Пипец Котенку! (СИ)

Я встаю рядом с тренером, тоже призывая щит и на всякий случай заряжая печать Ментального удара. На губах играет улыбка, которая вводит охранников в ступор. Ну какой пацан будет улыбаться при виде направленного на него оружия?
— Бердыш! — рычит Бернард. — Я тебе давно и сразу сказал, в смертельных боях не участвую.
— Х-р-р. Не горячись, Медведь. Х-р. Знаешь, ты поднадоел публике. Всё время побеждаешь. Они хотят увидеть либо твой проигрыш, либо смерть.
— Проигрывать специально не буду. Это тоже часть договора!
— Да-да, знаю, — машет костлявой рукой хриплый. — Дослушай. Сегодня твой последний бой. Либо сдохнешь, либо выйдешь из клетки свободным от долга. Устраивает?
Хенрикович несколько мгновений смотрит на Бердыша в упор, затем переводит взгляд на меня. Убрав с лица ухмылку, киваю.
— Согласен, — протягивая руку, бурчит тренер.
— Вот и хорошо, — ухмыляется бандит. — Удачного выступления.
Мы с тренером остаёмся в комнате вдвоем. Бернард качает головой и смотрит на меня.
— Что, Котов? Страшно?
— Немного, ваша светлость. Вот так, — показываю щёлочку между пальцами.
Кто не боится смерти, тот придурок. Но к бою я готов, так что особо не парюсь.
— Отчаянный ты парень, Котов. Ладно. Слушай план…
Датчанин рассказывает придуманную тактику. Впитываю каждое слово, представляю сцены будущей схватки. Ведь драка предстоит не простая, а двое на двое.
Время подготовиться у нас есть. Даже отрабатываем несколько движений, а потом я говорю, что хочу пойти взглянуть, сколько народу пришло. Правда, это лишь отговорка.
Ведь у меня, на самом деле, тоже есть кое-какой план. С боем он связан косвенно, но способен принести охрененную выгоду.
За дверью охранник, который не желает меня отпускать. Как хорошо, что я заранее приготовил печать Оглушения. Даю головорезу леща, и тот валится без сознания.
Больше никого в коридоре нет, так что просто оттаскиваю тело в сторону и запираю в какой-то кладовке. Накладываю печать Тишины. Когда мужик очнётся и начнёт орать, его никто не услышит. Вешаю на дверь найденный рядом здоровенный, хоть и немного ржавый замок. Задолбается выбивать.
Трачу силы на печати, да. Но у тренера с собой есть макры, так что восполню силы.
На мне толстовка с капюшоном, в кармане — чёрный платок, которым я заматываю лицо. Видно только глаза. Осторожненько, стараясь никому не попасться, дохожу до зала с клеткой, где собрался народ, и вот-вот начнётся первая схватка. Бойцы уже в клетке.
— Хэй-хэй-хэй!!! — Зореслава заскакивает на клетку.
Сегодня на ней только чёрный топик, еле прикрывающий грудь, и кожаные шортики, облегающие попку. И тяжёлые мужские ботинки — эта деталь, видимо, неотъемлемая часть образа.
— Вы готовы к первому бою⁈ — восклицает развратница, соблазнительно виляя задом перед зрителями.
— Давай трахнемся! — восклицает кто-то пьяным голосом.
— С радостью! — отвечает Заря. — Но сначала выйди в клетку и победи. Я трахаюсь только с настоящими мужчинами!
М-м, приятно слышать.
В общем, Зореслава объявляет бойцов, и запускается минута на ставки. По трибунам ходят девушки, тоже весьма откровенно одетые, и собирают деньги. А я внимательно смотрю и обращаю внимание на тех, кто готов сегодня швыряться деньгами.
Бой начинается. Гомон толпы заполняет всё вокруг, взгляды обращены на клетку, где уже полетели первые удары. Захожу на трибуны и начинаю подходить к каждому, кто сделал более-менее крупную ставку.
— Эй, — говорю мужчине на ухо. — Есть инфа, что Датского Медведя слили. Он проиграет.
— Чего? — поворачивается мужик, но я уже ушёл.
— Слышь, друг. Заработать хочешь? Медведя слили. Ставь на противников.
— Эй. Надёжная инфа. Датский Медведь проиграет. Дальше сам думай.
И всё в таком духе. Раскидываю наживки по всему залу. Кто-то прислушается, кто-то нет. В любом случае, я уверен, что смогу заставить побольше людей поставить на наших соперников. И тем самым значительно увеличить коэффициент нашего выигрыша.
