Сердце Земли. Пролог (СИ)
К своему ужасу, эльфы обнаружили ответ на этот вопрос.
Дом души — святыня народа «Иль-Вэн» была осквернена истерзанными телами его обитателей, раскинутых вдоль каменных стен. Их глаза были выжжены, уши отрезаны, а на лицах застыло ужасающее неистовство и выжженное тьмой прикосновение ладони. Несчастные стали жертвами магии Малассы в самом тёмном её проявлении. Здравый рассудок, отравленный болью и тьмой, покинул сознания друидов задолго до их смерти. Эльфы, что некогда были учениками мастера Древена, названные братья и сёстры Лиары, духовные наставники клана «Иль-Вэн» были мертвы — убиты самым зверским образом.
Золотистые листья Великого Древа — алтаря Силанны наполнились алыми красками, окроплённые кровью эльфов. Улыбка мастера Древена, впервые за минувшие века превратилась в оскал полный ненависти и злобы.
— Al-in Asha talost u sin, — вымолил старший друид.
Эльфы, атаковавшие Лан-Лур, пришли в храм отнюдь не за «Талмоном». Они пришли сюда, дабы карать. Удар был нанесён в самую основу общества эльфов — в их связь с первородным драконом земли.
— Те, кто сотворил это, — прикоснувшись к плечу Древена, промолвил Арис. — У них нет чести. Нет понятия о достоинстве.
— И нет права на жизнь, — промолвил Древен. На сей раз его голос был лишён всяких эмоций, но от того звучал ещё более пугающе.
— Тревога! — вдруг послышался голос, ворвавшегося в храм Алайя. — Враги! Много!
Воины обнажили клинки. Лорот и Древен коротко переглянулись. В то же мгновение, озлобленный друид сконцентрировался на вратах храма. Корни деревьев, прорастающих в стенах, повиновались его воле, пришли в движение и забаррикадировали проход.
— Защищаем внутреннее святилище, — воскликнул Лорот. — Лиара, Рилан, вы с Древеном. Остальные за мной.
— Отец… — в спешке промолвила девушка, не зная как выразить свой протест.
— Лиара, — Лорот сменил тон и в последнее мгновение придержал руку дочери. — Нам нужно спешить. Знай, тебе ещё многое предстоит узнать о «Талмоне» и «Иль-Вэн», как и обо мне. Что-то ты не поймёшь, что-то не примешь. Но самое главное — ты моя дочь, и я всегда буду тебя любить. Будь сильной.
Мгновение оборвалось, как оборвалась и связь рук отца и дочери. Взгляд Лорота вспыхнул искрами, а сталь лотраэна сверкнула, высвободившись из ножен. Лиара плохо помнила последующие мгновения. Пробуждение элементаля-стража, руку Рилана, тянущую её за собой и друидов, самоотверженно оставшихся охранять вход в святилище. Всё, что запечатлело сознание молодой эльфийки это образ её отца, что без тени страха принял неравный бой с грозным противником и взгляд его сияющих изумрудных глаз.
***Прибыв в подземелье храма Древен сразу позаботился о защите. Силы друида ещё не восстановились после ритуала вызова, но связь с Миром Духов и силой храма дала необходимый резерв. Молитва, мгновение концентрации, глаза вспыхнули золотистыми искрами, а посох наполнился магией. Спустя несколько секунд троица эльфов оказалась отрезана от внешнего мира стеной корней и земли. Защита была прочна, но всё же уязвима. Рано или поздно враг прорвётся в святилище, и звон стали, донёсшийся из верхних этажей, сулил о приближении сего момента.
— Мне очень жаль, дитя — завершив первый этап ритуала, промолвил Древен. Лицо друида сковала усталость и глубокая печаль. — Но сейчас, у нас нет времени на сожаления. Мы должны выполнить свой долг. Их жертва не должна быть напрасной. Сохранность «Талмона» превыше всего… даже клана «Иль-Вэн».
Казалось, душа Лиары дала брешь от услышанных слов, но девушка продолжала молчать, беззвучно созерцая затянутый кореньями тоннель.
— Лиара, — подхватил Древена Рилан, придерживая супругу за руку. Едва ли он сам понимал значение слов старейшины, но полностью доверял его мудрости. — Нельзя медлить. Мы должны поспешить. Лиара, ты слышишь меня?
Следопыт пытался, но все дальнейшие фразы проносились мимо слуха Лиары, как и треск расколотого элементаля-стража, что был сражён некой ужасающей силой. Звон клинков звучал ещё некоторое время, но это не было звуками битвы. Лишь остаточная симфония заведомо проигранного сражения.
