Ходящий в сны (СИ)

– Меня зовут Меллириссиэль фуу Акаттон Вал, и я мать твоего наставника и бабушка прекрасной девушки, которая перенесла тебя сюда. Это мой брат и Глава Пламенных Мерцающего леса, Линмэритэль хаа Лларион Лэ. О том, кто ты такой, нам известно.
Она сделала паузу, позволяя юноше переварит полученные сведения.
Значит, мать магистра Лина и ее брат. И, похоже, именно он тут главный. Хайен поспешил задать вопросы, которые его тревожили:
– Где Хели и Хаэте?
Эльф сердито поправил:
– Хлайе Хаэтеллио.
– Хлайе Хаэтеллио, - терпеливо повторил Хайен. - Он обещал прийти утром. И что вы со мной сделаете?
– Пока ничего, - осторожно ответила Меллириссиэль. - Но тебе придется здесь задержаться, пока король не решит твою судьбу. И тебе придется надеть это.
С этими словами она взяла из рук брата две короткие тонкие цепочки. Хайен понял, что это браслеты. Похоже, какие-то ограничители для магии темных. Лишиться единственной магией, которая могла его защитить, не хотелось. Он задумчиво спросил:
– А что будет, если я откажусь?
– Нам придется применить силу, чтобы надеть их на тебя, - честно сказала эльфийка. - Это Мерцающий лес, Хайен. Таким, как ты, запрещено здесь находиться.
– Таким, как я, у вас и жить запрещено, - ответил он.
– Но ты пока жив.
– Вот именно - пока.
Их разговор прервала яркая вспышка. Несколько хлопьев пепла мягко спланировали на пол камеры. Хели вышла из пламени в двух шагах от Хайена. Вместо бального платья на ней было однотонное эльфийское одеяние, напоминающее халат, бордового цвета. Брови ее пламенных родственников поползли вверх. Похоже, они не ожидали, что ее источник так быстро восстановится. Девушка обвела их возмущенным взглядом и быстро заговорила на эльфийском. Хайен почти ничего не понимал. Эльф холодно возразил ей, а эльфийка начала ласково увещевать.
Спор прервало появление Хаэтеллио. Эльфийский принц шагнул в камеру, в которой и так уже было довольно тесно, и оглядел присутствующих. Затем он перемолвился парой слов с другими эльфами. Меллириссиэль покорно вложила пропитанные магией браслеты в протянутую руку Хаэте, и они с братом вышли.
Хайен не мог оторвать напряженный взгляд от браслетов. Хели обеспокоенно спросила:
– Вы же не заставите его надеть это?
– Заставлять не буду, - ответил он. - Но если он согласится носить это, сможет выйти отсюда. Кажется, ты просила, чтобы его выпустили из камеры.
После этого он подошел к Хайену и протянул ему браслеты. Юноша с опаской посмотрел на них. Тонкие серебристые цепочки окружал синий свет.
– Магия ищеек? - догадался он.
– Верно. Магия ищеек и эльфийская магия. Наденешь?
Хайен долго смотрел в синие глаза своего родственника, а затем протянул вперед руки. Когда браслеты коснулись кожи, он чуть поморщился.
– Больно? - спросил Хаэте.
Юноша покачал головой и признался:
– Странно. Как будто моя магия одновременно и есть и нет.
Хайен не был уверен, что эта вещь сдержит его, но говорить об этом не стал. А вместо этого доложил:
– Мне дали какое-то снотворное. Попросите их больше не делать этого.
Но эльф с сожалением вздохнул:
– Исключено. Магии снов все боятся еще больше, чем твоей темной. Никто из нас не хочет, чтобы ты мог уходить в сон здесь.
– Там я могу лечить себя, - возразил юноша. - И лечить Хели, если она снова потратит магию.
– Пока ты здесь, лечить тебя буду я. Надеюсь, Хели будет благоразумна и потратит свои силы только на то, чтобы в случае обострения ситуации унести тебя отсюда.
– Может, уйдем сейчас? - предложила девушка. - У нас тоже есть целители…
– Это орочья магия, - покачал головой Хаэте. - Лучше меня и Меллириссиэль с ней никто не справится. Кроме того, я хотел показать кое-что вам обоим.
– Что? - тут же оживилась Хели.
– Увидите. После завтрака. А сейчас оставь нас, мне нужно обработать раны Хайена.
Девушка тут же исчезла в новой вспышке пламени. Хаэте покачал головой и сказал:
– Наверное, к этому нужно привыкать…
Раны Хайена эльф обработал быстро. Пока он скороговоркой бормотал заклинания и делал замысловатые пассы, Хайен усиленно думал. Когда Хаэте, наконец, обработал раны жгучей настойкой, юноша спросил:
 
– Вы говорили… с королем обо мне?
