Муж сестры мной одержим (СИ)

В его голосе было столько тревоги, что я снова словила себя на мысли, что он за меня переживает.
— Ай, — проговорила я и непроизвольно схватилась за живот. В этот момент побледнел и мужчина.
— Что? Что-то случилось? Где болит? Живот? Ребенок? — пока я стояла немного согнувшись, мужчина успел перебрать все возможные варианты, — поехали в больницу?
— Нет, — я постаралась восстановить сбившееся дыхание и выпрямиться, — такое у меня иногда бывает, но быстро проходит. Тонус небольшой, но в таком слабом проявлении это не критично и неопасно.
— Нужно поехать в больницу? — он не понял ни одного моего слова и снова начал говорить о враче.
— Нужно поменьше паниковать и поехать домой, — я улыбнулась, чтобы успокоить Габриэля. Из-за того, в каком он находился состоянии эта тревожность переходила и на меня.
Я видела недоверие в его глазах, но моя упертость и уверенность заставили его поступить по моему.
— Сразу ложись в кровать! — он так смешно старался сделать вид, что командовал мной, что мне ничего не оставалось делать, кроме как слушаться.
В таком состоянии он не был похож на грозного мужчину, чем меня умилял. Таким я видела его впервые, и я должна была признаться, что мне это очень нравилось.
Стараясь не показать своего настроения и не рассмеяться в такой серьёзный для Габриэля момент, когда он показывал кто в доме хозяин, я медленно поднялась в комнату и прилегла.
Пусть было и не поздно, но я решила лечь в это время спать, потому что сегодняшний день нагнал на меня усталость.
Я прикрыла глаза и почти уснула, как в мою комнату аккуратно постучались.
— Можно? — мужчина стоял в дверях и ждал моего разрешения. Я даже опешила немного от того, как он себя вел в последнее время.
Я бы скорее не удивилась, если бы он открыл дверь без стука и просто поставил перед фактом…
— Я сегодня ночую здесь, — эти слова, да, я ожидала. Но я так же ожидала и то, что они будут сказаны более категорично, и без всякой мягкости в голосе как сейчас.
— Вижу, что ты не забыл прихватить с собой подушку? — улыбнулась его напористости. Все-таки некоторые вещи в человеке ни за что не поменяются, как бы он ни старался их замаскировать.
Габриэль изначально не признавал отказов и это читалось даже в такой обычной ситуации. Он не допускал мысли, что я могла не согласиться. Хотя… я и не собиралась. Пусть спит сегодня тут.
— Ты можешь лечь на диване, — не могу не признать, что мне было приятно его сегодняшнее внимание и забота, но я не хотела слишком очевидно это показать. Мало ли он подумает, что я его вот так просто простила и забыла обо всем, что между нами было.
Несмотря на то, что он все это делает для меня и ребенка и беря во внимание, что он уже сделал, это не могло перечеркнуть того, что в какой-то момент он меня предал. В моем понимании. Я не знаю, как все это он объяснял сам себе, но даже его обещание ничего не значило для меня после того, как он женился на моей сестре.
— Могу, но я хочу тут, — он положил подушку на кровать рядом со мной и пристально следил за моей реакцией.
— Тебе не кажется, что ты переступаешь границы? — я все-таки произнесла то, что крутилось в моей голове. Все это было странно. Его резко изменившееся поведение. Все его попытки удержать тирана внутри себя и дать мне возможность что-то решать.
— Возможно, — он согласился. Искренне, — но разве это плохо? Если никто из нас не сделает первый шаг, как мы будем строить наше совместное будущее?
— Почему ты решил, что у нас есть будущее? — я старалась на него не смотреть, чтобы не выдавать волнение, хотя сама безумно ждала его ответа.
Почему-то сейчас у меня возникло понимание того, что за последнее время это был чуть ли не первый раз, когда мы общались спокойно и могли хоть что-то толком обсудить.
— Потому что ты этого хотела раньше, а я налажал. И сейчас хочу исправить все свои ошибки, — сердце пропустило удар. Он впервые говорил все это.
