Босиком по пеплу (СИ)

– Не твое дело, Загорский, мы сами разберемся, – процедил Ланковский и дернул плечом. – Думаю, тебя твоя девушка заждалась, с выпиской своей девушки я разберусь сам.
“Своей” он выделил, прямым текстом говоря сопернику, что тот лезет не в свое дело.
– Дина здесь? – вскинула голову, перебивая их перепалку.
– Нет, – ответил Дамир, и я отчего-то облегченно выдохнула. Она была моей лучшей подругой, так что моя реакция даже мне была непонятна, но анализировать я не стала.
Скандал всё набирал обороты, и если Витя экспрессивно махал руками, то вот в Дамире меня поразила выдержка, с которой он отвечал на каждый аргумент парня.
– Я сама разберусь, уходите оба, – просипела и поднялась кое-как, опуская ступни на пол.
Мои кеды стояли рядом, такие же потрепанные и потертые. На секунду стало стыдно, что кто-то из них снимал их с меня, но быстро отогнала эту нелепую мысль.
– Ты слаба, я тебя подвезу до дома, – глубокий баритон Загорского снова ворвался в мое сознание, и от того, насколько он прав, мне хотелось лишь сильнее его ударить.
– Проваливай, тебе же сказали, я сам довезу Крис, – набычился Витя, которого раньше я не видела таким агрессивным. Казалось, будто сейчас вся шелуха слетела с него, оголяя нутро, которое меня напугало.
– И на чем же? Твой покореженный автомобиль мало пригоден, не находишь? Тебе же еще и со страховой проблемы решить надо, ты не спешишь? На твоем месте я бы поторопился, пока отец тебе нагоняй не устроил, – холодно ухмыльнулся Дамир, а вот Витя, наоборот, побледнел, открыл рот и снова его закрыл.
– Ты ему сообщил? – сглотнув, с ненавистью спросил Ланковский.
– Больно надо, – презрительно дернул губой Дамир и перевел взгляд на меня, нахмурился, что-то ему явно не понравилось.
Я наблюдала за их разговором с неким удивлением. Еще в машине поняла, что они давно знакомы, и их что-то связывает, но не думала, что у них какое-то противостояние между собой.
– Иди, Вить, – подала голос, чтобы поскорее избавиться от них обоих. Мне жизненно было необходимо остаться наедине с собой.
– Никуда я не уйду, в конце концов, я твой парень, – упрямо поджал губы и качнул головой.
Прикусила губу и опустила глаза в пол.
– Мне кажется, мы поторопились с этим, – пробормотала тихо, но в тишине мои слова прозвучали довольно громко, так что быть неуслышанной мне не грозило.
Воцарилось молчание, взгляд я поднимать опасалась, но после сегодняшней сумасбродной гонки и ее печального окончания мне о многом стоило подумать.
– Не понял, – потерянно, но в то же время неверяще произнес Витя, – ты меня что, бросаешь? Ты?
Последнее уточнение неприятной резью прошлось по внутренностям, но я отбросила крамольные мысли из головы. Он ведь не ведает, что говорит, ведь правда? И пренебрежение в его голосе мне лишь показалось.
– Нет-нет, ты что, просто нам надо сделать паузу, – залепетала, пытаясь сгладить конфликт, которого мне хотелось избежать.
– Ты плохо расслышал? Тебе здесь не рады, – съязвил, проявляя инициативу, Дамир, и я сжала кулаки, вскидывая голову. Да какое право он имел сейчас вмешиваться в чужие отношения?!
– Что, думаешь, и на этот раз выиграл? Ты еще пожалеешь об этом, Загорский! – вспылил Ланковский и практически выплюнул эти слова тому в лицо. Затем глянул на меня и скривил губы: – Дура, на него меня променяла, да? Не обольщайся, он никогда на тебе не женится! 
Я не успела его остановить, чтобы объяснить, что он всё неправильно понял, как за ним уже с силой хлопнула дверь, да так сильно, что посыпалась штукатурка. Я ощутила боль в ребрах, мелькнула мысль о возможных трещинах, даже стало сложно дышать от нехватки воздуха и какой-то неправильности происходящего. За переживаниями не сразу поняла, что мы с Загорским остались наедине.
  
Глава 14
 
Глава 14
Я поднялась с кушетки и оглянулась по сторонам в поисках своего телефона.
– Это ищешь? – достал из кармана сотовый Дамир и помахал перед моим носом, вертя в руках.
 
