Грань (СИ)

Очарованная огнями ночного города, я не сразу заметила его сидящим за рабочим столом в самом углу комнаты, и потому его оклик застал меня врасплох, заставив слегка встрепенуться от неожиданности.
— Камилла, — протянул он, встав из-за стола, и решительным шагом направился мне на встречу. Склонившись надо мной, Майкл оставил короткий приветственный поцелуй на моей щеке. — Привет! — озорно усмехнулся он, глядя на меня влажноватым взглядом смеющихся карих глаз, и я, слегка растерявшись, невольно усмехнулась в ответ.
— Обслуживание номеров, — протягивая ему бутылку вина, застенчиво улыбнулась я, внимательно наблюдая за тем, как он старательно сдерживает смешок.
— Я как раз собирался сделать заказ, — виновато изогнул бровь Майкл. — Но ты меня опередила.
С улыбкой на губах я, не скрывая интереса, разглядывала его с ног до головы, пока Майкл неторопливо разливал вино по бокалам. Так странно, но сейчас он был совершенно другим. Этот человек едва ли походил на того строгого и властного импозантного мужчину с вечеринки, смотревшего настороженным, цепким взглядом, наводившим страх. Мне неожиданно открылся совершенно иной Майкл: во фланелевых брюках, белых носках, самой обыкновенной одноцветной рубашке и собранными в лёгкий, слегка растрёпанный пучок волнистыми завитками смоляно-чёрных волос. Его движения и жесты были куда более расслабленными и непринуждёнными, и я смотрела на него, затаив дыхание, едва сдерживая усмешку и не веря собственным глазам. Клянусь, если бы не осознание того факта, что передо мной действительно находился Майкл Джексон, я решила бы, что просто-напросто ошиблась номером — настолько разительным было отличие.
— Не стой в дверях, проходи, — добродушно махнув рукой, он подозвал меня к себе, вырывая из этого странного оцепенения, и, наспех сбросив с ног босоножки, я послушно прошлёпала к письменному столу.
Майкл протянул мне бокал с вином и, застенчиво закусив губу, усмехнулся, неторопливо и с интересом разглядывая моё лицо. Я могла лишь гадать, что творилось в этот момент в его голове, но взгляд его был настороженно-насмешливым, словно он тихонько наслаждался какой-то одному ему известной шуткой, не решаясь озвучить её.
— Как ужин? — произнёс он наконец, слегка поджав губы в подобие улыбки.
— Восхитительно, спасибо, — любезно улыбнулась я.
После чего между нами вновь повисла пауза, но молчание почему-то совсем не показалось мне неловким. Мы оба с улыбкой и интересом разглядывали друг друга, занятые собственными мыслями, словно каждый из нас пытался получше сориентироваться в ситуации и неторопливо сложить более детальное впечатление о другом.
Да уж, на своей территории Майкл определённо выглядел и чувствовал себя куда более уверенно и раскованно. Взгляд и улыбка показались мне сейчас намного спокойнее и мягче, и, вне всяких сомнений, мне было крайне приятно наблюдать за ним в подобной, неформально-домашней обстановке.
Молчание слегка затянулось, и тогда я, отпив немного вина из бокала, неторопливо обвела глазами обстановку номера, — ничего необычного, стандартный люкс в тёплых бежево-древесных тонах, — пока мой взгляд случайно не проскользнул по краю письменного стола, уцепившись за лист бумаги, одиноко лежавший по центру. Под его цепким взглядом я медленно обогнула стол с другой стороны и устремила горящий любопытством взгляд на бумагу, внимательно изучая детали, после чего, недоверчиво изогнув бровь, вновь подняла глаза на Майкла.
— Это ты нарисовал? — недоверчиво протянула я.
Майкл скептически скривил лицо и, чуть нахмурившись, отвел наигранно-безразличный взгляд в сторону.
— Просто пытался себя чем-то занять, — хмыкнул он равнодушным тоном.
— Ничего себе! — удивлённо вскинув брови вверх, я вновь вгляделась в детали рисунка.
На нём простым карандашом плавными, но уверенными линиями была изображена пара лиц, причём одно словно находилось внутри другого. Выражения их разнились — то, что было снаружи, загадочно улыбалось, в то время как во втором, внутреннем «я», ощущалось напряжённое недоверие, затаённая злость и тоска. В этом простом и на первый взгляд незамысловатом рисунке было столько энергии и скрытого смысла, что я, казалось, могла бы смотреть на него часами. В какой-то момент меня посетила занятная мысль о том, что этот рисунок вполне мог оказаться автопортретом, отражавшим в себе двойственность его натуры — человека под маской.
 
