Грань (СИ)

— Ты боишься темноты? — потирая кончик носа, усмехнулся он.
— Нет! — стараясь не выдать лёгкого замешательства и звучать как можно более убедительно, поспешила оправдаться я. — Но здесь, всё же, немного жутковато.
Он рассмеялся в голос, как мальчишка, заставив меня обиженно насупиться в ответ. Как культурный и воспитанный человек я, конечно же, постаралась не подать вида, в то время как моё признание, похоже, привело его в дикий восторг. Что за извращённое удовольствие такое, — наслаждаться страхами других людей?
Едва мы подошли к дверям уборных, я с облегчением щёлкнула выключателем, и пространство мгновенно залил режуще-яркий желтоватый свет.
— Я недолго, — сдерживая издевательскую ухмылку, насмешливо произнёс он, проводя рукой по моему подбородку. — Не бойся.
Едва дверь за ним закрылась, я раздражённо подпёрла стенку спиной. Да какого чёрта? Дважды за ночь он поставил меня в абсолютно неловкое, унизительное положение! И что ещё хуже, я почему-то реагировала на всё это нетипично-инфантильным для меня образом! Я, знаете ли, привыкла ощущать себя несколько иначе в присутствии мужчин.
Чертовски странный вечер и какая-то абсолютно необъяснимая сумятица эмоций и чувств. Возможно, дело было в том, что всё с самого начала пошло наперекосяк. Я была не в духе ещё до знакомства с ним, а после он и вовсе выбил остатки почвы у меня из-под ног.
Да уж, и всё же было в нём что-то особенное. Он словно обладал какой-то необычайной аурой, искажавшей всё вокруг в прилегавшем к нему пространстве. Либо же я просто-напросто конкретно перебрала с шампанским этой ночью. Я ведь обычно довольно неплохо разбираюсь в людях, но вот что странно — у меня никак не выходило собрать в своей голове какое-то целостное и однородное впечатление об этом человеке.
Он вышел из уборной минуту спустя и, неторопливо облизнув губы, уставился на меня строгим, таинственно-напряжённым взглядом, словно стараясь разгадать, о чём же я думала в его отсутствие.
— Всё в порядке? — ощущая лёгкую неловкость натянуто улыбнулась я.
— Да, спасибо, — его губ так же коснулась лёгкая, едва заметная улыбка, после чего он, не отводя от меня пристального взгляда, упёрся одной рукой в стену, прямо у моего лица, второй протянув мне свой смартфон. — Оставишь свой номер? — напряжённо прищурив взгляд, произнёс он.
Его фраза прозвучала скорее как утверждение, нежели просьба. И на мгновение я ощутила захлестнувшую меня волну лёгкого возмущения и растерянности. Сукин сын так уверен в себе! Всё, абсолютно всё в нём — это какое-то скопление противоположного! Я совсем терялась где-то между его мягким, вводящим в заблуждение фальцетом, повадками благовоспитанного джентльмена и скромника, и абсолютно прямолинейным, бесстыдным взглядом властного, крайне уверенного и даже самонадеянного человека. Где здесь правда? Что ж, мне определённо хотелось бы это выяснить.
Стоически выдерживая его напор, я взяла в руки смартфон и вбила в него свой номер под его пристальным, изучающим каждую чёрточку моего лица взглядом.
— Как подписаться?
— Ммм… Ангел? — намешливо прищурил взгляд он.
Невероятно! После всего произошедшего этим вечером, ему удаётся напоследок меня смутить своей чертовски лукавой усмешкой. «Камилла» набираю я, возвращая телефон в руки его хозяина, мгновенно ощущая, как атмосфера вновь необъясним образом изменилась. На меня вновь смотрел абсолютно безобидный взгляд невинных карих глаз. Майкл очаровательно улыбнулся, протянув мне руку. Мы возвращались обратно в полной тишине. И прежде чем выйти из-за угла к столику, он остановил меня, внимательно вглядевшись в моё лицо.
— Это был чудесный вечер, Камилла. Спасибо, — поблагодарил он, слегка придержав меня за подбородок. — Доброй ночи! — склонившись вперёд, Майкл оставил на моей щеке короткий прощальный поцелуй, и в этот момент я вдруг ощутила укол лёгкого сожаления от того, что ночь так быстро подошла к концу.
— Было очень приятно с тобой познакомиться, — наперекор неожиданно нахлынувшим на меня смешанным чувствам добродушно усмехнулась я, затем уверенно развернулась и, махнув на прощание рукой, сбежала вниз по ступеням лестницы.
 