По лицу эльфа пробежала тень.
– Да.
– Он хочет меня убить, - понял Хайен.
Хаэте сложил руки и вздохнул:
– Он хочет поступить по закону. Но с этим есть некоторые проблемы. Хели права, ты подданый Королевства людей, и по нашим законам эльфом ты не являешься. Ты сын изгнанника. Но в тебе есть магия, которая признана опасной для Мерцающего леса и всех эльфов. Тебе повезло, что с тобой была Хелирайлиэль. Если бы не она… Линмэ, скорее всего, убил бы тебя. Сразу, как только понял, кто ты.
– Судя по всему, он и сейчас рассматривает такую возможность, - буркнул Хайен.
– Ее все рассматривают. Кроме меня. Идем, время завтрака.
Вслед за своим родственником юноша вышел из камеры. Даже думать о Хаэте, как о своем дедушке, Хайен почему-то не мог. К удивлению Хайена, охраны за порогом не оказалось. Пока они поднимались по лестнице из подземелья, Хаэте терпеливо пояснил:
– Я один из самых сильных эльфов Мерцающего леса, так что никакая охрана нам не нужна.
По длинному пустому коридору они прошли в небольшую гостиную, где за накрытым столом уже ерзала Хели. Завтракали только адепты, Хаэте молча сидел рядом. Еда была непривычной, но безумно вкусной. Опустошив тарелку, юноша решился задать вопрос, который его давно волновал:
– А у моего отца были братья и сестры?
Хаэте удивился:
– Почему были? С ними все в порядке и сейчас, у некоторых из них уже есть свои дети. Ллавен был моим младшим сыном.
В его голосе прозвучала глухая тоска.
– Он тоже и сейчас где-то есть, - напомнил Хайен. - И я обязательно найду его.
Эльф задумчиво кивнул, а Хели, поколебавшись, спросила:
– Что сейчас происходит в нашем королевстве?
– Я не знаю, Хели, - с грустью ответил он. - Я ушел с бала, когда Линдереллио сказал мне, где вы. Нападение совершено с помощью сложной орочьей магиеи. Думаю, еще несколько дней ищейки будут вести расследование. Король Райтон не привык медлить - поэтому, вероятно, в Халариэн вот-вот доставят дипломатическую ноту от него. А вот с просьбой отпустить тебя или требованием - это большой вопрос. И от этого будут зависеть дальнейшие отношения двух стран и будущее трех королевств.
Хайен залпом выпил странную жидкость, похожую сок какого-то неизвестного фрукта, и отставил стакан. Хели снова нетерпеливо поерзала в кресле и обратилась к эльфу:
– Что вы хотели нам показать?
Он тут же поднялся и ответил:
– Идем. Хели… лучше, если ты будешь держать его за руку.
Повторять два раза не пришлось. Девушка послушно подошла к Хайену, и они переплели пальцы. То, что он не мог уйти в соннемного раздражало. Как и тонкие браслеты на запястьях. Но возможность пройтись по Мерцающему лесу того стоила. Хайена жгло любопытство - он даже представить не мог, что ему хочет показать Хаэте.
Рука об руку адепты прошли по коридорам замка вслед за эльфом. По пути они никого не встретили, и юноша подумал, что это неспроста. Когда они вышли во двор, Хайен оглянулся на замок, напоминающий пламя.
А Хели решилась спросить:
– Почему мы должны держаться за руки?
– А ты против? - усмехнулся Хателлио.
Девушка мотнула головой, а эльф терпеливо пояснил:
– По тебе видно, чья ты дочь. Надеюсь, что твоя симпатия к Хайену смягчит отношение к нему остальных эльфов.
– Из уважения к ее отцу хотя бы камнями не закидают? - скривился юноша.
– Вроде того, - ответил Хаэте. - Поторопимся, у меня есть и другие дела.
Вскоре они вышли за ворота и побрели вслед за эльфом по дорожкам, вымощенным желтым камнем, которые вились среди леса. В этой зелени время от времени проглядывали дома - одноэтажные, двухэтажные, большие и маленькие, заросшие плющом так, что иногда обнаружить их можно было, только уткнувшись в дверь носом. Правда, несколько улиц оказались довольно плотно застроенными. Но их Хаэте поторопился пересечь. Из-за заборов иногда выглядывали местные жители, и Хайен ловил их настороженные взгляды. Хели крепко сжимала его руку и хмурилась. Юноша чувствовал себя не в своей тарелке, а браслеты и снадобье, которое ему дали, только усиливали это ощущение.