Лекарь

– Не бойся, мама, – обнял я её. – Я никому не причиню зла, если меня или вас не тронут.
– Я знаю, сыночек, ты у меня добрый, – вздохнула она. – Просто страшно мне, это же просто невероятно, что ты делаешь.
– Да нормально всё будет, – встрял в разговор Дима. – Что ты накручиваешь-то? Он же людей лечит, плату сами дают, ничего не будет.
– Дай Бог, – вздохнула мама. – Ладно, ужинать пора, а то наш рыбак, наверное, голодный.
– Кстати, – потёр ладони Дмитрий, дядя Вова тебе полтинник за лечение дал, так что в этом месяце кредит будешь ты оплачивать.
– Я завтра оплачу, всё равно в город нужно, – произнесла мама. А эти деньги пусть Андрей копит.
– Да зачем они мне, забери их, – произнёс я. – Если сейчас не нужны, положи на карту.
– Как скажешь, сынок.
Перед сном я снова пошёл к Владимиру Петровичу. Меня ждали, даже пытались за стол усадить, но я, проведя сеанс лечения, сразу пошёл домой, где упал на кровать и уснул.
Дни летели за днями. Через шесть дней позвонки удалось полностью восстановить и я принялся за нервы. Задача это была крайне сложная, я бы даже сказал, ювелирная работа. В моём мире таким занимались только маги с большим опытом работы. Самым лучшим вариантом было вылечить повреждённые нервы за один сеанс. Но магических сил для этого потребуется много, а я по известной причине пока такой силы не имею, пришлось растягивать работу на несколько дней. Во время лечения нервов я строго-настрого запретил трогать больного и тем более пересаживать его в коляску. Всё это время он лежал на спине, я очень боялся, что своими движениями парнишка испортит весь мой труд. Его родители поначалу присутствовали во время лечения, но видя, что ничего особенного не происходит, кроме свечения моих рук, перестали нервировать меня своим присутствием. Но в последний день все пришли посмотреть на результат многодневной работы. Мне осталось только соединить две части повреждённого нерва между собой. Когда я приступил к делу, мальчик неожиданно дёрнулся всем телом.
– Чувствую, – прошептал он. – Мама, у меня покалывание в ногах, я его чувствую. По его щекам потекли слёзы.
– Не дёргайся, – рявкнул я, – работать мешаешь.
Парень послушно замер, его мама стояла рядом и кусала губы, тоже роняя слезы. Я доделал работу и удовлетворённо хмыкнул. Даже сам не ожидал, что получится с первого раза.
– Всё, – обратился я к родителям больного, – ваш сын здоров.
– Он может ходить? – спросила женщина.
– Пока нет, ходить ему нужно учиться заново, у него все мышцы ослаблены. Очень скоро он сильно захочет есть, обязательно его покормите.
Родители стояли, глядели на меня и растерянно моргали. Было видно, что они мне не верят, я спокойно попрощался и пошёл домой. По пути меня догнал Владимир Петрович.
– Андрей, подожди, – сказал он. Ты уверен, что Ваня здоров?
– Абсолютно, пусть в больницу свозят и проверят. Сейчас ему просто нужно усиленно развивать мышцы на ногах и учиться заново ходить.
– Спасибо тебе, ты прости Маринку с Лёшкой, просто они своему счастью поверить не могут. Они столько лет пытались вылечить своего ребёнка, а ты это за несколько дней сделал. Вот у них и присутствует некоторое недоверие, хотя Ваня сейчас чувствует прикосновения к своим ногам.
– Бывает, – пожал я плечами.
Чуть позже, сидя за столом у себя дома, я увидел, как мимо проехала машина родителей паренька, наверное, повезли сына на обследование. Как бы после этого случая ко мне толпами инвалиды не повалили, я всех не смогу вылечить, у меня сил не хватит. Какой же я идиот, надо было раньше об этом думать. Я подскочил и вприпрыжку побежал в дом Владимира Петровича. Хорошо, что он не поехал вместе со своими друзьями. Увидев, как я влетел к нему во двор, он напрягся.
– Вы со своими друзьями связаться можете? – Спросил я с порога взволнованным голосом.
– Могу, конечно, – произнёс он. – А что случилось?
– Скажите им, что когда убедятся, что их сын здоров, пусть никому не рассказывают, кто его вылечил.