Ведь на самом-то деле мы выиграем! И все деньги, поставленные через Сергея, многократно умножатся.
 
Лишь бы бухгалтер не обманул. А то как знать. Ради денег многие способны маму родную продать, не то что друга.
Но к такому случаю я тоже подготовился. Не поленился вчера вечером, наложил на несколько своих купюр и на конверт тоже микропечать Метки. Она будет действовать около суток — в случае, если Серёжа решит сбежать с нашими деньгами, я его найду. Не факт, конечно, что выигрыш ему выплатят теми же купюрами, но вот конверт он почти наверняка оставит у себя.
Что же, задание выполнено. Теперь осталось только выиграть.
Окольными пути возвращаюсь в комнату. Поблудить приходится, правда. В этом грёбаном подвале хрен запомнишь, куда идти.
— Долго ты, Котов, — говорит Бернард, когда я захожу.
— Заблудился маленько, — даже не вру. — Народу до фига. Значительно больше, чем в прошлый раз.
— Так Бердыш, наверняка, всем сообщил, что у меня сегодня смертельный бой, — бурчит тренер. — И последний, так или иначе.
— Волнуетесь?
— А ты как думаешь?
— Думаю, что волноваться бессмысленно, ваша светлость, — пожимаю плечами и скидываю толстовку. — Вы либо выиграете, либо умрёте. Жалеть в любом случае ни о чём не придётся.
— Ха! — Бернард улыбается. — А ведь ты прав, Котов. В таком ключе я об этом не думал. Говорю же — дурная башка, но варит неплохо…
Переодеваемся. Сегодня я в нормальных спортивных штанах, а сверху решаю ничего не надевать. Зря, что ли, столько занимался? Выгляжу весьма эстетично. И наверняка эротично, с женской точки зрения.
Стройный парень, рельеф какой-никакой имеется, даже кубики на животе проглядывают. А ещё молодой, симпатичный, рыжий как пламя. Загляденье.
Тайком ворую макр из мешочка тренера и восполняю энергию. А потом мы с Бернардом приступаем к разогреву — разминаемся, не спеша отрабатываем удары, готовя тело к будущему противостоянию.
Рано или поздно в дверь раздается стук:
— Пора, — заглядывает лысый охранник с оплывшей харей.
О, тот самый придверник, которого я тогда вырубил. Коля, кажется.
— Слышьте, а вы это… Вадика не видели? — оглядывается охранник по сторонам.
— Какого ещё Вадика? — рявкает тренер. — Веди давай!
Бедный Вадик. Интересно, когда его найдут?
Его же найдут, правда?
Коля отводит нас вниз, к клетке, и запускает внутрь. Переступаю через лужицу свежей крови, выбегаю на середину и высоко поднимаю руки.
— Привет, народ! — ору. — Датский Медведь и Рыжий Кот пришли показать вам зрелище!
Толпа приветствует нас. Замечаю Бердыша, который недобро скалится, глядя на меня. Оглядываю лица людей и вдруг вижу среди них…
Да ну на хрен.
Степан Карпович⁈
Кудрявый ведун стоит, разинув рот. Протирает очки и смотрит то на меня, то на Бернарда. Снова протирает очки.
Вот дерьмо. Он-то что здесь делает? И может ли настучать директрисе?
— Ваша светлость, — подбегаю к тренеру. — Здесь Пудель.
— Что? — хмурится датчанин. — Оракул?
— Да.
Хенрикович выдает целую очередь грязных ругательств. По моей наводке отыскивает взглядом Степана и кивает:
— Да уж. Его дурацкий клетчатый костюм ни с чем не спутаешь.
Хохочу и соглашаюсь:
— Ага. Да не парьтесь, тренер. Он нас уже увидел. Выиграем и потом с ним побеседуем.
Бернард молча кивает и переводит взгляд на другую сторону клетки, где как раз появляются наши соперники.
Старший из них обладает длинной бородой и тюремными наколками по всему телу. С татуировками Бернарда ни в какое сравнение не идёт — синяя размазня какая-то. Но выглядит мужик всё равно внушительно, я такой мощной бицухи в жизни не видел. Ни в прошлой, ни в этой.
Его ученик ростом пониже меня, но значительно сильнее на вид. Забавный малый. Что в рост, что в ширину одинаков — квадратненький такой крепыш. Маленькие злобные глазки, как у поросёнка. И тоже парочка тюремных наколок — звёзды на коленях, черепа какие-то, на правом предплечье тесак.