Грань (СИ)

Ответ нашёлся сам собой. И прямо сейчас он смотрел на меня с витрины Valentino. Нежнейший серовато-платиновый шёлк, струящийся глянцевым шлейфом к самым щиколоткам, тончайшие брители и декольте, открывающее взгляду точеные ключицы, и оголенная до самого крестца спина — это платье создавало ощущение воздушности, почти невесомости. Надев его, я ощутила себя абсолютно голой, но в этом не было ни капли пошлости, ни намёка на вульгарность. Напротив, ни в одном из моих даже самых консервативных платьев я не выглядела так романтично-невинно, так ангельски-чисто, почти целомудренно, но при этом — невероятно соблазнительно. В нём не было ничего лишнего и я сразу поняла — это платье было создано для сегодяшнего вечера!
Я, конечно же, хорошо помнила наказ Ральфа Эмерсона остерегаться любого мероприятия, требующего нового наряда. Но этот случай был особенным, ведь повысить ставки собиралась я сама. Сегодня мне совсем не хотелось оставаться в его глазах сильной и независимой. Напротив, я хотела быть женственной и хрупкой, невинно соблазнять, оставляя за ним последнее слово и право решать, как далеко он хотел бы зайти. Позволить Майклу быть мужчиной. Ну а я… Я буду просто счастлива сдаться. Да, сегодня я однозначно решила больше не спрашивать себя «Зачем?», а смело шагнуть вперёд с мыслью «Почему бы и нет?». Посмотрим, что из этого выйдет.
Ровно в восемь вечера в квартире раздался звонок и портье сообщил мне, что внизу меня ожидает автомобиль. Застегнув тонкие лямки серебристых босоножек я ещё раз прочесала руками крупные локоны и взглянула на своё отражение скрупулёзно-придирчивым взглядом, заранее предвкушая эффект, который несомненно произведу на него этим вечером.
Тонкая прохладная ткань свободным каскадом струилась по телу и при малейшем движении соблазнительно подчёркивала все контуры и изгибы, а очевидное отсутствие бра дарило силуэту легкомысленную свободу. Высокий каблук лишь усиливал эффект, зрительно удлиняя и без того стройные ноги, легкий натуральный макияж делал лицо свежим и невинным, а беспорядочно разбросанные по плечам темно-каштановыми волнами пряди вкупе с бронзовато-золотистым оттенком кожи, прекрасно контрастировали со светлым тоном платья, создавая обманчивый диссонанс облаченного в ангельские одеяния суккуба. Пожалуй, сегодня я действительно превзошла себя и чистый образ святой невинности с каждой секундой начинал нравиться мне всё больше.
Стоя в лифте и нервно потирая ладони, я вдруг отметила, что еще никогда в жизни так не волновалась перед встречей с мужчиной! Это было так ново, и так неожиданно приятно. Моё тело наполнялось сладкой истомой от одной лишь неосторожной мысли о нём.
Глубоко вздохнув и поймав на себе неприлично долгий, откровенно раздевающий меня взгляд проходившего мимо мужчины, я направилась к входной двери, у которой меня уже ожидал личный водитель Майкла. Поприветствовав, он учтиво протянул мне свою ладонь и провёл к припаркованному у обочины автомобилю, открыв передо мной дверцу. Я сразу же обнаружила, что заднее сидение было пусто — Майкла в машине не было.
— Всё в порядке, мисс? — трогая, водитель бросил на меня быстрый взгляд сквозь зеркало заднего вида.
— Да, спасибо, — стараясь скрыть разочарование за неловким подобием улыбки, выдавила я и, устроившись поудобнее, равнодушно уставилась в окно.
Вот же паршивец мелкий! Я так для него старалась, наизнанку вывернулась, в надежде словить на себе его восторженный взгляд. Мог бы и поднять свою звездную задницу и потрудиться заехать лично, а не отправлять за мной своего водителя, как за бандеролькой с доставкой на дом. Придётся научить его правильно расставлять приоритеты в отношениях с женщиной…
Обида горьким комом встала поперек горла и, до боли закусив нижнюю губу, я из последних сил старалась не поддаваться этим непрошеным ощущениям, грозившим испортить такой долгожданный, ещё толком не начавшийся вечер. Похоже, апгрейд-версия меня действительно становилась чересчур чувствительной даже к подобного рода мелочам. Но когда дело касалось Майкла, я была просто не в силах с этим бороться.
 