– Почему? – Удивился Владимир Петрович. – Они тебе отличную рекламу сделают. Да ты обогатишься на своём лечении.
 
– Ага, а завтра у меня под воротами будет стоять толпа мамаш со своими детьми, которые будут просить меня, чтобы я их чадо исцелил, у меня на это пока сил нет.
– Пока, – повторил Владимир Петрович и посмотрел на меня как-то по-другому. – Хорошо, сейчас позвоню. Немного успокоившись, я пошёл домой.
Семейство Лазаревых решило не откладывать дело в долгий ящик. Сразу из деревни они поехали в клинику, где их сын несколько раз проходил курс реабилитации. Она считалась лучшей в Уфе, что неудивительно при таких расценках. С порога они потребовали полную диагностику состояния своего сына. Доктор, который их прекрасно знал, удивился такой просьбе, но отказывать не стал, тем более всё это оплачивалось. В течение двух часов Марина и Алексей мерили шагами приёмный покой, пока к ним не вышел ошарашенный доктор.
– Что с моим сыном? – Метнулась к нему Марина. – С ним всё в порядке?
– Пройдёмте ко мне в кабинет, – задумчиво произнёс доктор. – Нам нужно поговорить.
Надев халаты, семейная пара прошла вслед за доктором.
– Ну что я могу сказать, – начал доктор, полистав историю болезни. – Ваш сын здоров. Конечно, мышцы придётся развивать заново, за время болезни они очень ослабли, но в остальном у меня просто слов нет. В какой клинике вы его лечили? Как удалось полностью восстановить позвонки? Если бы я сам не наблюдал этого больного, то решил бы, что никакой травмы у него не было.
Марина, закрыв лицо руками, заплакала, вид Алексея тоже был крайне взволнованный. До этого момента они не верили, что этот деревенский знахарь помог их сыну, видели они его лечение. Алексей вообще думал, что это простой мошенник, но сейчас.
– Да есть у нас знакомый умелец, – выдавил он из себя. – Впрочем, этот человек попросил о нём не рассказывать.
– Погодите, – запричитал доктор, – вы хотите сказать, что лечение проходило не в зарубежной клинике?
– Вообще не в клинике, – подтвердил Алексей. – Не будем больше об этом. Мы можем увидеть своего сына?
– Да, конечно, – засуетился доктор. – Я вас к нему провожу.
Иван лежал на кровати и пытался шевелить ногами. С большим трудом, но у него это получалось, его лицо светилось улыбкой.
– Как ты себя чувствуешь? – Спросила его Марина, погладив по голове.
– Хорошо, мама, – ответил он, – только ноги колет. Похоже, этот колдун мне вправду помог.
– Какой колдун? – Сделал стойку врач.
– Вы можете нас оставить? – Нахмурился Алексей. – Нам бы хотелось поговорить с сыном наедине.
– Конечно, – ответил доктор и нехотя вышел за дверь.
– Не говори никому, где ты лечился, этот деревенский лекарь не хочет, чтобы о нём все знали. Ты меня понял? – Строго сказал Алексей.
– Хорошо, не скажу, – покладисто согласился Ваня, пошевелив пальцами на ноге.
Увидев, что пальцы на ноге шевелятся, он снова улыбнулся, чем заставил родителей озарить свои лица улыбками. Немного поговорив с сыном, супружеская пара поехала домой. Минут двадцать они ехали молча, переваривая случившееся.
– Сколько платить будем? – Нарушил молчание Алексей.
– Не знаю, – ответила Марина. – У меня это всё в голове не укладывается.
– У меня тоже, – хмыкнул Алексей. – Не верь после этого в существование магов и разных знахарей.
– Может, купим им дом в этой деревне, или квартиру в Уфе? У них жилище совсем маленькое.
– Я думал об этом, – ответил Алексей. – На работе скажу, чтобы рассмотрели возможные варианты, но сейчас я больше не об этом думаю.
– А о чём? – посмотрела на него Марина.
– Ты помнишь Золотова? Он у тебя на дне рождения был.
– Это который из полиции, что ли?
– Он из ФСБ, а не из полиции, причём в «Альфе» немалый чин занимает. У его сына такие же проблемы, как и у нашего, только он пулю словил в Сирии в позвоночник. Его, конечно, отходили, но остался инвалидом, я ему хочу подсказать, где сыночка вылечить можно. В трудной ситуации можно будет обратиться к нему за помощью.