— У тебя талант! — выдохнула я наконец, поднимая на него горящие искренним изумлением глаза. — Ты меня удивляешь.
— Ерунда, — потупив в пол откровенно смущённый взгляд, фыркнул он.
— Ты всегда такой скромник? — осуждающе покачав головой, я с нескрываемым интересом наблюдала за его реакцией. — Нужно уметь принимать комплименты, особенно если они вполне заслуженные.
Майкл лишь застенчиво поджал губы, стараясь подавить усмешку, то и дело пробегая по мне нерешительным взглядом. Хоть и выглядел он в этот момент искренне смущённым, в глазах его играли хитрые бесята, и это дало мне понять, что мои слова, всё же, доставляли ему определённое удовольствие.
— А ты, оказывается, полон сюрпризов! — подходя чуть ближе к нему, усмехнулась я и, слегка прищурив лукавый взгляд, с ехидной усмешкой и без тени смущения посмотрела ему прямо в глаза. — Может, однажды ты нарисуешь меня? — невинно хлопая ресницами улыбнулась я. — Было бы здорово.
Он глубоко вздохнул, молчаливо и неторопливо обводя всю меня изучающим взглядом, задумчиво постукивая кончиками пальцев по губам. Выражение его лица в этот момент было довольно неопределённым — оно казалось серьезным и насмешливым в равной степени. Взгляд был напряжён, и он слегка покусывал губы, затаив дыхание в тот момент, когда глаза его скользнули вниз, задержавшись на моем декольте.
Я из последних сил старалась сдержать самодовольную ухмылку, наслаждаясь его такой очевидной растерянностью.
«Неужели Вас действительно так легко и просто можно смутить и выбить из колеи таким безобидным пустяком, мистер Джексон? Не хочу показаться самонадеянной, но игра с вами определённо доставит мне огромное удовольствие!»
В этот короткий, но такой многообещающий момент, на его фоне я действительно ощутила себя практически безжалостной хищной акулой, готовой в любую секунду слопать этого невинного и беззащитного малька. В который раз убеждаюсь в том, что каким бы статусом и властью ни обладал в этом мире мужчина, при правильном обращении он все равно становиться абсолютно беспомощным и податливым, как глина, в умелых женских руках.
Майкл продолжал молча пожирать меня глазами, и ощутимое напряжение между нами начинало граничить с неловкостью, потому я тут же поспешила сбавить обороты и вернуть атмосфере её лёгкую беззаботность.
— Так, значит, Вестсайдская история, — игриво усмехнувшись, я провела рукой по волосам, слегка растрепав их, и невинно склонила голову на бок, уставившись на него.
Майкл забавно встряхнул головой и, вновь ощутив себя на безопасной территории, облегчённо выдохнул, наконец растянув губы в широкой улыбке.
— Ну, это классика, — словно оправдываясь, пожал плечами он. — Но можем и что-нибудь ещё посмотреть. Я не знаю, какие фильмы ты предпочитаешь.
— Мне тоже интересно узнать о твоих вкусах.
Мы усмехнулись друг другу и Майкл, забавно развернувшись на пятках, уверенным и быстрым шагом направился в соседнюю комнату, жестом руки подзывая меня за собой.
Проходя следом и внимательно наблюдая за каждым его движением, я в который раз не могла поверить тому, что вижу. И вот это милое юркое создание, так очаровательно шлёпающее по комнате в нелепых клетчатых штанах и белых носках, сумело меня испугать? Это что, шутка? Да что здесь вообще происходит?
 
Я ожидала от этой ночи чего угодно — интенсивного и захватывающего противостояния и игры, электрических разрядов и накала страстей, схватки двух темпераментов… А в итоге получила вот этого очаровательного и абсолютно безобидного мальчишку? Потрясающе! Жизнь действительно полна сюрпризов. Но странным было и то, что я вовсе не была разочарована, а скорее наоборот, абсолютно очарована им. И уж точно и безусловно — обескуражена. Я хотела узнать его поближе. Что ж… Пока что у меня было больше вопросов, чем ответов.