В сознании девушки один за другим вспыхивали образы её видений — огромное пылающее древо, маленькая испуганная девочка и тени, таящаяся за её спиной. А ведь Лиара могла предсказать всё это. Если бы она лучше трактовала свои видения… если бы не покинула Лан-Лур, сопровождая Шеймуса — всё могло сложиться иначе. — Прости меня… папа, — сорвалась беззвучная фраза с её уст.
«Иди ко мне» — вдруг, прозвучал голос, донёсшийся в сознании эльфийки. Голос мужской, громкий и всеобъемлющий.
Девушка подняла взгляд и увидела его — маленький зелёный огонёк, сияющий в корнях Священного Древа. «Талмон» звал её и голос был услышан. Эльфийка не ощутила леденящей воды пруда, даже зайдя в него по пояс. С каждым её шагом, зелёный огонёк наполнялся всё большим сиянием, маня друидессу подобно огоньку ирады, что тянул к себе мотылька. Ещё шажок и вот перед глазами Лиары, на расстоянии вытянутой руки находился он — древний артефакт её рода, «Талмон» — «Сердце Земли».
Фиолетовая ладонь прикоснулась к кристаллу, ощутив теплоту и гладкость его овальная поверхности. Поток энергии хлынул в тело девушки, наполняя её душу и разум. Последовал подземный толчок. Были ли это действия войск, атаковавших город, или первопричиной тому послужил «Талмон» — Лиара не знала. На мгновение голову девушки наполнили образы и голоса. Голос, что она слышала изначально — мужской всеобъемлющий и другой, голос женщины — сильный и властный, но полный доброты. Они соединялись в сознании Лиары, сливаясь в симфонию звуков, и вновь растворялись в тишине.
Мгновение затишья. Образ одинокого расплывчатого силуэта. Лазурная вспышка. Вершина одинокой горы. Камень ударил вибрацией в руке, подобно бьющемуся сердцу. По мере исчезновения образов к Лиаре пришёл холод.
— Лиара! Ты в порядке? Лиара! — Рилан вытащил девушку из водоёма и прижал к себе. Лиара ощутила тепло. — Ты молодец! Умница! Мастер Древен, «Талмон» у нас! Что дальше?
Камень в руках Лиары, он был столь невелик — маленький овальный кристалл, умещавшийся в её кулачок. Однако сколь великая сила таилась в кристаллических недрах артефакта? Однажды следопыту уже довелось узреть последствия этой силы, пусть он и сам не знал об этом. Много лет назад, в тот день, когда его сознание пронзила боль, а кожа приобрела фиолетовый оттенок…
— У вас? Отлично! — послышался голос друида с противоположного края пещеры. — Приготовьтесь, сейчас я открою ход…
Незавершённая фраза Древена так и осталась висеть в воздухе, перебитая треском сломленных корней. Те самые баррикады, на которые друид израсходовал остатки своих сил рушились одна за другой, под действием ужасающей силы — той самой силы, что ещё совсем недавно сокрушила могучего элементаля. Прозвучал звериный рёв. Что-то приближалось. Древен отступил назад. Треск. Снова треск. Удар! С грохотом, создав целую стену пыли, нечто прорвалось в своды пещеры. Нечто очень большое и чудовищно сильное. Сродни стихийному бедствию оно бросилось в атаку, попутно откинув Древена прочь. Подобно тряпичной кукле, друид врезался в каменную стену и опал наземь.
Лицо Рилана искривилось в злобном оскале, ибо нечто явило свой образ.
Чёрная, словно сама бездна Игг-Шайла шерсть. Пара огромных, украшенных примитивными рунами рогов. Колоссальная обоюдоострая секира, скованная из стали теней и элементы тяжёлой брони, неподъёмные даже для самых крепких рыцарей из числа людей. Рилану не довелось поучаствовать в сражении за Лан-Лур, но он видел тела людей-быков, оставшиеся на поле брани. Все они являлись настоящими исполинами значительно превосходивших эльфов в росте и мышечной массе. Но этот монстр… даже вытянув руку, Рилан едва мог дотянуться до уровня его груди. Каждая рука чудовища превосходила в толщине торс эльфа, а каждый его шаг ощущался вибрацией в почве. За всю свою жизнь, проведённую в охоте на самых разных обитателей лесов, Рилану не доводилось видеть ничего подобного, и даже образы большинства порождений Шио меркли в сравнении с видом этого исполина.