— Включить вам музыку?
Не произнося ни слова я безразлично кивнула головой и вновь уставилась в окно, упиваясь жалостью к самой себе и была до того занята этими бредовато-навязчивыми мыслями, что не сразу сообразила, в какой именно момент мы свернули на трассу вдоль набережной, и уверенно мчались вперёд по автостраде, стремительно отдаляясь не только от города, но и от Holmby Hills, где и находился особняк Майкла.
— Простите, эмм… — не зная как обратиться, я с извиняющимся видом уставилась на водителя и, понимая это, он кивнул мне в ответ.
— Джеймс.
— Джеймс, — чуть поерзав на сидении, я развернулась боком и наклонилась ближе к нему. — Скажите, куда мы едем?
— Простите, мисс, но он просил Вам не говорить, — его губы растянулись в загадочно-слащавой улыбке. — Но, не волнуйтесь, мы уже близко.
Растерянно захлопав ресницами, я вгляделась в абсолютно незнакомые мне окрестности. Обиду как рукой сняло. Теперь мои глаза горели неподдельным интересом и нетерпением трехлетки. За это короткое время я столько всего надумала, расстроилась, обиделась, но даже не попыталась поинтересоваться, что к чему. И почему я всегда с такой лёгкостью и охотой ожидаю от людей только самого худшего?
Спустя пятнадцать-двадцать минут автомобиль притормозил у обочины дороги. Оглядевшись по сторонам, я недоверчиво уставилась на водителя.
— Мы на месте, — улыбнулся он.
Я ожидала, что он подвезёт меня к ресторану, или, возможно, какому-то частному домику на пляже, на деле же мы в буквальном смысле слова находились посреди полнейшего ничего! Я непонимающе сморщила лоб, ожидая какого-то объяснения, но в этот момент ручка дверцы щёлкнула и меня встретила ослепительно-белоснежная широкая улыбка и лучившийся мальчишеским задором взгляд карих глаз.
— Камилла, — Майкл нетерпеливо облизнул губы в так свойственной ему манере, — я давно отметила, что он делал это всегда, когда волновался, — и протянул мне руку, помогая выбраться из автомобиля.
Машинально вложив свою ладонь в его, я благодарно улыбнулась и, оказавшись снаружи, тут же ощутила, что едва стою на ногах. Они были словно ватными, какими-то чужими и абсолютно отказывались слушаться. От близости к нему моё тело сперва напряглось, а затем безвольно обмякло в его крепких руках. Я просто не могла поверить своим глазам!
Он. Сегодня он был просто неотразим! Блестящ, как уже мало кто или что в наши дни. На нем безукоризненно строгий костюм, классика жанра, словно прямиком с Сэвил-Роу, рубашка в полоску с расстёгнутым воротничком и, наконец, притягательный штрих — чёрные как смоль волосы, небрежно спадающие на его широкие плечи в стиле эпохи возрождения. Я думала, что смогу удивить его этим вечером, но, как это обычно и бывает с ним, удивил меня именно он.
Мягко приобняв за талию, Майкл оставил короткий приветственный поцелуй на моей щеке и, стараясь скрыть едва сдерживаемую радость за застенчивой улыбкой, с обманчиво-напускным спокойствием вгляделся в мои глаза.
— Привет, — прошептал он, проводя кончиками пальцев по моей щеке.
— Привет, — улыбнувшись в ответ, эхом выдохнула я.
Еще мгновение мы просто смотрели друг на друга в полной тишине, наслаждаясь долгожданным моментом желанного воссоединения.
— Ты чудесно выглядишь! — словно сбрасывая с себя наваждение, он насмешливо встряхнул головой. — Идём! — хватая меня за руку, Майкл нетерпеливо утянул меня за собой.
— Куда? — вереща сквозь смех, я быстро перебирала ногами, еле-еле поспевая следом за ним.
 
— На край земли! — рассмеялся Майкл. — Это сюрприз.
— Погоди немного, я же на шпильках!
Он на ходу обернулся, поглядывая на меня со смехом, но даже не попытался замедлить шаг. Его глаза горели жгучим нетерпением и мы буквально бежали вперёд по обочине асфальтированной дороги, мягко огибающей прибрежную скалу, и всего через мгновение моему взгляду открылась вымощенная камнем дорожка пирса, ведущая к невероятной красоты смотровой площадке на самом берегу Тихого океана.