Грань (СИ)

— Выход на новый рынок — это всегда хорошо. Но ты просто не представляешь, какой это адский гемор.
— Расскажи, — кивнул он с искренним интересом, отпив из бокала немного вина.
Мы проболтали ещё около получаса или более того, о работе — его и моей, рисках и сложностях ведения бизнеса, о которых он, надо признать, знал не понаслышке, да и о всяких глупостях заодно. С каждой минутой нам становилось всё комфортнее и спокойнее в компании друг друга. Всё напряжение, недомолвки и эксцессы остались позади и теперь мы могли спокойно наслаждаться ужином и приятной, неторопливой беседой без тени неловкости.
Она вновь возникла лишь на парковке, когда мы, застенчиво улыбаясь, молчаливо вглядывались друг другу в глаза, покусывая губы и старательно сдерживая и скрывая эмоции за как можно более непосредственным тоном.
— Я очень рада, что ты заехал, — насмешливо поморщила носик я. — Было приятно тебя увидеть.
— Мне тоже, — кивнул он, мягко проводя кончиками пальцев по моей ладони. — Спасибо за ужин, Ками.
— На здоровье.
— Позволь мне подбросить тебя домой. Ты пила вино, — скрывая воодушевлённую надежду за укоризненным тоном, отметил он.
— Совсем немного, Майк. Я не пьяна.
— Камилла, — он взглянул на меня, закусив губу и строго прищурив взгляд, но, честно говоря, у меня просто не было сил и желания продолжать испытывать себя на прочность этим вечером.
— Всего один бокал, — настояла на своём я. — Поверь, у меня в крови не больше 0,8 дозволенных промилле. И здесь совсем близко.
Он примирительно вздохнул, слегка разочарованно покачав головой.
— Только будь осторожна, ладно?
— Конечно, — улыбнулась я, потянувшись к нему и оставляя на его щеке прощальный поцелуй.
Принимая его, Майкл вдруг обхватил меня руками, бережно прижав к себе и неторопливо провёл ладонью по моим волосам, оставляя долгий заботливый поцелуй на моей макушке. В этом жесте не было ничего сексуального, но тело моё все равно предательски напряглось от его прикосновения. Его объятие казалось самым безопасным местом на земле — оно дарило столько нежности, заботы и уверенности разом, что на секунду, плотно закрыв глаза, я беспомощно прильнула к нему, прижавшись к его груди изо всех сил. Его сердцебиение и близость, его руки в моих волосах, запах, казавшийся мне родным — мне вдруг до боли в груди захотелось оставить время и просто остаться здесь с ним навсегда.
— Ступай, малышка, — усмехнулся он, слегка придержав меня за подбородок. — Храни тебя Бог.
— Доброй ночи, Майкл, — взмахнула рукой я, до последней секунды наблюдая с водительского кресла, как его Эскалэйд медленно и неповоротливо покидал парковку.
Лишь оказавшись на улицах города я смогла наконец свободно вздохнуть. Мою грудь распирало бешеное чувство радости и одновременно щемящие сердце страх и тоска. Такое странное, амбивалентное ощущение полнейших противоположностей — болезненное счастье, вызванное его визитом и столь неожиданным примирением. Оно дарило тяжесть и лёгкость одновременно. Я так этого хотела, но в то же время страшилась, понимая, что рискую вновь загнать себя в тёмный угол полнейшей безысходности. Призрачный покой последней недели казался сном, стоило мне вновь на секунду вдохнуть в себя его аромат. Смогу ли я совладать со своими чувствами, если всё сложиться не так, как я того ожидаю?
В любом случае, сегодня я была искренне счастлива тому, что мне наконец-то вновь удалось его увидеть и всё так благополучно разрешилось. Да и, честно говоря, я была слишком измотана, чтобы о чём-то переживать. Меня ожидали долгожданные выходные, вино и тёплая кровать.
Но даже несмотря на смертельную усталость, уснуть, как это ни странно, я не могла. В моей голове то и дело всплывали обрывки этого вечера — его улыбка, смех, прикосновения и взгляды. Знаю, я обещала вести себя хорошо. Но разве не могла я позволить себе всего лишь немного ласк… думая о нём. Безобидный компромисс, сделка с совестью, на которую я готова была пойти и стерпеть последствия. Ведь это происходило лишь в моей голове. Воображение живо рисовало картины того, что вполне могло бы произойти между нами в офисе, если бы я решилась настоять на своём, и похабный голосок настырно нашептывал, что, вполне возможно, мысли Майкла этой ночью были заняты тем же…
 