Не успев опомниться, я буквально сразу встретила в заметно поредевшей толпе обалдевший от неожиданности взгляд Энн.
— Куда ты, чёрт возьми, пропала? — подходя ближе, с ходу отчитала меня она, но заметив выражение моего лица и не сходящую с моих губ мечтательную улыбку, тут же смягчилась. — Ками-Ками, — изобличающе прищурила взгляд подруга. — Всё ясно. Позже расскажешь, где и с кем тебя носило.
— Может быть, — заговорщицки усмехнулась я, ещё раз бросая взгляд вверх и наблюдая за тем, как Майкл и Кенни скрываются за поворотом, ведущим к запасному выходу. — Ты хорошо провела ночь? — поинтересовалась я, вновь переводя взгляд на подругу.
— Восхитительно!
— Вот и отлично, — едва сдержав подступившую вдруг непреодолимой волной зевоту, улыбнулась я.
— Я тоже уже с ног валюсь! — наблюдая за мной, усмехнулась Анна. — Идём, попросим подготовить автомобиль.
Я растянула губы в ленивой улыбке. Не знаю, было ли это последствием выпитого за ночь алкоголя и усталости, но я вдруг ощутила какое-то странное, необъяснимое чувство лёгкой тоски. Мне хотелось домой, в свою постель, но при этом я словно бы страшилась остаться одной.
— Едем ко мне! — утягивая Анну за руку, устало пробубнила я. — Устроим на завтра заслуженный выходной.
Взглянув на меня, она тепло улыбнулась, одобрительно кивнув в ответ, и, направляясь к выходу, я впервые за этот долгий, насыщенный и сумбурный вечер, наконец ощутила долгожданный покой.
Комментарий к 3. Мактуб
*Ливай Крайс — американский актер и певец. Дебютировал на Бродвее с мюзиклом «Квартет на миллион долларов», за который получил премию «Тони» за лучшую мужскую роль второго плана.
*Hallelujah I Love Her So — оригинал этой культовой R&B композиции принадлежит Рэю Чарльзу.
========== 4. Веский аргумент ==========
Прошла неделя с той самой ночи. Жизнь постепенно входила в прежнее русло: работа, друзья, развлечения… Воспоминания о том вечере постепенно затёрлись и растворились в нескончаемой череде рабочих будней. И чем больше я думала об этой волнительной и необычной встрече, тем более далёкой и нереальной она мне казалась. Глядя на всё это со стороны, было особенно забавно вспоминать о моей крайне инфантильной, незрелой реакции при встрече с Майклом. Хотя для него это, скорее всего, совсем не новость. Люди, должно быть, частенько ведут себя довольно странно и нерационально в его присутствии, что вовсе не удивительно — знакомство с легендой такой величины безусловно способно слегка вскружить голову и выбить почву из-под ног. Ещё одна незабываемо-яркая история в моём звёздном арсенале. Когда-нибудь я непременно расскажу своим внукам о том, как однажды зажигала в обнимку с самим Майклом Джексоном!
Усмехнувшись собственным мыслям, я направила взгляд на свой ноутбук, стараясь вновь сосредоточить внимание на работе. Но голова моя, всё же, была не на месте. Я никак не могла перестать думать о том, насколько странной порой бывает жизнь, и как разнится наше понимание нормы и реальности. Его реальность, должно быть, похожа на одно сплошное, нескончаемое безумие, кажущееся большинству из простых смертных чем-то из области фантастики. Но для Майкла эта жизнь — единственно знакомая ему. В каком-то смысле мне его даже жаль. Пробираться на вечеринку через запасной вход и сидеть где-то там, наверху, отшельником, — есть в этом что-то печальное. Хотя, с другой стороны, это был его личный выбор, и, надо признать, в его жизни наверняка найдётся пара-тройка бонусов, с лихвой компенсирующих определённые неудобства.
 
Чёрт меня подери, мне пора бы уже переключить свой мозг на что-то, кроме Майкла Джексона. В последнее время все мои мысли так или иначе сводились к одному. И это чертовски, мать вашу, напрягало! Признаю, он произвёл на меня довольно сильное впечатление. Возможно, даже слишком сильное. Не припомню, чтобы я хоть когда-либо реагировала подобным образом на знакомство со знаменитостью. Хотя, дело было даже не в этом. Меня очень заинтриговала и впечатлила сложность, неординарность и шероховатость его натуры. Думаю, именно поэтому я никак не могла перестать думать о нём.