявшаяся о прибрежные скалы, разбиваясь на тысячи пенных брызг в шелесте новых волн, такие далекие и вместе с тем близкие звёзды. Казалось, что протянув руку вперёд я без труда могла бы коснуться пальцами одной из них. В воздухе ощущалась прохлада и свежесть океана. И мы наслаждались этим мгновением вместе, прижавшись друг к другу в этом странном затишье, среди стремительного и неудержимого жизненного потока.
— Эта ночь — одна из самых прекрасных в моей жизни! — выдохнула я наконец. — Сегодня ты подарил мне настоящую сказку. Спасибо.
 
— Мне очень хотелось порадовать тебя, — ощутив тёплую усмешку в своих волосах, я невольно улыбнулась ему в ответ.
— У тебя получилось. Я до сих пор не могу поверить, что ты сделал все это для меня.
— Для нас, — улыбнулся он, смущенно поджав губы.
Нас! В этом коротком, но таком объемном и чертовски многозначительном слове заключалось столько потаённых надежд, что на мгновение моё сердце предательски екнуло в груди. Плотно закрыв глаза, я вобрала солоноватый воздух полной грудью.