========== 16. Теория Вероятности ==========
Послеполуденное солнце заливало ярким светом холмистый Лос-Анджелес. Со всех сторон раздавался неугомонно-звонкий щебет птиц, растворяясь в гулком шуме большого и стремительного, живущего полной жизнью города. В воздухе ощущалась свежесть, и легкий ветерок доносил откуда-то сладковатый аромат цветущего жасмина и жакаранды. На необычайно высоком, пронзительно-голубом небосводе не виднелось ни облачка, а солнечные лучи, отражаясь от стёкол домов, отливали мягким, тепло-золотистым отсветом, придавая природным цветам и краскам особую насыщенность.
В такие дни счастье ощущается особенно легко и интенсивно, как нечто само собой разумеющееся и естественное, переполняя сердце и душу благодатным теплом. Но несмотря на прекрасную погоду и отсутствие каких-либо планов, у меня всё же не было ни малейшего желания лишний раз шевелиться. Хотелось провести это воскресенье по-кошачьи — дома, абсолютно спокойно и желательно в горизонтальном положении.
Устроившись на мягкой кушетке в тени веранды с книгой в руках, я наслаждалась этим прекрасным воскресным днём, восхитительным видом, свежим воздухом и неторопливым чтением за стаканчиком освежающей сангрии и была так увлечена процессом, что когда на столике завибрировал мой смартфон, я ответила на звонок не сразу, исключительно механически и даже не взглянув на экран.
— Алло, — рассеянно пробубнила я.
— Солнце встает с новым рассветом, отгоняя тени прочь и птицы заводят свою песню, — нежно и чисто пропел в трубку мягкий фальцет, мгновенно заставив меня оторвать взгляд от белоснежных страниц книги и широко улыбнуться. — И если эти слова принесут тебе счастье, я сделаю что угодно… *
— Майк, — рассмеялась я, тут же услышав его хулиганские сдавленные смешки в ответ.
— Привет, — озорно протянул он. — Я не сильно отвлекаю?
— Совсем нет, — казалось, ему не составило особого труда расслышать в моем голосе ничем не перекрытую искреннюю радость.
— Чем занимаешься?
— Наслаждаюсь выходными за книгой у себя на терассе. Ты?
— Ничем особенным, — хмыкнул он. — Что читаешь?
— «Одураченные случайностью» Нассима Талиба.
— И о чем эта книга?
— О сокрытой роли шанса в бизнесе и в жизни, — пробежав глазами по тексту обложки, улыбнулась я. — О том, что люди часто не осознают, что многие происходящие вокруг них вещи на самом деле абсолютно случайны и не являются логичным следствием работы какой-то хитро продуманной системы или реализации теории заговора, например.
— Хмм.. — задумчиво протянул он, — а мне нравятся теории заговора и всякие там механизмы и системы, — насмешливо заключил Майкл.
— Не тебе одному, милый, — усмехнулась я. — И в этом нет ничего удивительного, лишь базовая психология. В книге о том и речь, что люди часто пытаются подвести логику под абсолютно случайные явления и события, ища объяснения там, где их попросту нет. И это абсолютно нормально, нам с незапамятных времён свойственно стремиться всё объяснить и упорядочить. Это даёт ощущение уверенности и покоя.
— То есть, по сути, книга отрицает наличие высших сил? — в его голосе послышался лёгкий скепсис.
— Не совсем, — возразила я. — Она лишь указывает на то, что есть события абсолютно случайные и не во всем следует искать скрытый смысл.
 
Майкл на мгновение замолчал, напряжённо раздумывая над моими словами.
— А во что веришь ты?
— Не знаю… — пожала плечами я. — Думаю, правда где-то посередине.
— А я вот думаю, что нам многие события и вещи кажутся случайными только лишь потому, что мы слишком малы, и с этой точки зрения просто не способны увидеть всей божественной картины в целом.