Не угрожал, не ставил перед фактом, а говорил о том, о чем думает. О том, чего хочет…
Я наконец-то слышала то, что так давно хотела услышать, и только гордость не позволяла мне показать свои настоящие эмоции. Только поэтому я старалась звучать отстраненно.
 
— И я должна тебе верить? — с другой стороны, он и вправду сделал много ошибок. И последствия у них были не хорошие.
— Не должна, но я прошу дать мне шанс, — на глаза навернулись слезы, я не могла сейчас мыслить трезво. Не тогда, когда он сидел настолько близко ко мне и взяв мою руку в свою смотрел в глаза.
Он как будто извинялся, молча, смотрел в мои глаза и ждал ответ. А я сейчас ненавидела свое сердце за то, что оно билось в груди как ошалелое. Что все внутри меня кричало о том, чтобы я сказала да. Чтобы дала ему этот проклятый шанс.
— Я подумаю, — переборов себя я произнесла в ответ и тут же освободила свою руку из его пальцев.
Быстро вернулась в постель и укрылась тоненькой простынкой. Вот бы он прекратил терзать моё сердце и душу, и дальше бы просто молчал. Я сама уже понимала, что стоит ему продолжить говорить такие вещи и я окончательно растаю. Я уже плавилась как лед на солнце, но моя гордость требовала того, чтобы я хотя бы немного отыгралась на Габриэле.
Поставила на свое место. Заставила добиваться и ценить, а не брать нахрапом. Сделала так, чтобы он понимал важность чувств другого человека, а не только думал о себе…
* * *
— Я могу тебя обнять? — мы уже лежали в постели не менее получаса, но ни один из нас по-прежнему так и не уснул. Меня тревожила и будоражила его близость и лучше бы это было от страха, а не от предательских чувств, которые хотелось гнать веником.
Мысли в моей голове забились словно бабочки и дыхание участилось. Я немного растерялась и не знала, что ему ответить, поэтому мужчина словно почувствовал мою нерешительность и принял ее за согласие.
Габриэль придвинулся ко мне ближе, и я почувствовала его дыхание на своей коже. Пусть он ко мне не прикасался физически, но именно такая жаркая физическая близость не шла ни в какое сравнение с пусть даже маленьким прикосновением.
— Нет, — я собрала волю в кулак и призвала все свое благоразумие.
Андриана, рано было еще сдаваться. Как можно так быстро взять и забыть то, что было. Если так быстро идти у него на поводу, то Габриэль начнет умело этим пользоваться и будет все выворачивать в свою пользу.
— Нет, — повторила еще раз, но уже более решительно.
Почувствовала, как его тело напряглось, словно мужчина сам не ожидал такого ответа.
С некоторым разочарованием я осознала, что, скорее всего, Габриэль, как я того хотела на словах, ляжет на свою часть кровати и больше ко мне не приблизится, но этот негодник решил как всегда поступить по своему.
Когда я меньше всего ожидала, его рука неожиданно прикоснулась к моей талии и опустилась ниже, превращаясь в нежное, едва весомое объятие.
— Я же сказала нет. Два раза. Ты меня не услышал? — я просто должна была возмутиться вслух.
— Услышал, — проговорил Габриэль спокойно, но руку так и не убрал. Он вообще прекрасно умостился рядом со мной так, что я спиной была практически вжата в его стальной торс, — но сейчас я обнимаю не тебя, а нашего ребенка…
— Ты неважно выглядишь, — приговорил Габриэль, когда я спустилась на первый этаж, чтобы принять витамины и позавтракать.
Может, выглядела я и не важно, зато чувствовала себя шикарно. Как будто умом и телом отдохнула.
Вчера меня одолела приятная усталость, да и день в целом удивил и вызвал только положительные эмоции.
Я ничего не ответила мужчине и прошла к холодильнику, чтобы налить себе сок.
— Будь готова через десять минут.
— Для чего? — я даже первый глоток не успела сделать, как, оказывается, у меня появились несогласованные со мной планы, — куда мы едем?
— В больницу, — просто сообщил Габриэль, положил на стол газету, которую читал и, допив кофе, встал.