– Думаю, тебе пора, дальше я сама, – поджав губы, вырвала свою собственность из его рук и отвернулась к окну, желая, чтобы он поскорее ушел.
Воцарилась тишина, в палате слышно только наше общее дыхание в унисон.
– Как я уже сказал, я тебя отвезу, – произнес спустя несколько секунд.
Только было открыла рот и обернулась к нему, как он вдруг резко шагнул ближе ко мне, сокращая и без того маленькое расстояние между нами, отчего у меня даже закружилась голова.
– Это не обсуждается, Завгородняя, – глянул на меня сверху вниз с высоты своего немаленького роста. Он подавлял своей комплекцией, заставляя меня нервничать до пульса в ушах. И почему раньше я не замечала, как много места он занимает, без него даже дышать в помещении будто легче.
– Что, благотворительностью решил заняться? – намеренно грубила, не желала поддаваться сладкому зову сердца, которое так и намекало на особое отношение со стороны этого грубияна.
– А ты похожа на бедную сиротку? – по мужским губам скользнула змеиная ухмылка. Поднял ладони вверх в знак капитуляции и покачал головой. – Ну если таково твое мнение, кто я такой, чтобы сомневаться, не правда ли?
Казалось, словно он издевался надо мной. Планомерно, целенаправленно.
– Слушай, не понимаю, зачем ты это делаешь, но тебе не кажется, что это перебор. Ты что, влюбился в меня? – сама не поняла, как выпалила это глупое предположение. Даже язык прикусила, когда поняла весь масштаб проблемы и надвигающегося на меня позора.
Вот только вопреки наихудшим опасениям, выражение лица Загорского ни на йоту не изменилось, продолжало быть таким же каменным изваянием, как и он сам.
– Дурная ты, Тинка, не понимаешь хорошего отношения, – цокнул.
От его слов я еще больше разъярилась, но стиснула кулаки и не стала кричать, опасаясь, что голова от этого разболится еще сильнее.
– Надо же, уже Тинка, чего это не Ти-на? – издевательски протянула свое имя по слогам, практически выплевывая это ему в лицо.
– А у тебя самооценка ниже нуля, неожиданно даже как-то, – хмыкнул Дамир, пропуская мои слова будто мимо ушей и делая какие-то свои выводы.
– Знаешь что, – процедила, задыхаясь от негодования.
Насупилась, глядя на парня из-под нахмуренных бровей и опущенных ресниц. Надеялась, что мой взгляд полностью отражает всё то нелицеприятное, что я о нем думаю. Вот только ему хоть бы хны, знай да стоит и лыбится, наблюдая за моей агрессией.
– Ты реальная дура, Завгородняя, даже хорошего отношения не понимаешь. Думаешь, так уж и нравишься Витьку? Да он просто мне насолить хотел, вот и весь сказ. Чего молчишь, разочарована, что он не любит тебя, м? – насел на меня со своими риторическими вопросами, не давая и слова вставить, а вот я от его фраз всё больше впадала в ступор.
Лицо у меня явно горело, а пальцы на руках дрожали, но я стиснула их и глубоко задышала, чтобы не скатиться в истерику.
– Какой же ты… – прошипела, недоговаривая, затем втянула с сипением в легкие воздух.
– Какой? – надменно кивнул, глядя на меня в ожидании.
Воздух вокруг нас искрил, словно кто-то из нас сейчас взорвется, и судя по лицу Загорского, ему это не грозит.
– Негодяй, – смягчила, придерживая ругательства при себе. – Неужели думаешь, что мир вокруг тебя только вертится? Или дай угадаю, такая, как я, в твоем понимании, никому понравиться не может, да? Давай же, скажи мне это в лицо, не стесняйся! Уродка ты, Завгородняя, и недостойна таких, как…
Всё это время он смотрел на меня хмуро и зло, но договорить и выплеснуть мой агрессивный выпад не дал. Схватил ладонями мое лицо и наклонился, впиваясь своими губами в мои. От неожиданности выпучила глаза и застыла, а когда пришла в себя, заколотила руками по его богатырским широким плечам. Но что ему мои удары – что слону моська. Дыхания катастрофически не хватало, но самое ужасное, мне начинало это нравиться. Его теплые касания, властность в движениях – всё откликалось в животе трепетанием эфемерных крылышек эйфории.